Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal Инвестиции

Дэвид свенсен: любимая работа стоимостью 23,9 миллиарда долларов — киберпедия

Глава инвестиционного фонда Йельского университета и автор книги «Нешаблонный успех: Фундаментальный подход к вопросу личных инвестиций» («Unconventional Success: A Fundamental Approach to Personal Investment»)

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Дэвид Свенсен, пожалуй, самый известный инвестор, о котором вы никогда не слышали. Его называют Уорреном Баффетом институциональных инвестиций. За время, в течение которого он отвечает за инвестиционную деятельность в Йельском университете, его фонд вырос с 1 до 23,9 миллиарда долларов, а инвестиции приносили в среднем 13,9 процента годовых. Таких результатов не добивались даже многие крупные хедж‑фонды, которые вот уже 27 лет безуспешно пытаются переманить его к себе.

При первой же встрече со Свенсеном сразу становится заметно, что он занимается этим делом не ради денег. Его главными мотивами являются любовь к игре и чувство служения великому университету. Это нетрудно доказать: в частном секторе он зарабатывал бы намного больше, чем сейчас.

Свенсен по натуре изобретатель и ниспровергатель основ. Свою так называемую йельскую модель инвестирования, которая является одной из версий современной портфельной теории, он разработал совместно с коллегой и бывшим учеником Дином Такахаси. Идея заключается в том, что портфель делится на 5–6 приблизительно равных частей, и в каждую из них инвестируются разные категории активов. Йельская модель представляет собой долгосрочную стратегию, в основе которой лежит широкая диверсификация. При этом основной упор делается на акции, а не на облигации или сырьевые активы, дающие более низкий доход. Позиция Свенсена по вопросу ликвидности также считается революционной. Он не стремится к приобретению ликвидных активов, объясняя это тем, что они не столь доходны и потраченные на них деньги можно было бы вложить более эффективно.

Прежде чем стать звездой в сфере институционального инвестирования, Свенсен работал на Уолл‑стрит в банке «Salomon Brothers». Многие приписывают ему организацию первого в мире валютного свопа, которым стала сделка между компанией IBM и Всемирным банком, приведшая фактически к возникновению рынка свопов на отказ от кредитных обязательств, на котором сегодня обращается свыше триллиона долларов (но не пытайтесь обвинить в этом Свенсена!).

Я имел честь беседовать с Дэвидом в его офисе в Йельском университете, но прежде, чем я вошел под овеянные славой своды этого знаменитого учебного заведения, мне пришлось, словно студенту, испытать на себе, что такое последняя ночь перед экзаменом. Я не хотел явиться неподготовленным, поэтому перед встречей проштудировал 400 страниц «Нешаблонного успеха» – этого манифеста личных инвестиций и диверсификации. Далее следует отредактированная и сильно сокращенная версия нашего почти четырехчасового интервью.

ТР: – Вы работаете в одном из крупнейших учебных заведений страны, но при этом глубоко интересуетесь проблемами индивидуальных инвесторов и сочувствуете им. Расскажите мне об этом.

ДС: – Я по натуре оптимист, но, когда сталкиваюсь с миром, в котором приходится жить индивидуальным инвесторам, мне становится не по себе.

ТР: – Почему?

ДС: – Главным образом потому, что у частных лиц нет права выбора, так как взаимные фонды ориентируются только на прибыль. Поймите меня правильно: я капиталист и тоже мыслю категориями прибыли. Однако существует фундаментальный конфликт между нацеленностью на прибыль и ответственностью. Чем выше доход брокера, оказывающего финансовые услуги, тем меньше получает инвестор.

ТР: – Если уж говорить об ответственности брокера, то большинство инвесторов даже не понимают, о чем идет речь. А на самом деле это означает, что интересы инвестора должны быть превыше его личных интересов.

ДС: – Проблема в том, что менеджеры взаимных фондов зарабатывают большие деньги на том, что привлекают огромные средства и взимают с клиентов комиссию. А комиссионные проценты прямо противоречат главной цели инвестирования – получению высокой прибыли. Раз за разом алчность фондов побеждает, а инвестор теряет деньги. Существует только две организации, которым этот конфликт несвойствен, – «Vanguard» и TIAA‑CREF. Обе они работают на некоммерческой основе и поэтому ставят на первый план интересы клиентов. У них также сильные консультанты, а ответственность независимых консультантов на порядок выше, чем у брокеров.

ТР: – Помимо всего прочего, взаимные фонды со всей очевидностью не дотягивают до показателей рынка. Я читал, что с 1984 по 1998 год лишь 4 процента фондов (управлявшие активами свыше 100 миллионов долларов) сумели превзойти по результатам «Vanguard 500». Причем каждый год это были разные 4 процента. Другими словами, 96 процентов всех взаимных фондов не способны победить рынок.

ДС: – И эта статистика – только верхушка айсберга. Реальность выглядит еще хуже. Глядя на прошлые результаты, вы анализируете только те фонды, которые существуют в настоящее время.

ТР: – Те, что сумели выжить?

ДС: – Совершенно верно. В статистике отражены только выжившие. За последние 10 лет сотни взаимных фондов пропали со сцены ввиду плохой работы. И они не просто исчезли, а вошли в результате слияний в состав других фондов, демонстрирующих лучшие результаты.

ТР: – Таким образом, 96 процентов нельзя считать окончательной цифрой?

ДС: – Все еще хуже.

ТР: – Ничего себе!

ДС: – Есть еще одна причина, по которой реальность выглядит хуже, чем приводимая вами статистика. Это поведенческие ошибки индивидуальных инвесторов. В погоне за прибылями люди обычно покупают паи фондов, демонстрирующих высокие показатели. Но, когда результаты снижаются, паи продаются. Получается ситуация, когда купили дорого, а продали дешево. Таким способом не заработаешь.

ТР: – К чему же в действительности приводит погоня за прибылью?

ДС: – Здесь очень велика роль маркетинга. Никто не хочет признаваться в том, что у него на руках куча паев фондов, отмеченных одной или двумя звездами. Все хотят иметь паи четырех– или пятизвездочных фондов и хвастать ими перед коллегами.

ТР: – Разумеется.

ДС: – Но четыре или пять звезд, присвоенных фонду, говорят лишь о том, что он хорошо работал в прошлом. Это не дает никаких гарантий хороших результатов в будущем. Если вы будете систематически покупать паи фондов, которые работали успешно, и продавать те, которые работали плохо, то в конечном итоге потратите больше, чем заработаете. Таким образом, к статистике, свидетельствующей о том, что более 90 процентов фондов не дотягивают до показателей рынка, необходимо приплюсовать ошибки инвесторов, и получится, что истинные результаты еще ниже.

ТР: – Значит, погоня за успешными фондами – это гарантированный путь к снижению дохода или потере денег?

ДС: – Факторы, которые случайным образом способствовали хорошим результатам того или иного фонда, могут измениться и привести к неудаче. Это явление называется регрессией. Его суть в том, что все показатели стремятся к средней величине.

ТР: – Хорошо. Но что тогда делать инвесторам?

ДС: – Существует лишь три инструмента увеличения дохода. Первый – это распределение активов. Какие активы вы намерены поместить в свой портфель? И в какой пропорции? Второй инструмент – тайминг. Вы пытаетесь угадать, какие категории активов в краткосрочной перспективе будут давать бо льший доход, чем другие.

ТР: – То есть надо решить, на что делать ставку – на облигации, акции или недвижимость?

ДС: – Да. Это попытка угадать, как поведет себя рынок в ближайшее время. А третий инструмент – это обеспечение безопасности. По сути, все сводится к тому, какой должна быть пропорция акций и облигаций в вашем портфеле. Вот и все. У нас есть только три инструмента, и самым главным из них является (как вы уже, должно быть, поняли) распределение активов.

ТР: – Я читал об этом в вашей книге, и данная тема меня очень заинтересовала.

ДС: – Я всегда внушаю своим студентам в Йеле, что на самом деле от распределения активов зависит более 100 процентов успеха в инвестировании! Как такое может быть? Дело в том, что тайминг не обходится вам бесплатно. Каждый раз, когда вы покупаете или продаете активы, вам приходится платить брокеру, а это снижает общий процент доходности. То же самое можно сказать и об обеспечении безопасности.

ТР: – Это значит, что мы возвращаемся к индекс‑фондам и их пассивному подходу к инвестированию.

ДС: – Правильно. Менеджеры фондов с активным управлением берут с вас высокую комиссию, обещая, что смогут победить рынок, хотя мы видим, что в большинстве случае эти ожидания не оправдываются. Но можно избрать пассивный подход и приобрести долю во всем рынке в целом. А накладные расходы при этом очень и очень низки.

ТР: – Насколько низки?

ДС: – Менее 20 базисных пунктов. Вы можете приобрести такой пай в фонде «Vanguard». Если вы разместите свои деньги в дешевом индекс‑фонде с пассивным управлением, то окажетесь в победителях.

ТР: – Таким образом, вы избавляетесь от комиссий и не пытаетесь одолеть рынок.

ДС: – Кроме того, у вас появляется еще одно преимущество – более низкие налоги. Это очень важно. Одна из самых серьезных проблем во взаимных фондах (а их там и без того немало) заключается в том, что почти все менеджеры ведут себя так, словно налоги не имеют никакого значения. Но это ошибка. Они имеют колоссальное значение.

ТР: – Существует ли какая‑то статья расходов, которая по размерам превышает налоги?

ДС: – Нет. И это лишний раз говорит о том, как важно использовать любые доступные налоговые льготы. Вы должны по максимуму вкладывать деньги в программу 401(k) (или 403(b), если работаете на некоммерческой основе) и хвататься за любую возможность отсрочки налогов при инвестировании.

ТР: – Как эффективнее всего распределить активы в портфеле?

ДС: – Любой человек, знакомый с азами экономики, слышал, что бесплатных обедов не бывает. Однако Гарри Марковиц, которого называют отцом современной портфельной теории, утверждает, что «диверсификация – это бесплатный обед».

ТР: – Почему?

ДС: – Потому, что при равном уровне доходности диверсификация позволяет снизить риск, а при равном уровне риска – получить более высокий доход. Вот и получается бесплатный обед. Диверсификация улучшает качество портфеля.

ТР: – Какой должна быть минимальная диверсификация?

ДС: – Существует два уровня диверсификации. Один связан с обеспечением безопасности. Если вы решили воспользоваться услугами индекс‑фонда, то это максимально возможная диверсификация, поскольку вы владеете долей всего рынка. В этом и заключается вся прелесть индекс‑фонда, которую Джек Богл подарил американским инвесторам. Он дал им возможность за небольшие деньги приобрести весь рынок. Но если говорить о распределении активов, то диверсификация заключается в том, чтобы вкладывать деньги в разные типы активов. Наибольшее значение имеют шесть из них: акции американских компаний, облигации Казначейства США, казначейские облигации, защищенные от инфляции (TIPS), акции развитых зарубежных стран, акции компаний на развивающихся рынках и инвестиционные фонды недвижимости (REIT).

ТР: – Почему вы выделяете именно эти активы и как они распределяются в вашем портфеле?

ДС: – Основу долгосрочного портфеля должны составлять акции. Они являются более рискованным активом, чем облигации, но приносят больший доход, если мир будет развиваться так, как ожидается. Разумеется, день на день и даже год на год не приходится, но если период достаточно продолжительный, то акции выгоднее. У меня в книге есть гипотетический инвестор, и у него в портфеле акции (или схожие по свойствам активы) составляют 70 процентов, а активы, дающие фиксированный доход, – 30 процентов.

ТР: – Давайте начнем с акций, которые составляют 70 процентов портфеля. Одно из ваших правил диверсификации гласит, что ни один вид активов не должен превышать 30 процентов. Это так?

ДС: – Да.

ТР: – И во что же вы вкладываете первые 30 процентов?

ДС: – В американские акции. Я хочу, чтобы вы поняли одну важную вещь: не следует недооценивать экономику США. Она очень мощная. Как бы политики ни старались развалить ее, под ней находится прочный фундамент.

ТР: – Именно поэтому вы делаете такой упор на корзину роста, составляющую 70 процентов. Причем речь идет об экономике не только США, но и всего мира.

ДС: – Далее я, пожалуй, вложу 10 процентов в рынки развивающихся стран, 15 – в компании развитых зарубежных стран и 15 – в инвестиционные фонды недвижимости.

ТР: – Теперь перейдем к активам с фиксированной доходностью, которые занимают 30 процентов.

ДС: – Здесь я все вкладываю в казначейские долговые обязательства. Одну половину составляют традиционные облигации, а другую – облигации, защищенные от инфляции. Если вы купите только обычные облигации, то при росте инфляции понесете потери.

ТР: – Многие люди этого не понимают.

ДС: – Помню, в самом начале своей деятельности на Уолл‑стрит я шел на встречу к своему первому клиенту и всю дорогу шепотом повторял: «Ставки растут – цены снижаются». Мне ни в коем случае нельзя было это перепутать, потому что в противном случае я оказался бы в идиотском положении.

ТР: – Могут ли индивидуальные инвесторы заработать деньги на бирже в наши дни?

ДС: – В этом‑то и заключается преимущество долгосрочной стратегии «купи и держи». Но необходима диверсификация. Я не настолько умен, чтобы предсказать, в какую сторону двинется рынок. В конце 90‑х годов люди говорили: «Зачем забивать себе голову какой‑то диверсификацией? Нужно всего лишь придерживаться индекса S&P 500». Именно так они и поступали, то есть ориентировались на самый лучший актив, которым в то время была недвижимость. Все остальное они считали пустой тратой времени. И так было не только в Америке. Если бы вы в начале 90‑х годов были японским инвестором, то к концу 90‑х тоже оказались бы на мели. Вы никогда не получите доход, который был бы сравним с показателями лучшей на данный момент категории активов, и никогда не будете знать, как поведет себя эта категория в дальнейшем.

ТР: – Что вы порекомендуете беби‑бумерам, которым в ближайшее время предстоит выход на пенсию?

ДС: – К сожалению, большинство из них понятия не имеет о том, сколько денег необходимо скопить, чтобы обеспечить себе жизнь в старости. Меня очень беспокоит ситуация, когда человек, глядя на свой счет 401(k), говорит: «У меня пятьдесят или сто тысяч долларов. Это же куча денег». Но если говорить о финансировании жизни на пенсии, это не так уж и много.

ТР: – Очень многие просто не могут позволить себе бросить работу и уйти на пенсию.

ДС: – Единственный путь для них – это финансовое образование. Я с восхищением наблюдаю, как вы стараетесь дать людям знания, необходимые для принятия разумных решений.

ТР: – Я слышал, что у вас были серьезные проблемы со здоровьем. Что вы намерены делать дальше?

ДС: – Примерно год назад мне поставили онкологический диагноз. Я не стал составлять список дел, которые необходимо завершить до смерти, не бросил работу и не отправился путешествовать по миру. Я просто продолжил делать то, что в моих силах, чтобы помочь университету. Я хочу управлять инвестиционным портфелем Йеля, пока хватит сил. Именно этим я и занимаюсь. Я люблю свою работу.

ТР: – Похвальная позиция.

ДС: – Йельский университет – один из самых знаменитых в мире. Если я смогу сделать его еще сильнее и лучше, то буду считать, что прожил свою жизнь не зря.

ТР: – Спасибо, Дэвид. Это была замечательная беседа. Я чувствую себя так, словно прослушал курс по формированию портфеля в Йельском университете.

ДС: – Считайте, что так и есть.

Глава 6.3

§

Создатель идеи индекс‑фонда, учредитель и бывший глава «Vanguard Group»

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Если вы не читали книг Джека Богла и не слышали его глубоких комментариев по телевизору, то можете считать, что прошли мимо одного из американских сокровищ. Журнал «Fortune» называет Богла одним из четырех столпов инвестирования ХХ века. По изобретательности его сравнивают с Бенджамином Франклином. Некоторые говорят, что он сделал для индивидуальных инвесторов больше, чем кто‑либо другой за всю историю бизнеса.

Как ему это удалось? Когда в 1974 году Джек Богл основал «Vanguard Group», индекс был всего лишь академическим понятием. Но Богл был готов доказать, что дешевый инвестиционный фонд с низкими накладными расходами, отражающий движение всего рынка в целом, способен год за годом переигрывать большинство фондов с активным менеджментом. Почему? Потому, что его инвесторы в своей совокупности не стараются победить рынок, а сами являются рынком . Это было ниспровержением основ! Поначалу над индекс‑фондами посмеивались как над «глупой причудой Богла», а один из конкурентов даже назвал эту идею антиамериканской.

Но Богл не обращал внимания на критиков и продолжал развивать «Vanguard», пока тот не превратился в крупнейший инвестиционный фонд мира, в управлении которого находятся активы в размере 2,86 триллиона долларов. Насколько велика эта сумма? Если бы «Vanguard» был государством, то мог бы сравниться по своей экономической мощи с Великобританией. Сегодня, по данным агентства «Morningstar», американские индекс‑фонды составляют более одной трети всех инвестиционных фондов.

Джек Богл родился в Нью‑Джерси в 1929 году, в самом начале Великой депрессии. Его семья не относилась к числу богатых, но Богл был достаточно умен, чтобы получить стипендию для обучения в Принстонском университете, где подрабатывал в студенческой столовой. Свою дипломную работу по экономике Джек посвятил взаимным фондам, и это определило его дальнейшую карьеру. Он до сих пор помнит, как во время летней практики на бирже один из коллег сказал ему: «Богл, сейчас я поведаю тебе главный биржевой секрет: здесь никто ничего не знает».

Закончив университет с отличием, он в 1951 году устроился работать в компанию «Wellington Management» в Филадельфии, где дорос до президента. Но в лихие 60‑е годы произошло слияние его компании с группой, специализировавшейся на управлении активами. Богл сказал мне: «Это было самой большой ошибкой в моей жизни». Новые партнеры довели инвестиционные фонды до ручки, а затем использовали свой перевес в совете директоров, чтобы уволить Богла.

Как же он поступил? Вместо того чтобы сдаться, Богл обратил свое поражение в величайшую победу, изменившую облик рынка инвестиций. Ввиду особенностей юридической структуры компании Богл по‑прежнему возглавлял инвестиционные фонды «Wellington», которые были отделены от управляющей фирмы и имели несколько иной состав совета директоров. Но, оставаясь председателем правления фондов, он не имел возможности управлять их активами. «Как же управлять фондами, не имея возможности распоряжаться деньгами? – рассказывал он мне. – Видимо, вы уже сами догадались: основать фонд, не требующий активного менеджмента. Мы назвали его индекс‑фондом, и он получил имя “Vanguard”. Поначалу все сочли это шуткой». Вы только представьте себе: если бы Джек Богл не допустил ошибку, он не основал бы «Vanguard» и многие миллионы частных инвесторов никогда не получили бы шанса избавиться от комиссий и других поборов, по‑прежнему теряя миллиарды долларов.

Я встретился с живой легендой в штаб‑квартире «Vanguard» в Малверне, штат Пенсильвания. Мы устроились в его кабинете, наблюдая в окно, как с Восточного побережья надвигается снежная буря. Богл по‑прежнему каждый день ходит на работу в исследовательский центр «Vanguard», который он возглавил, уйдя в 2000 году с поста председателя правления компании. При встрече Джек сжал мою руку так крепко, как будто был вдвое моложе. Возможно, это объясняется тем, что в 1996 году он перенес операцию по пересадке сердца, которая вдохнула в него новую жизнь и дала возможность продолжать, говоря его словами, «крестовый поход за права инвесторов».

Ниже следует отредактированная и сокращенная версия нашей четырехчасовой беседы.

ТР: – Скажите, Джек, откуда вы берете силы для продолжения работы?

ДБ: – Сколько себя помню, я постоянно был чем‑то занят. Уже в девять лет я разносил газеты в своем квартале. Мне всегда нравилось работать. По натуре я в некоторой степени интроверт, а когда ты занят какими‑то делами, времени на пустую болтовню не остается. Кроме того, во мне силен дух соперничества. Я всегда настроен на борьбу, даже если в ней нет особой необходимости.

ТР: – Вы начали свою карьеру в традиционном взаимном инвестиционном фонде?

ДБ: – Тогда я был молод и недостаточно умен, чтобы усвоить исторический урок и поступить в соответствии с ним. Я считал, что можно найти хорошего инвестиционного менеджера, который постоянно будет добиваться хороших результатов. Но на самом деле таких не бывает. Успехи сменяются неудачами.

ТР: – Почему так получается?

ДБ: – В инвестировании огромная доля успеха приходится не на знания и умения, а на везение. Я сказал бы, что на 95 процентов удачи приходится 5 процентов умения. А может быть, я ошибаюсь, и это соотношение составляет 98:2.

ТР: – Не в обиду будь сказано активным менеджерам!

ДБ: – Судите сами: если вы посадите 1024 человека и предложите им подбрасывать монетки, то среди них обязательно найдется один, который выбросит монетку одной и той же стороной 10 раз подряд. Что вы ему скажете? «Тебе повезло». Правильно? А в инвестиционном бизнесе ему говорят: «Ты гений!» (Смеется.) Вы можете вместо людей взять горилл, и результат будет тот же самый!

ТР: – Что вы имеете в виду, когда говорите, что существует большая разница между умным человеком и хорошим инвестором?

ДБ: – Ну, во‑первых, начнем с того, что инвесторы – это усредненная масса. Все очень просто. И большинство индивидуальных инвесторов платят слишком высокую цену за то, чтобы быть середнячками.

ТР: – Как это?

ДБ: – Активный менеджмент в обычном фонде обходится им в целом примерно в 2 процента (включая 1,2 процента общих затрат, трансакционные затраты, плату за снятие средств со счета, трейдинговые расходы). Таким образом, если рынок поднялся на 7 процентов, они получат только 5 процентов. В индекс‑фонде все затраты составляют только 0,05 процента, и на долю клиента в этом случае придется 6,95 процента. При доходности 6,95 процента годовых вложенный доллар превратится в 30 за 50 лет. А вот при 5 процентах вы за тот же срок получите не 30, а 10 долларов. Что это значит? То, что вы вкладываете 100 процентов средств, берете на себя 100 процентов риска, а получаете только 30 процентов дохода. Вот что происходит на протяжении достаточно долгого периода времени. Но люди этого не понимают, хотя стоило бы задуматься.

ТР: – Они не видят аккумулирующего эффекта затрат.

ДБ: – Людям пора уже понимать, для чего они покупают акции. Акции дают доход в виде дивидендов и в виде роста курсовой стоимости. В долгосрочной перспективе половина дохода на фондовом рынке приходится на дивиденды. Вот отсюда и проистекают все издержки фонда. Задумайтесь на минутку, Тони: в среднем дивиденды составляют 2 процента стоимости акций, но у фонда собственные затраты доходят до 1,2 процента. Он вычитает их из дивидендов. Таким образом, клиент получает только 0,8 процента. Менеджер берет больше половины ваших дивидендов, чтобы заплатить себе! На собственные расходы уходит 60 процентов дивидендов, а иногда даже больше. Теперь вы понимаете, почему я для этой отрасли словно бельмо на глазу?

ТР: – И все же 100 миллионов людей по‑прежнему вкладывают деньги в фонды с активным менеджментом. Почему?

ДБ: – Нельзя недооценивать значение маркетинга. Анализ, проведенный в 2000 году, показал, что фонды, рекламировавшие свою деятельность в журнале «Money», заявляли о среднегодовой доходности в размере 41 процента. Многих из них, а может, и большинства, уже не существует. Инвесторы ожидают, что успешный менеджер будет и впредь достигать высоких результатов, но такого не может быть и никогда не будет.

ТР:‑«Vanguard» осуществляет свою деятельность только в интересах клиентов, которые фактически являются его совладельцами. Вы поддерживаете этический стандарт независимых консультантов?

ДБ: – Не просто поддерживаю, но и настаиваю на нем. Институт инвестиционных компаний (лоббирующая организация взаимных фондов) говорит: «Нам не нужен федеральный стандарт консультантов. Мы сами являемся этим стандартом». Хорошо, но тогда, во‑первых, почему они возражают против стандарта? Это интересный вопрос. А во‑вторых, они не понимают, в чем суть конфликта интересов. У менеджера публичной компании, например инвестиционной компании «BlackRock», две обязанности: обеспечить максимальный доход своим клиентам; заработать как можно больше денег для акционеров своей компании, которые являются ее совладельцами. В результате глава «BlackRock» Лоуренс Финк оказывается перед дилеммой: чтобы повысить доходы клиентов, он должен снизить комиссионные, но, чтобы обеспечить хороший доход акционерам, комиссионные необходимо повысить. Как следствие, он пытается делать то и другое, а компания тем временем зарабатывает больше, чем когда‑либо.

ТР: – Парадокс.

ДБ: – И мы после этого говорим, что живем в великой стране.

ТР: – Какие сложности, по‑вашему, ожидают нас в ближайшие 10 лет?

ДБ: – Я вижу, что корпоративная Америка продолжает расти и развиваться. Не забывайте, что фондовый рынок – это производное от экономики. Он лишь отражает ценности, создаваемые нашими корпорациями. Они зарабатывают и будут продолжать зарабатывать деньги. Возможно, доходы несколько сократились, но компании растут и становятся более эффективными. Этот рост будет продолжаться, хотя, возможно, и не такими темпами, к которым мы привыкли.

ТР: – Почему, на ваш взгляд, снижается уровень потребления: по демографическим причинам или потому, что мы набрали слишком много долгов?

ДБ: – Нам необходимо снижать уровень задолженности. В стране накопилось слишком много долгов. В корпоративном секторе это не так заметно. Финансовые балансы компаний не внушают большого опасения. Но государственная задолженность на федеральном уровне и на уровне штатов чрезмерно велика. И с этим надо что‑то делать.

Одна из самых больших проблем и серьезный фактор риска состоит в том, что Федеральный резерв в настоящее время создал запасы в размере примерно 4 триллионов долларов. Это на 3 триллиона больше, чем обычно, и накоплены они на протяжении последних 5–6 лет. Этот узел надо как‑то развязать. Пока никто не знает как, но всем понятно, что рано или поздно это необходимо будет сделать.

ТР: – Надо ли нам тревожиться по поводу очередного финансового кризиса?

ДБ: – Если вы хотите мыслить не как рядовой инвестор, а пытаетесь увидеть общую картину, нельзя забывать об истории. Не думайте, что она не повторится. Марк Твен говорил: «История не повторяется, она рифмуется». Конечно, мы учитываем возможность серьезного мирового финансового кризиса и даже мировой депрессии. Каковы шансы на мировую депрессию? Я сказал бы, один к десяти. Но не один к тысяче. Поэтому считаю такое развитие маловероятным, но ошибается тот, кто утверждает, что такого не может быть.

ТР: – Тот, кто так утверждает, не помнит историю.

ДБ: – Да. Поэтому используйте здравый смысл, данный вам Богом. Не поддавайтесь современным причудам и модным течениям. Не успокаивайте себя тенденциями, которым подвержены акции и облигации в данный момент.

ТР: – За 64 года, проведенных в бизнесе, вы повидали всякие ситуации на рынках. Как вы устраняете эмоциональный фактор из процесса инвестирования?

ДБ: – Этого никто не в состоянии сделать, в том числе и я. Люди спрашивают меня: «Какие чувства вы испытываете, когда рынок обрушивается на 50 процентов?» Я честно отвечаю: «Отвратительные». У меня появляются спазмы в желудке. Что я делаю в таком случае? Читаю книги о том, что надо проявлять выдержку и не сворачивать с выбранного курса!

ТР: – Если бы у вас не было возможности оставить своим детям или внукам деньги в наследство, каким принципам вы их обучили бы?

ДБ: – Во‑первых, я посоветовал бы им обратить внимание на то, в какие активы они вкладывают деньги. Необходимо выбрать модель распределения активов в соответствии со своими целями и отношением к риску. Во‑вторых, нужна диверсификация. Лучшую и самую надежную диверсификацию предлагают дешевые индекс‑фонды. Об этом нельзя забывать. И, в‑третьих, откажитесь от спекуляций. Это самое главное. Ничего не делайте – просто ждите и сохраняйте спокойствие! Что бы ни происходило! Проще всего отказаться от различных соблазнов и искушений, если в облигации вложено немного больше денег, чем вам представляется целесообразным.

ТР: – Что еще вы могли бы посоветовать инвесторам?

ДБ: – Не читайте «Wall Street Journal»! Не смотрите CNBC! Мы в своем кругу просто смеемся над всем этим. Я часто даю интервью каналу СNBC и все время удивляюсь, почему они продолжают меня приглашать. А уж программу Джима Крамера я не в силах выдержать больше 40–50 секунд. Все эти крики и вопли по поводу того, что надо срочно покупать, а что – продавать, только отвлекают от нормального инвестирования. Мы тратим слишком много времени и энергии на подобные вещи и в результате все равно приходим к рыночному уровню доходности – где‑то больше, где‑то меньше. Чаще всего меньше. Так зачем тратить целый день на торговлю индексом «Standard & Poor’s 500» в реальном времени, как это предлагалось в рекламной кампании первого фонда ETF?

Тому, кто этим занимается, я бы порекомендовал вернуться к жизни. Сходите с детьми в парк. Сводите жену в ресторан. Если уж и это не помогает, прочитайте хорошую книгу.

ТР: – Что деньги значат для вас?

ДБ: – Я рассматриваю их не как цель, а как средство, ведущее к цели. Я слышал интересную историю о двух писателях – Курте Воннегуте и Джо Хеллере. Однажды Курт сказал Джо: «Устроитель нашей вечеринки заработал сегодня миллиард долларов. Всего за один день он делает столько денег, сколько тебе никогда не заработать, даже если ты распродашь весь тираж своей “Уловки‑22”». Хеллер посмотрел на Воннегута и ответил: «Зато у меня есть то, чего у него никогда не будет. Я могу сказать себе: “Мне уже хватит”».

Я оставлю своим детям достаточно денег, чтобы они могли заниматься тем, чем захотят, но не столько, чтобы они могли бездельничать. Я как‑то сказал им: «Иногда мне хочется, чтобы вы росли, пользуясь всеми теми преимуществами, что были в детстве у меня». «Но у тебя же не было никаких преимуществ», – возразили они. «Нет, дети, были. Они заключались в том, что я сам пробивал себе путь в жизни».

ТР: – Понадобились годы, чтобы донести до людей концепцию индексного инвестирования, а сегодня индекс‑фонды заполонили весь рынок. Что вы чувствуете, понимая, что были правы?

ДБ: – Люди говорят, что у меня есть все основания гордиться собой и тем, что я создал. А я отвечаю им: «Возможно, когда‑нибудь для этого придет время. Но пока оно не настало». По‑моему, Софокл однажды сказал: «Чтобы оценить великолепие дня, надо дождаться вечера». А у меня еще не вечер. Хочу признаться: я уже давным‑давно должен был умереть. Я пережил восемь инфарктов, прежде чем мне пересадили сердце. Мое сердце остановилось. Меня уже не должно было быть в живых. Но жить – это так здорово! Я не думаю об этом постоянно, но все же осознаю, что индексное инвестирование переживает, на мой взгляд, триумф. Оно произвело настоящий переворот в умах инвесторов. В этом нет сомнений. Оно изменило Уолл‑стрит, сильно сократив его влияние. Было бы жаль, если бы я умер, не увидев всего этого.

ТР: – Вы когда‑нибудь подумывали о том, чтобы отойти от дел?

ДБ: – Это скорее зависит от Бога, чем от меня. Я наслаждаюсь тем, что делаю, и радуюсь тому, что у меня есть возможность протянуть инвесторам руку помощи.

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Мы сидели в комнате ожидания перед началом телевизионного шоу «Сегодня», когда туда вошел сам Уоррен Баффет, один из величайших инвесторов ХХ века, обладатель состояния в 67,6 миллиарда долларов, третий из списка самых богатых людей мира. Нам предстояло участвовать в дискуссии за круглым столом вместе с учредительницей компании «Spanx» Сарой Блейкли и будущим министром жилищного строительства и городского развития США Джулианом Кастро. Темой беседы были экономические успехи и взгляды на дальнейшее направление развития американской экономики. Я всегда был большим поклонником Баффета. Как и миллионы других инвесторов во всем мире, я восхищался историей скромного биржевого брокера из Небраски, который превратил находившуюся в полном упадке текстильную фабрику «Berkshire Hathaway» в Новой Англии в пятую по величине компанию мира, активы которой составляют почти полтриллиона долларов и которая имеет существенную долю во многих других компаниях, начиная от «Geico» и заканчивая «See’s Candies». Секретом его успеха стало использование «ценностного инвестирования» – системы, которую он усвоил от своего учителя Бена Грэма, а затем усовершенствовал ее. Суть этой системы состоит в поиске недооцененных компаний и скупке их акций в надежде на то, что со временем они поднимутся в цене. Это одна из самых простых форм асимметричного соотношения риска и выгоды, для которой, правда, требуются обширные исследования, знания и наличие большого количества свободных средств. Именно поэтому в холдинге Баффета большую долю занимают страховые компании, которые снабжают его деньгами для инвестиций.

Уоррен не только добился феноменальных успехов в бизнесе; он известен и как один из самых щедрых филантропов в истории. Он завещал 99 процентов своего личного состояния благотворительному фонду Билла и Мелинды Гейтс. Кроме того, он является, пожалуй, самым цитируемым из лидеров бизнеса. В данной книге вы уже не раз встречались с его яркими и глубокими высказываниями.

Оказавшись в одной комнате с Баффетом, я не смог устоять перед искушением рассказать о замысле своей книги и спросил, не мог бы он выбрать время для интервью на тему «Может ли индивидуальный инвестор одержать победу в условиях волатильного рынка?».

Баффет взглянул на меня и слегка прищурился: «Тони, я рад был бы помочь вам, но боюсь, что уже сказал по этой теме все, что мог».

С этим трудно было спорить. Начиная с 1970 года он ежегодно пишет открытые обращения к своим акционерам, в которых дает советы и комментарии по инвестированию. Кроме того, за это время издано почти 50 книг, на обложке которых красуется его имя (некоторые из них написал он сам).

И все же я продолжал настаивать: «Но теперь, когда вы объявили, что жертвуете почти все свое состояние на благотворительные цели, хотелось бы узнать, какой состав портфеля вы порекомендовали бы своей семье».

Он снова улыбнулся и взял меня за руку: «Все очень просто. Надо идти по пути индексов. Вкладывайте деньги в крупный американский бизнес и не платите комиссионные менеджерам взаимных фондов. Тогда вы в конечном счете окажетесь в выигрыше».

Вот это да! Самый известный в мире охотник за выигрышными акциями вдруг выступает в поддержку индекс‑фондов как самого лучшего и дешевого инвестиционного инструмента.

Позднее, когда к Баффету по моей просьбе обратились Стив Форбс и Рэй Далио с предложением дать более развернутое интервью, он передал мне, что в этом нет необходимости. Все самое главное в инвестировании, о чем он мог рассказать, уже опубликовано. Единственное, что он мог бы порекомендовать индивидуальным инвесторам в наше время, – это вкладывать деньги на долгосрочной основе в индекс‑фонды, которые предоставляют доступ ко всему рынку и к самым лучшим компаниям мира. Повторение – мать учения. Уоррен, я понял вас! В обращении к акционерам за этот год он вновь подчеркивает данную мысль. Что он думает о распределении активов? Ниже я привожу инструкцию, которую он оставил своей жене и доверенным попечителям своего состояния на случай смерти:

«Вложите 10 процентов в краткосрочные государственные облигации, а 90 процентов в самые дешевые индекс‑фонды S&P 500 (я предлагаю “Vanguard”). Думаю, что в долгосрочной перспективе результаты окажутся лучше, чем у большинства инвесторов, будь то пенсионные фонды, финансовые компании или индивидуальные вкладчики, которые прибегают к помощи высокооплачиваемых менеджеров».

Джек Богл может быть польщен таким советом! Самый уважаемый инвестор Америки поддерживает стратегию, предложенную Джеком почти 40 лет назад!

Кстати, Баффет поспорил на миллион долларов с нью‑йоркской компанией «Protégé Partners», что той не удастся, собрав вместе даже пять лучших менеджеров хедж‑фондов, превзойти индекс S&P 500 по итогам десяти лет. По состоянию на февраль 2022 года S&P 500 демонстрировал совокупную доходность на уровне 43,8 процента, а пять менеджеров хедж‑фондов – только 12,5 процента.

Пророку из Омахи больше нечего сказать!

Глава 6.5

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Пол Тюдор Джонс, один из самых успешных трейдеров всех времен, основал свою первую фирму в возрасте 26 лет после того, как успешно провернул десятую сделку по продаже на бирже партии хлопка.

Пол опровергает законы природы, добиваясь положительных результатов на фондовом рынке в течение 28 лет подряд. Он прославился тем, что предсказал «черный понедельник» 1987 года, когда биржа за один‑единственный день рухнула на 22 процента (до сих пор непревзойденный исторический рекорд). В том месяце все подсчитывали убытки, а Пол со своими клиентами добился прибыли в размере 60 процентов. По итогам года его доходы составили почти 200 процентов!

Пол – один из моих ближайших друзей и кумиров. Я имею честь быть его личным советником по вопросам повышения производительности с 1993 года, то есть в течение 21 года из 28 лет непрерывных побед. Но еще больше, чем поразительный финансовый успех, меня впечатляет его неутолимая страсть делиться с окружающими и менять их жизнь к лучшему. Будучи учредителем фонда с говорящим названием «Robin Hood», в работе которого сочетаются как благотворительные, так и коммерческие принципы, он убедил многих самых влиятельных и богатых инвесторов вступить в борьбу с бедностью в Нью‑Йорке. Пол и команда этого фонда выполняют свою работу с не меньшим рвением, чем хедж‑фонды, куда вкладывают деньги миллиардеры. Начиная с 1988 года фонд «Robin Hood» инвестировал свыше 1,45 миллиарда долларов в городские программы. Точно так же, как Джонс непрестанно ищет возможности асимметричного соотношения выгоды и риска в финансовых делах (на данный момент это соотношение должно быть не менее 5:1), его благотворительный фонд придерживается схожего подхода. Операционные и административные расходы фонда полностью покрываются членами попечительского совета. Таким образом, спонсоры, вкладывая деньги в дела своего города, получают прибыль в соотношении 15:1. Исполнительный директор Google Эрик Шмидт говорит: «Я не знаю ни одного другого фонда, ни одной организации, которые были бы столь же эффективны!»

Сам Джонс обычно говорит о себе как о трейдере, а не о традиционном инвесторе, но, как и его бывший работодатель Э. Ф. Хаттон, он пользуется огромным авторитетом в среде инвесторов. Будучи трейдером на макроуровне, Джонс проводит технический анализ, изучает фундаментальные факторы, психологию, финансовые потоки, мировые события и их влияние на стоимость активов. Вместо того чтобы концентрироваться на конкретных акциях, он делает ставки на тенденции, определяющие облик мира от США до Китая, курсы валют, стоимость сырья и величину учетных ставок. К нему обращаются за советом самые влиятельные финансовые лидеры планеты, министры финансов, главы национальных банков и научных центров.

Чтобы взять интервью у Пола, я приехал в штаб‑квартиру его компании в Гринвиче, штат Коннектикут. В ходе беседы мы основательно проработали самые важные инвестиционные принципы, которыми должны руководствоваться индивидуальные инвесторы. В результате вы видите перед собой секреты, которыми он делится со своими трейдерами, а также с небольшой группой студентов университета, которым повезло слушать его лекции. Всю эту мудрость пришлось уместить на шести страницах.

ТР: – Пол, ты добился невероятных успехов и в инвестировании, и в трейдерстве. Двадцать восемь успешных лет подряд без единой потери! Разве это по силам смертному?

ПТД: – Все мы являемся продуктом окружающей среды. Я начал карьеру в 1976 году, торгуя сырьевыми активами на бирже. В торговле сырьем, будь то хлопок, соевые бобы или апельсиновый сок, важно понимать, что этот рынок чрезвычайно сильно зависит от погодных условий. На протяжении всего трех‑четырех лет вы можете стать свидетелем и резких подъемов, и крутых спадов. Я очень быстро усвоил психологию как «быков», так и «медведей» и понял, как стремительно может поменяться ситуация. Я видел, какие эмоции овладевают людьми в периоды спада и как в такие моменты создаются и теряются целые состояния. На моих глазах Банкер Хант в 1980 году купил на 400 миллионов долларов серебра и заработал на этом 10 миллиардов долларов, что сделало его богатейшим человеком планеты. А затем в течение пяти недель он съехал с 10 миллиардов до 400 миллионов.

ТР: – Ничего себе!

ПТД: – Вот так я усвоил, как быстро можно всего лишиться и как важно удержать то, что имеешь. Для себя я сделал главный вывод: защита в 10 раз важнее нападения. Богатство настолько эфемерно, что надо постоянно заботиться о его сохранении.

ТР: – Ты абсолютно прав.

ПТД: – Если у тебя хорошая позиция в какой‑то категории активов, на нее можно не обращать внимания: она сама о себе позаботится. Все внимание надо сфокусировать на том, где ты можешь потерять деньги, а вот как раз туда люди и не любят смотреть: «Деньги куда‑то уплывают со счета. Даже не хочется открывать финансовый отчет». Поэтому я разработал процесс, в котором основное место занимает контроль рисков, осуществляемый каждый день. Я хочу быть уверен, что у меня нет потерь.

ТР: – Что ты думаешь о самых больших мифах относительно инвестирования?

ПТД: – Ты можешь инвестировать в течение длительного времени, но это не значит, что в долгосрочной перспективе обязательно разбогатеешь, потому что у всего есть своя цена и стоимость, которые со временем меняются. Но я считаю, что постоянное отслеживание ценностных характеристик – это слишком сложная задача для рядового инвестора. Если вы не принадлежите к числу самых информированных людей о каждой категории инвестиций, то наилучший способ защитить себя от неприятностей – это диверсифицированный портфель.

ТР: – Разумеется.

ПТД: – Я хочу рассказать одну историю. Дело было в 1976 году. К тому времени я работал всего полгода и постоянно надоедал своему боссу, торговцу хлопком Эли Таллису: «Я тоже хочу продавать. Дайте мне возможность поторговать». Он обычно отвечал: «Сынок, тебе пока рано. Может быть, через полгода». Но я настаивал: «Нет, я хочу сейчас». И он сказал: «Послушай, рынок будет здесь и через тридцать лет, а вот останешься ли ты на рынке, это еще вопрос».

ТР: – Отлично сказано.

ПТД: – Так что спешить здесь некуда. Я считаю, что самое главное, что вы можете сделать, – это диверсифицировать свой портфель. Диверсификация – ключ к успеху. Важно научиться играть в защите и, повторю еще раз, оставаться в игре как можно дольше.

ТР: – Раз уж мы заговорили о диверсификации, то что ты скажешь о таком средстве защиты, как распределение активов?

ПТД: – Никто и никогда не сможет сказать с абсолютной уверенностью, что подобрал себе состав портфеля, который будет идеальным в следующие 5–10 лет. Мир меняется слишком быстро. Если взять нынешний момент, то и облигации, и акции в США переоценены, а наличные деньги обесцениваются. Так что же делать с деньгами? Бывают такие времена, когда их надо придерживать, чтобы вложить позже. Ведь может получиться так, что возникнет благоприятная ситуация, а инвестировать будет нечего.

ТР: – Как ты поступаешь в этом случае?

ПТД: – Иногда надо просто сказать себе: «На рынке нет ничего ценного и привлекательного. Перейду‑ка я в защиту и посижу некоторое время с портфелем, от которого нельзя ожидать больших результатов. Я буду в безопасности, а когда на рынке наметится рост, у меня будут средства для инвестиций».

ТР: – Ладно, у тебя есть конкретные стратегии по защите портфеля?

ПТД: – Я преподаю на младших курсах в Виргинском университете и всегда говорю своим студентам: «Я хочу, чтобы вы сэкономили 100 тысяч долларов на поступление в бизнес‑школу. Я преподам вам всю эту науку в двух фразах. Вместо того чтобы учиться в бизнес‑школе, вам надо запомнить только две вещи. Во‑первых, вы всегда должны придерживаться доминирующего тренда. Никогда не инвестируйте вопреки господствующей тенденции. Как заработали свои деньги два самых богатых человека в Америке – Уоррен Баффет и Билл Гейтс? Билл Гейтс получил пакет акций «Microsoft», который вырос в цене в 800 раз. Он постоянно оставался в тренде. А Уоррен Баффет сказал: «Я буду покупать акции сильных компаний и держать их, потому что в долгосрочном плане закон аккумулирующего эффекта сработает в мою пользу, если я их не продам».

ТР: – А средства для этого он получил от своих страховых компаний.

ПТД: – Он оседлал самую мощную в истории цивилизации восходящую тенденцию рынка и сумел противостоять искушению предпринимать что‑то еще.

ТР: – Поразительно. Но тогда у меня следующий вопрос: как ты определяешь тренд?

ПТД: – У меня для всего есть один критерий: средний показатель движения цен на момент закрытия торгов за 200 дней. Мне слишком часто приходилось видеть, как цена на какие‑то акции или сырье опускается до нуля. Главное, о чем должен думать инвестор: «Как уберечься от потери?» Если будешь использовать правило 200 дней, то сможешь обезопасить себя. Это игра в защите, которая спасает от неприятностей. Проходя со студентами тему технического анализа, я предлагаю им одно упражнение. Я рисую на бумаге или на доске приведенный ниже график, который имеет непрерывную восходящую тенденцию.

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Потом я задаю вопрос: «Вам известно только то, что вы находитесь в этой точке. Кто из вас при такой тенденции хочет продолжать держать эти активы?» Примерно 60 процентов поднимают руку. «А кто хочет соскочить и продать активы?» Таких находится около 40 процентов. И тогда я говорю: «Вот эти 40 процентов никогда в жизни не должны заниматься инвестированием! Вы заражены духом противоречия, а это самый верный путь к краху. Это значит, что вы будете покупать активы, которые обесцениваются, и продавать те, которые будут расти до бесконечности. В один прекрасный день вы разоритесь».

ТР: – Отличный и очень наглядный пример. Но некоторые из твоих самых больших побед объясняются как раз тем, что ты сумел уловить поворотную точку. Этим ты и отличаешься от других.

ПТД: – Правильно. На крахе 1987 года я сделал большие деньги.

ТР: – Расскажи подробнее. Эта сделка считается одной из трех самых крупных в истории! Большинство людей были бы в восторге, если бы получили 20 процентов годовых, а ты только на одной операции заработал 60 процентов в месяц. Тебе помогла твоя теория 200 дней?

ПТД: – Да. Она заставила меня насторожиться. В результате в самой верхней точке перед крахом я все распродал.

ТР: – Ты ждал точку смены тренда?

ПТД: – Совершенно верно.

ТР: – Потрясающе! Просто слов нет. Значит, ты не рискуешь, а постоянно думаешь о защите и стараешься соответствовать тренду? А в чем заключается вторая мысль, которую ты сообщаешь студентам?

ПТД: – Правило «пять к одному».

ТР: – Асимметричное соотношение риска и выгоды?

ПТД: – Точно. Это правило означает, что я рискую одним долларом, чтобы заработать пять. Это дает возможность принимать верные решения лишь в 20 процентах случаев. Я могу быть полным идиотом и совершать ошибки в четырех случаях из пяти, но все равно ничего не потеряю, если, конечно, в достаточной степени контролирую свой риск. Плохо то, что люди инвестируют совершенно иначе. Человеческая природа такова, что мы ничего заранее не просчитываем. Мы не задумываемся над тем, во что ввязываемся и чем рискуем.

ТР: – Но, Пол, ты же не ошибаешься в 80 процентах случаев! Если распределение активов имеет такое значение, позволь задать еще один вопрос: если бы ты не имел возможности оставить детям деньги в наследство, то какой состав портфеля и какие принципы инвестирования ты им передал бы? Я спрашиваю об этом, чтобы помочь рядовым инвесторам сформировать правильный взгляд на то, как надо вкладывать деньги.

ПТД: – Я всегда прихожу в сильное замешательство, когда речь идет о рядовом среднестатистическом инвесторе, потому что это действительно очень трудный вопрос. Если бы существовал какой‑то простой путь, некая универсальная формула, мы все были бы миллиардерами. С уверенностью могу сказать, что один из принципов заключается в том, чтобы держаться подальше от всего, что не вписывается в правило 200 дней. Второй принцип – это соблюдение правила «пять к одному» и дисциплина. Но я могу посоветовать тебе взять интервью у Рэя Далио. Он знает обо всем этом больше, чем кто‑либо. Если хочешь узнать про распределение активов, то это как раз тот человек, который тебе нужен.

ТР: – Спасибо, он следующий в моем списке! Хорошо, давай сменим тему. Ты добился феноменальных успехов, тебя считают легендой, хотя ты предпочитаешь об этом скромно молчать. Тогда расскажи мне о себе как о филантропе. Что заставляет тебя проводить такую огромную благотворительную деятельность? Почему ты так заинтересован в том, чтобы изменить жизнь людей к лучшему?

ПТД: – В детстве я с мамой часто ходил на большой овощной базар в Мемфисе и хорошо помню, как однажды потерял ее там. А ведь когда тебе всего четыре года, мама для тебя – это все. И тут ко мне подошел очень добрый чернокожий старик и сказал: «Не волнуйся, мы ее отыщем. Хватит плакать, через минуту все будет в порядке». Он взял меня за руку и повел по рядам, пока я не увидел маму. Она заметила, что я плачу, и рассмеялась.

ТР: – Надо же!

ПТД: – Такие вещи не забываются. Все эти мелочи накапливаются и приобретают огромное значение. Мы часто забываем, насколько важны даже самые незначительные наши поступки. Лично я считаю, что за добрые дела окружающих надо расплачиваться всю жизнь.

ТР: – Хорошо сказано, Пол. Я могу увидеть и почувствовать влияние того давнего случая на твою сегодняшнюю жизнь. Ты растрогал меня чуть ли не до слез. Спасибо. Хочу задать последний вопрос. Большинство людей находятся под властью иллюзии, что чем больше денег, тем меньше стресса. Так ли это? Ты уже избавился от финансового стресса?

ПТД: – Этот день еще не наступил.

ТР: – Именно это я и ожидал услышать.

ПТД: – Проблема в том, что денег никогда не бывает достаточно. В настоящее время причина финансового стресса заключается для меня в том, что мне может не хватить денег, чтобы реализовать дела, которые сделали бы мою жизнь полной, счастливой и радостной. Есть один грандиозный проект, о котором я узнал примерно месяц назад и который пока, пожалуй, не потяну. Он рассчитан минимум на 100 лет. И я думаю: «О боже! Если бы я мог купить это деревообрабатывающее предприятие, рекультивировать и облагородить землю! Через 100 лет этому месту не будет равных по красоте. Это будет настоящий рай на земле. Да, пока мне это не по силам, но так хочется! Я буду работать как сумасшедший, потому что это будет мое самое главное наследие для тех, кто будет жить через 100 лет. Они даже не будут знать, кто все это сделал, но им там будет хорошо и они будут счастливы».

ТР: – Спасибо, Пол. Я люблю тебя, брат.

Глава 6.6

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Мэри Каллахан Эрдоус – руководитель одной из самых авторитетных финансовых организаций мира, входящей в состав крупнейшего банка США. Журнал «Forbes» называет ее «редкой кометой на небосклоне Уолл‑стрит, где доминируют преимущественно мужчины», и включает в список 100 самых влиятельных женщин мира. Начиная с 2009 года, когда Мэри возглавила департамент управления активами «J.P. Morgan», стоимость этих активов выросла на полтриллиона долларов, то есть более чем на 30 процентов! Сегодня в ее управлении находится 2,5 триллиона долларов, которые вложены различными благотворительными и пенсионными фондами, центральными банками и самыми богатыми людьми планеты. В прессе нередко проскальзывают намеки, что Эрдоус находится в списке самых вероятных преемников главы «J.P. Morgan Chase» Джейми Даймона.

Хотя многие из героев моей книги считают, что пассивный менеджмент в дешевых индекс‑фондах дает индивидуальным инвесторам наилучшие результаты в долгосрочной перспективе, Эрдоус настаивает, что фонды, в которых активный менеджмент осуществляют лучшие умы этой отрасли, вполне оправдывают взимаемые высокие комиссионные. Она говорит, что лучшим доказательством служит лояльность довольных клиентов и постоянно расширяющаяся сфера деятельности.

Управление деньгами у нее в крови. Она была первым ребенком и единственной девочкой в большой ирландской католической семье из Уиннетки, штат Иллинойс. Ее отец Патрик Каллахан работал в инвестиционном банке «Lazard Freres» в Чикаго. В школе Мэри демонстрировала большие успехи в математике и завоевывала призы в конном спорте. Она была единственной девушкой в Джорджтаунском университете, специализировавшейся на математике. Со своим мужем Филипом Эрдоусом она познакомилась, получая степень МВА в Гарвардской школе бизнеса.

Став руководителем финансовой организации, Эрдоус сломала немало стереотипов. Несмотря на то что этот бизнес известен своим агрессивным менеджментом, коллеги описывают ее управленческий стиль как «лояльный», «командный» и «заботливый». Выстраивая карьеру в «J.P. Morgan», она была известна как работник, готовый полететь через всю страну к клиенту, нуждавшемуся в срочной помощи. Сейчас Мэри 47 лет. Она входит в высшее руководящее звено компании, насчитывающей 260 тысяч сотрудников, славится своими выдающимися лидерскими качествами и блестящими финансовыми решениями.

Наша встреча состоялась в штаб‑квартире «J.P. Morgan», которая расположена в классическом здании с видом на Парк‑авеню и небоскребы Манхэттена. Пока я поднимался в лифте в конференц‑зал, директор по связям с общественностью Дейрин Одуойе рассказал мне историю, которая глубоко тронула меня и одновременно позволила лучше понять человека, с которым мне предстояло встретиться. Одуойе всегда хотел работать на радио, но попал в отдел по связям с общественностью «J.P. Morgan». Когда Эрдоус попросила его стать продюсером ежедневной утренней радиопрограммы для сотрудников департамента, он изумился до глубины души:

– Я ведь плохо разбираюсь в инвестициях.

– Но вы же сами говорили мне, что хотели работать на радио, – ответила она. – Теперь у вас есть возможность стать продюсером ток‑шоу.

«Она разглядела во мне то, чего я сам о себе не знал», – сказал мне Дейрин.

Эрдоус старается лично познакомиться с каждым из своих подчиненных, какую бы должность в компании он ни занимал. При этом она умудряется периодически находить время, чтобы пообедать с тремя своими дочерьми, и почти каждый день забирает их из школы. Благодаря этому ее считают выдающимся лидером и замечательным человеком.

ТР: – Вы возглавляете одну из крупнейших организаций мира по управлению активами. Расскажите, пожалуйста, о своем жизненном пути, о трудностях, с которыми вы сталкивались, и принципах, которыми руководствовались.

МЭ: – Я не думаю, что можно заранее наметить путь к своим жизненным целям. Во многом это происходит случайно или в силу каких‑то обстоятельств.

Я помню, как у меня впервые появилась акция компании «Union Carbide». Это был подарок от бабушки на день рождения. Тогда мне исполнилось семь или восемь лет. Я была уже достаточно взрослой, чтобы это запомнить, но еще слишком маленькой, чтобы понять, что делать с таким подарком.

Она сказала мне: «Никогда не продавай ее. Если ты сохранишь эту акцию, со временем она будет становиться все дороже». Не знаю, согласилась бы я с ней сегодня или нет, но это накрепко отложилось у меня в памяти, и я с малых лет поняла, какое значение имеет накопление. Уже тогда я начала задумываться о том, как надо обращаться с деньгами. Поскольку я всегда была в ладах с математикой, мне легко было разобраться в концепции роста накоплений.

Помогло и то, что отец работал в этой области, и по выходным мы ходили к нему на работу. Я садилась на его место во главе стола, а мои братья – по бокам. Помню, нам было очень весело. Пожалуй, именно тогда у меня возникла мысль, что финансы – это интересный и увлекательный вид деятельности и бояться его не стоит. Это очень помогло мне в жизни.

ТР: – Вы работаете в сфере, в которой традиционно доминируют мужчины. Что для вас труднее всего?

МЭ: – Управление активами – это такая деятельность, в которой результаты говорят сами за себя. Создается своего рода заколдованный круг: если ты добиваешься хороших показателей для клиентов, они вкладывают больше денег, а эти деньги, в свою очередь, дают еще больший доход. Сказывается аккумулирующий эффект, о котором я узнала еще от бабушки. Поэтому в данном бизнесе полное равноправие. Если ты хорошо работаешь, то добьешься успеха.

ТР: – Что такое лидерство? Как бы вы его определили?

МЭ: – Очень важно не путать понятия «управление» и «лидерство». Лидер – это такой человек, который не просит других сделать то, что может сделать сам. Он каждое утро просыпается с мыслью о том, чтобы сделать свою организацию местом, где всем приятно работать. Я искренне считаю, что это я работаю на всех сотрудников своего департамента, а не они на меня. Поэтому стараюсь смотреть дальше и глубже, чем они.

В прошлом я сама была портфельным менеджером, консультантом и руководила своим бизнесом, поэтому знаю, что мы можем делать для клиентов. Я считаю, что моя работа отчасти заключается в том, чтобы не только руководить командой, но и самой спускаться к людям в окопы и трудиться бок о бок с ними.

Думаю, что человек уже рождается лидером, но это не значит, что над этим качеством не нужно работать, оттачивать его, выделять эффективные методы. Стиль лидерства должен быть разным в зависимости от того, с кем и в какой ситуации ты имеешь дело, но основные принципы остаются неизменными.

ТР: – Недавно я брал интервью у доктора Роберта Шиллера после вручения ему Нобелевской премии в области экономики, и он рассказывал мне, как много полезного финансовые учреждения делают для мира, но люди не замечают этого, так как считают чем‑то само собой разумеющимся. Почему, на ваш взгляд, репутация финансистов пошатнулась и что можно сделать, чтобы поправить ее?

МЭ: – После финансового кризиса люди потеряли доверие к этой отрасли. Конечно, задним числом можно сказать, что какие‑то вещи надо было делать иначе, что многие продукты были слишком сложными и вводили в заблуждение. Но в целом финансовая отрасль делает для мира очень многое. Мы снабжаем компании капиталом для роста, а это создает новые рабочие места. Мы помогаем индивидуальным инвесторам накапливать деньги и вкладывать их, чтобы иметь возможность купить себе дом, заплатить за учебу в колледже или безбедно прожить старость. Мы помогаем местным властям финансовым, интеллектуальным и физическим капиталом наших сотрудников.

Я очень горжусь тем, что являюсь частью этой отрасли, а особенно своей работой в «J.P. Morgan». У нас 260 тысяч сотрудников, которые каждый день трудятся на благо клиентов и стараются помочь им, чем могут. Мы считаем, что если кто‑то продает продукт, который не посоветовал бы своей бабушке, то ему не место в этом бизнесе. Это, конечно, упрощенный взгляд на вещи, но он позволяет понять общий принцип.

ТР: – Я хочу затронуть щекотливую тему. Рэй Далио, Джек Богл, Дэвид Свенсен и Уоррен Баффет утверждают, что активный менеджмент в долгосрочной перспективе неэффективен и что 96 процентов фондов с активным менеджментом не в состоянии превзойти показатели индексов. Я хотел бы узнать ваше мнение на этот счет, потому что вы добиваетесь экстраординарных результатов.

МЭ: – Самая большая проблема инвестирования состоит в том, что не существует одного рецепта на все случаи жизни. Но если взглянуть на самых успешных портфельных менеджеров мира, то можно увидеть, что многие из них активно продают и покупают акции компаний, о которых у них имеется информация, недоступная другим. Их результаты доказывают, что активный менеджмент в течение достаточно продолжительного времени может оказывать большое влияние на доходность портфеля. Задача активного менеджера состоит в том, чтобы, рассматривая две, казалось бы, одинаковые компании, на основе глубоких исследований прийти к выводу, что одна из них в плане вложения денег предпочтительнее другой. В компании «J.P. Morgan» достаточно таких менеджеров, которые успешно работают уже долгое время. Именно поэтому люди доверили нам 2,5 триллиона долларов.

ТР: – Великие инвесторы постоянно заняты поиском ситуаций с асимметричным соотношением риска и выгоды. Так поступают и самые богатые люди. Но как, скажите мне, может рядовой инвестор, не располагающий большими деньгами, разбогатеть без риска или хотя бы сведя его к минимуму?

МЭ: – Дело не в наличии денег, а в том, чтобы основательно продумать свои действия, получить хороший совет и твердо придерживаться избранного плана. Очень часто бывает так, что люди разрабатывают план диверсификации, но, когда условия на рынке меняются в ту или другую сторону, они пытаются извлечь максимум из текущего момента и либо чрезмерно рискуют, либо перестраховываются. Но это очень опасно, потому что невозможно предсказать, по какому сценарию будут разворачиваться события.

Хорошо диверсифицированный портфель позволяет избежать большого риска, а если вы будете придерживаться намеченного плана, то в долгосрочной перспективе сможете получить весомый доход.

ТР: – В чем вы видите сегодня самые благоприятные возможности для инвестирования и самые большие опасности, к которым следует быть готовыми?

МЭ: – Я думаю, что через какое‑то время, оглянувшись на сегодняшние условия, мы скажем: «Это было отличное время для инвестиций». У нас в системе достаточное количество ликвидных средств, чтобы исправить допущенные в прошлом ошибки. В ближайшие пять лет инвестирование, особенно с дальним прицелом, предоставит множество отличных возможностей, но думать об этом надо уже сейчас. Большинству инвесторов сегодня нужны хорошая доходность, умеренная волатильность и ликвидность. В настоящее время все еще ощущаются негативные последствия 2008 года, и это многих тревожит. Они думают: «Смогу ли я получить свои деньги, если они понадобятся мне прямо сейчас?» Если эта проблема вас не беспокоит, можете смело инвестировать. Последующие годы обещают быть хорошими, и вы еще не раз с благодарностью их вспомните.

ТР: – Удалось ли вам избавиться от финансового стресса?

МЭ: – Этот стресс никогда не покинет ни одного человека независимо от уровня его богатства и успеха.

ТР: – Почему?

МЭ: – Потому, что, сколько бы денег у вас ни было, вы хотите быть уверены в том, что используете их с максимальной эффективностью и при страховании здоровья и жизни, и при обеспечении жизненных потребностей семьи, и при заключении договоров страхования имущества, и при инвестировании, и при пожертвованиях на благотворительные цели.

ТР: – Существует ли противоядие от этого стресса?

МЭ: – Лично я стараюсь видеть перспективу и концентрироваться только на том, что подвластно моему контролю, то есть каждый день делать все, что в моих силах. Вы никогда не потеряете равновесие, если будете развивать себя как личность, совершенствовать свои профессиональные навыки, заботиться о семье и друзьях, о своей душе и теле. Бывает, что порой что‑то идет не так, но это не может продолжаться вечно.

ТР: – Если бы вы могли оставить в наследство своим детям только набор правил и стратегий формирования портфеля и распределения активов, то как бы они выглядели?

МЭ: – Инвестируйте на долгосрочной основе и изымайте деньги лишь в том случае, когда возникает острая необходимость. Состав портфеля может быть разным для разных людей. Например, у меня три дочери. Все они разного возраста, у них разный уровень знаний и умений. Я не знаю, как сложится их будущее. Возможно, кто‑то из них будет расходовать больше денег, кто‑то меньше. Кто‑то найдет высокооплачиваемую работу, а кто‑то по натуре окажется филантропом и будет много тратить на благотворительные нужды. У кого‑то могут возникнуть проблемы со здоровьем. Кто‑то выйдет замуж, а кто‑то не захочет. У одной будут дети, а у другой нет. Со временем жизненные обстоятельства меняются. Поэтому, даже если бы я с первых дней учила их, как надо распоряжаться своими сбережениями, с годами обязательно все поменялось бы.

ТР: – Сколько лет вашим девочкам?

МЭ: – Одиннадцать, десять и семь. Они доставляют мне много радости.

ТР: – Судя по тому, что я о вас читал, вы сторонница тесной интеграции работы и личной жизни. Расскажите мне об этом.

МЭ: – Мне посчастливилось работать в компании, которая заботится о семьях сотрудников и проявляет большую гибкость в организации работы. Поэтому вам всегда пойдут навстречу, если надо уйти чуть пораньше, чтобы успеть на футбольный матч с участием ваших детей, а потом прийти вечером и закончить проект, или привести детей в выходные дни на работу, как это делал в свое время наш отец.

ТР: – Значит, и ваши дочери сидят за вашим рабочим столом, готовясь к будущей жизни?

МЭ: – Совершенно верно. Работа и семья для меня неразделимы, и я всегда стараюсь извлечь максимум из обеих сторон жизни.

Глава 6.8

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Т. Бун Пикенс, которого телеканал CNBC называет «нефтяным пророком», всегда опережал свое время. В начале 80‑х годов он был одним из первых корпоративных рейдеров, хотя всегда предпочитал говорить о себе как об «активисте борьбы за права акционеров». Он с давних пор ставил во главу угла интересы акционеров. Тогда подобный подход был чем‑то неслыханным, но в последнее время стал стандартом корпоративной культуры Америки. Журнал «Forbes» писал: «Идеи Буна, поначалу казавшиеся революционными, теперь считаются краеугольным камнем экономики и воспринимаются всеми как нечто само собой разумеющееся».

В начале 2000‑х годов Пикенс возглавил хедж‑фонд и заработал свой первый миллиард, когда ему уже перевалило за семьдесят. Свою вторую карьеру он посвятил инвестированию в энергетические активы. В последующие 10 лет Пикенс превратил этот миллиард в четыре, из которых два вновь потерял, а один пожертвовал на благотворительные цели.

Будучи неисправимым оптимистом, Бун недавно женился в пятый раз и в свои 86 лет не сходит со страниц светской хроники. Выйдя в прошлом году из списка 400 самых богатых людей, он опубликовал в Twitter знаменитое сообщение: «Не беспокойтесь. Даже со своими 950 миллионами я чувствую себя прекрасно. Как ни смешно, но миллиард, пожертвованный мною на благотворительность, превышает мое нынешнее состояние». Когда я затронул в беседе эту тему, он сказал: «Тони, ты же меня знаешь. В ближайшие два года я верну себе эти два миллиарда».

Бун родился в годы Великой депрессии и начал свою карьеру с нуля. В 12 лет он разносил газеты и очень быстро расширил свой список адресов с 28 до 156. Позднее он рассказывал, что это был его первый опыт «роста бизнеса за счет захвата чужой территории». Окончив Оклахомский университет в 1951 году и получив ученую степень в области геологии, Пикенс впоследствии создал свою энергетическую империю в Техасе. В 1981 году его «Mesa Petroleum Corporation» превратилась в одну из крупнейших независимых нефтедобывающих компаний мира. В 80‑е годы история присоединения к ней таких компаний, как «Gulf Oil», «Phillips Petroleum» и «Unocal», стала одной из легенд мира бизнеса.

Успехи чередовались с неудачами. Когда в 1996 году Пикенс покинул компанию «Mesa» и ее доходы резко пошли на убыль, он потерял 90 процентов своего инвестиционного капитала и многие списали его со счетов. Однако его возвращение в бизнес оказалось не менее громким, чем уход, так как в своем инвестиционном фонде Пикенс сумел вновь превратить оставшиеся у него 3 миллиона долларов в миллиарды.

Хотя в последнее время мы сосредоточились главным образом на двух категориях активов – акциях и облигациях, – фонд Буна «BP Capital» идет своим путем. Он делает ставку на энергетические фьючерсы и другие деривативы. Поскольку эта книга посвящена вопросам достижения финансовой независимости, Бун утверждает, что зависимость США от иностранной нефти является главной угрозой не только национальной безопасности, но и состоянию экономики. Он всегда выбивался из общего потока и в настоящее время участвует в крестовом походе за избавление страны от зависимости от ОПЕК, разрабатывая план новой энергетической политики.

Бун всегда был моим кумиром, а сегодня я имею честь называть его своим другом. Он не раз оказывал мне любезность, выступая на моих семинарах. Ниже я привожу выдержки из нескольких наших последних бесед о богатстве, защите энергетического будущего Америки и о скромном начале его карьеры.

ТР: – Я хотел бы начать с необычной истории вашего появления на свет. Вы часто называете себя самым везучим человеком в мире, и это не просто слова. Расскажите мне об этом.

ТБП: – Моя мама забеременела в 1927 году, а роды начались в мае 1928 года в маленьком городке в Оклахоме. Врач сказал моему отцу: «Том, тебе придется принять нелегкое решение. Выжить может только кто‑то один: либо жена, либо ребенок». Отец ответил: «Это невозможно. Наверняка есть какой‑то другой путь, чтобы сохранить обоих». К счастью, мамин врач (один из двух в нашем городе) оказался по специальности хирургом. Он сказал: «Ладно, Том, но тогда необходимо прибегнуть к кесареву сечению. Я никогда его не делал сам. Только видел со стороны. Я прочитал все, что у меня есть по этой теме». Он подошел к книжной полке, взял учебник и показал отцу полторы страницы, посвященные кесареву сечению. Отец тоже прочитал, а потом взглянул на него и сказал: «Я думаю, ты сможешь это сделать». Они встали на колени, помолились, и врач приступил к операции. Вот так я и появился на свет в 1928 году.

ТР: – Вот это да!

ТБП: – Прошло еще 30 лет, прежде чем в нашей больнице была проведено очередное кесарево сечение.

ТР: – Просто невероятно, что у вашего отца хватило смелости не слушать других, когда речь шла о жизни близких людей! Он настоял на том, что должен существовать другой способ, и не позволил убедить себя в обратном. Должно быть, этот случай оказал большое влияние на вашу жизнь. Вы ведь тоже не принимаете ответа «нет»?

ТБП: – Точно.

ТР: – Кроме того, с вами в детстве произошла одна история, которая говорит о вашей честности, хотя многие, к сожалению, считают, что это не самое главное качество в мире финансов. Расскажите об этом.

ТБП: – Как‑то, разнося газеты, я случайно посмотрел под ноги и заметил в траве пачку денег. Я решил, что они принадлежат хозяину дома по соседству, постучал в дверь и сказал: «Мистер Уайт, я нашел ваши деньги». «О боже! – воскликнул он. – Даже не знаю, что бы я без них делал. Тебя надо отблагодарить». И он дал мне доллар. Я не мог поверить своим глазам. Ведь доллар в то время – это были большие деньги.

ТР: – Конечно.

ТБП: – Это был 1940 год, мне было 11 лет.

ТР: – Могу себе представить.

ТБП: – Я весь такой радостный пришел домой и рассказал маме, тете и бабушке, что мистер Уайт подарил мне доллар. Но они только укоризненно покачали головами. Я никак не мог сообразить, в чем дело: «Вы что, не понимаете? Он же так обрадовался, что я нашел и принес ему деньги». Бабушка посмотрела на меня и сказала: «Малыш, за честность денег не берут». Было решено, что я пойду к мистеру Уайту и верну ему этот доллар.

ТР: – Чудесно! Значит, на ваш характер повлияли две истории: о необходимости принимать трудные решения и о честности. Я помню еще одно ваше высказывание, которое прочитал, еще будучи ребенком. Мне всегда было интересно, что отличает лидера от его последователей, а вы тогда сказали, что главное качество лидера – это его решимость.

ТБП: – В 1984 году мы приняли решение присоединить к себе «Gulf Oil», так как я считал, что в этой компании слишком слабая управленческая команда. Я тогда сказал себе: «Эти ребята не способны нажать на спусковой крючок. Они только целятся, целятся, целятся, но никак не могут выстрелить!»

ТР: – Хорошо сказано. Значит, вы открываете огонь быстрее?

ТБП: – Многие люди оказываются в лидерской позиции, но меня просто бесит, когда они тянут с решениями. Они не хотят ничего решать и ждут, пока кто‑то сделает это за них. Я всегда чувствую, что у меня созрело хорошее решение, и могу предвидеть результаты.

ТР: – Да, это подтверждается практикой. Вы стали миллиардером, поняв значение энергетических ресурсов и воспользовавшись этим к своей выгоде.

ТБП: – В 19 случаях из 21 я правильно предсказывал цены на нефть.

ТР: – Ничего себе: 19 из 21!

ТБП: – Да, в эфире канала CNBC.

ТР: – Просто невероятно! Вы ведь еще предсказали, что галлон бензина будет стоить 4 доллара, не так ли? Кто бы мог подумать, что цены так скакнут в 2022 году?

ТБП: – Тони, выступая в 2022 году на твоем семинаре в Сан‑Вэлли, я рискнул предположить, что к 4 июля баррель нефти дойдет до 120 долларов. Так оно и случилось. Помню, я тогда говорил, что глобальный спрос подбирается к отметке 90 миллионов баррелей в сутки и цена неизбежно должна вырасти, чтобы спрос соответствовал предложению.

ТР: – Многие участники моей «платиновой группы» заработали тогда неплохие деньги на вашем предсказании. Вы ведь предложили им выгодный синтетический опцион на это повышение цены. С учетом ваших успехов я хотел бы затронуть тему, которую мы обсуждали со всеми выдающимися инвесторами: асимметричное соотношение риска и выгоды. Как снизить степень риска или привести его к такому уровню, чтобы полученная выгода его оправдывала? Что вы думаете по этому поводу?

ТБП: – Ты в свое время получил степень МВА. Вспомни, чему вас учили: необходимо обезопасить себя от потерь и добиться некоторой доходности. На выходе получается выигрыш. Я никогда не руководствуюсь этим принципом при инвестировании.

ТР: – Серьезно?

ТБП: – Одни сделки сулят больший доход, чем другие. Я считаю, что главное – это проанализировать риски. Но я не могу сказать тебе, как именно я прихожу к такому решению. Я знаю, что могу сесть в лужу, но ведь есть и возможность сорвать огромный куш. Ради большой выгоды я готов пойти на большой риск.

ТР: – Хорошо, я вас понял. Тогда позвольте еще один вопрос. Если бы вы не имели возможности завещать детям деньги, а могли только передать им свой подход к инвестированию и стратегию формирования портфеля, то как они выглядели бы? Чему вы их научили бы, чтобы обеспечить на долгие времена?

ТБП: – Я искренне считаю, что надо передать им высокую мораль и этику по отношению к работе. А если добавить к этому хорошее образование и готовность трудиться не покладая рук, то успех не обойдет стороной. Я думаю, что моральные принципы были заложены в меня еще в детстве, в маленьком городке в Оклахоме. Я видел, как усердно работали мои бабушка, мать, отец и все, кто меня окружал. Я видел, что люди с хорошим образованием зарабатывают больше.

ТР: – Если я правильно понял, надо оставлять детям в наследство не основы формирования портфеля, а мировоззрение и моральные принципы?

ТБП: – Правильно.

ТР: – Вы зарабатывали и теряли миллиарды долларов. Что для вас значат деньги? Как бы вы определили, что такое богатство?

ТБП: – Хочешь, я расскажу тебе, в какой момент почувствовал себя богачом?

ТР: – В какой же?

ТБП: – Когда завел 12 охотничьих собак.

ТР: – Сколько лет вам тогда было?

ТБП: – Пятьдесят.

ТР: – Серьезно?

ТБП: – Я с детства любил охотиться на перепелов, как и отец. И у меня всегда были охотничьи собаки. Одну я держал на заднем дворе. Потом, когда дела пошли получше, завел себе вторую. А когда у меня их стало двенадцать и пришлось построить псарню, я вдруг в один прекрасный день подумал: «Господи, а ведь я богач. У меня целых 12 собак!»

ТР: – Вы использовали свое богатство, чтобы сделать множество добрых дел для общества. Я знаю, что вы один из самых щедрых спонсоров образования и пожертвовали свыше 500 миллионов долларов своей альма‑матер – Охклахомскому университету. Просто невероятно!

ТБП: – Я всегда хотел, чтобы мой университет был более конкурентоспособным и в спортивном, и в учебном плане. Для меня это большая честь.

ТР: – Правду говорят, что ваше пожертвование университету на спортивные цели в 2005 году было самым крупным в истории национального студенческого спорта?

ТБП: – Да, правду.

ТР: – Поразительно! И я знаю, что это не единственная ваша благотворительная акция. Но давайте сменим тему и поговорим об энергетической независимости. Вы сделали состояние на нефтяной индустрии и вряд ли можете претендовать на роль проповедника, осуждающего зависимость США от нефти, но вот уже семь лет исполняете эту миссию. Расскажите мне о так называемом плане Пикенса.

ТБП: – Видишь ли, в чем дело, Тони. Америка подсела на нефть, и эта зависимость угрожает нашей экономике, окружающей среде и национальной безопасности. И ситуация с каждым десятилетием становится все хуже. В 1970 году мы импортировали 24 процента необходимой нам нефти. Сегодня мы ввозим почти 70 процентов, и эта цифра продолжает расти.

ТР: – И вы стараетесь уберечь нас от этого?

ТБП: – Да. Мы отдали свою безопасность в руки потенциально недружественных и нестабильных стран. Если мы на 70 процентов зависим от поставок нефти из‑за рубежа, то это очень сомнительная позиция в нашем непредсказуемом мире. А в ближайшие 10 лет мы потратим на закупки нефти 10 триллионов долларов. Это будет самое большое перераспределение богатства в истории человечества.

Про бизнес:  Тинькофф хотел бы дать клиентам возможность торговать криптой От

ТР: – Трудно даже поверить! Каково же решение?

ТБП: – Мы можем много выиграть за счет развития возобновляемых источников энергии, но это не решит проблему, которую ставит перед нами ОПЕК[16]. Дело в том, что энергия ветра и солнца не используется в транспортных средствах. Зато для этого хорошо подходит природный газ. Для нужд транспорта в настоящее время используется 70 процентов всей добываемой нефти. Единственный способ лишить ОПЕК ее козырей – это использовать природный газ или свою собственную нефть.

ТР: – И что для этого надо сделать?

ТБП: – Мы импортируем примерно 12 миллионов баррелей нефти в день, пять из которых поступают из стран – членов ОПЕК. Чтобы избавиться от такого положения, мы должны добывать природный газ в США. И у нас для этого есть все ресурсы. Тони, мы сидим на запасах природного газа, которых хватит на 100 лет. В эквиваленте это составляет по меньшей мере 4 триллиона баррелей нефти. Это втрое больше, чем все нефтяные запасы Саудовской Аравии. Если мы этим не воспользуемся, то будем последними идиотами.

ТР: – Невероятно.

ТБП: – Природный газ в настоящее время очень дешев. Сто долларов, уплаченных за нефть, эквивалентны примерно 16 долларам за газ. Таких цен за газ мы никогда не видели. Все области использования энергетических ресурсов, будь то транспорт или добыча электричества, должны задуматься о переходе на газ.

ТР: – Я знаю, что вы потратили уйму времени, энергии и денег на разработку своего плана. Вы представили его американской общественности и организовали национальную кампанию в средствах массовой информации. Как вы считаете, это сработает?

ТБП: – В 2008 году я представил свой план в Вашингтоне, потратив на это 100 миллионов долларов из собственных средств. Мне кажется, я сделал все, что было в моих силах. Да, у Америки будет своя энергетическая программа.

ТР: – Я в своей книге много говорю о распределении активов. Практически все ваши активы – это энергетические ресурсы. Я прав?

ТБП: – Да, но в энергетической сфере много различных направлений. Мы вкладываем деньги в весь спектр энергетических активов, но не выходим за его пределы.

ТР: – Значит, так выглядит ваша версия распределения активов. Если бы сегодня вы были индивидуальным инвестором, располагающим, скажем, 50 тысячами долларов, куда вы их вложили бы?

ТБП: – Конечную стадию этой отрасли составляют нефтеочистные и нефтеперерабатывающие предприятия. Лично я бо льшую часть своей жизни посвятил начальной стадии – геологоразведочным работам и добыче нефти. Однако в настоящее время природный газ очень дешев. Это крайне интересная тема, которой надо заниматься. В целом я считаю, что у нефтяной и газовой отрасли большое будущее ввиду развития технологий. Мы добились невероятного технологического прогресса. Сегодня наша страна с точки зрения природных ресурсов выглядит намного лучше, чем 10 лет назад. Тогда у меня не было такой уверенности в будущем.

ТР: – Скажите, Бун, в чем источник вашей энергии?

ТБП: – Видишь ли, Тони, я люблю зарабатывать деньги и люблю их отдавать. Второе, конечно, не так сильно, как первое, но все же я твердо уверен, что именно в этом и состоит мое земное предназначение – зарабатывать и щедро тратить.

ТР: – Вам свойственна щедрость?

ТБП: – Одна из моих целей заключается в том, чтобы еще до смерти раздать миллиард долларов. Вы знаете о «Клятве дарения», которую принесли Уоррен Баффет и Билл Гейтс? Они позвонили мне и предложили присоединиться. Я ответил: «Если вы заглянете в “Forbes” за 1983 год, то увидите, что я обещал отдать 90 процентов своего состояния. Почему бы вам не присоединиться ко мне? »

ТР: – Показательный факт.

ТБП: – Я каждый день хожу на работу и буду продолжать это делать. Так было на протяжении всей моей жизни. Работа для меня – это все. Кто‑то скажет: «Нельзя же так. Главное – это семья». Но для меня и то и другое – радость. Я радуюсь, проводя время с семьей. Я радуюсь, работая. Мои результаты нельзя назвать отличными, но они достаточно хороши, чтобы прожить еще один день с мыслью о том, что завтра меня ждет большая удача. Возможно, этого и не случится, но я думаю так каждый день.

ТР: – Ваши слова вдохновляют меня и многих других людей в мире. Я в восторге от вашей страсти и упорства. В свои 86 лет вы добились очень многого, но продолжаете расти и делиться с окружающими.

ТБП: – Спасибо, Тони. Ты тоже добился больших успехов и помог многим людям. Возможно, даже больше, чем я.

ТР: – Ну, не знаю.

ТБП: – Но мы с тобой оба победители, потому что умеем делиться.

ТР: – Да, согласен. Я очень люблю вас, дружище. Спасибо.

Глава 6.9

Кайл Бэсс: мастер риска

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Занимаясь прыжками в воду и участвуя в соревнованиях, Кайл Бэсс разбирается в основных законах физики. Он хорошо знает, что любой предмет, поднятый вверх, должен упасть. Именно поэтому в 2005 году он задался вопросом о судьбе рынка жилья, переживавшего в то время невиданный бум. Причем это был вопрос, о котором раньше никто не задумывался: «Что будет, если цены на жилье вдруг перестанут расти?» В результате Кайл сорвал огромный куш, сделав в 2008 году ставку на неминуемый крах рынка недвижимости и последовавший за этим экономический кризис. Так он заработал свой первый миллиард. Но Бэсс пошел еще дальше, вложив эти деньги и получив с них прибыль в размере 600 процентов в течение всего 18 месяцев. Это сделало его одним из самых успешных менеджеров хедж‑фондов своего времени.

Обычно Кайл очень редко дает интервью, но выяснилось, что моя работа интересовала его еще в колледже, поэтому мне выпала честь встретиться с ним в его небоскребе в Далласе. Бэсс считает свою удаленность от Нью‑Йорка конкурентным преимуществом. «Нас, по крайней мере, не угнетает шум», – говорит он.

Бэсс – скромный и доступный человек. Когда я спросил, что привело его к мысли сыграть против рынка недвижимости, он ответил: «Тони, для этого не надо быть семи пядей во лбу. Просто у одного идиота из Далласа возникли некоторые сомнения».

Бэсс живет вместе с женой и детьми в Далласе и работает в попечительском совете Техасского университета, помогая управлять одним из самых крупных университетских инвестиционных фондов в США, активы которого составляют 26 миллиардов долларов. Вы уже вкратце познакомились с Бэссом, читая историю о пятицентовых монетах. Именно он преподал своим детям урок асимметричного соотношения риска и выгоды, скупив пятаков на 2 миллиона долларов в расчете на 25‑процентную прибыль. Кайл говорит, что с удовольствием вложил бы в эту операцию все свое состояние, если бы нашел на рынке достаточное количество монет!

Однако, если отвлечься от никелевых монет, постоянные поиски асимметричного соотношения риска и выгоды привели его в 2008 году к двум крупнейшим финансовым операциям века, в которых он воспользовался крахом рынка недвижимости в США и европейским долговым кризисом. На примете у него и третья сделка, которая, по его словам, будет еще крупнее. Ниже следует краткое изложение его интервью, продолжавшегося два с половиной часа.

ТР: – Расскажите немного о себе.

КБ: – Я долго занимался прыжками в воду. Некоторые считают, что для этого нужны соответствующие физические данные, но на самом деле этот вид спорта на 90 процентов требует определенных ментальных качеств. Фактически это борьба с самим собой. Лично мне спорт принес большую пользу. Я научился дисциплине и умению извлекать уроки из ошибок. Личность человека на самом деле определяется его отношением к неудачам. Отец и мать очень любили меня, но заработать денег за всю свою жизнь так и не смогли. Я поклялся, что никогда не буду так жить. Мои родители курили, а я поклялся никогда не курить. Отрицательная мотивация была у меня всегда сильнее положительной. В этом мои взгляды во многом совпадают с вашими теориями.

ТР: – Полностью совпадают. Когда я пытаюсь найти общие черты у людей, добившихся успеха, то наряду с образованием и талантом там всегда присутствует голод.

КБ: – Голод и боль.

ТР: – Голод является следствием боли. Сильного желания не может возникнуть, если не приходится преодолевать большие трудности.

КБ: – Это правда.

ТР: – Итак, голод побудил вас основать собственный фонд. Это было в 2006 году, правильно?

КБ: – Верно.

ТР: – Меня особенно удивляет скорость, с которой вы начали получать прибыль.

КБ: – Мне повезло.

ТР: – В первый год доходность составила 20 процентов, а на следующий – уже 216 процентов. Так?

КБ: – Правильно. Я достаточно рано заметил, что происходит на рынке недвижимости. Мне всегда нравилось выражение «Удача возникает, когда готовность встречается с возможностью». Мне кажется, я прочитал его в одной из ваших книг, когда учился в колледже. Так вот, я был подготовлен. Мне повезло оказаться в нужное время в нужном месте, потому что у меня были готовы для этого все ресурсы.

ТР: – Многие люди видели эту проблему, но ничего не предпринимали. В чем ваше отличие? Что позволило вам добиться успеха?

КБ: – Если помните, деньги в ту пору доставались практически даром. В 2005 и 2006 годах вы могли получить кредит по ставке LIBOR плюс 250 базисных пунктов (что очень дешево) и купить любую компанию, имея лишь небольшую часть собственного капитала, но зато целую кучу долгов. Однажды мы с моим другом и коллегой Аланом Фурнье обсуждали по телефону, как не допустить потерь на сделках с недвижимостью. В то время все умники твердили: «Цены на жилье являются следствием роста занятости и доходов населения». Они уверяли, что, пока растут доходы и создаются рабочие места, недвижимость будет становиться только дороже. Это, конечно, было ошибкой.

ТР: – Теперь это всем очевидно.

КБ: – В сентябре 2006 года меня пригласили на совещание в Федеральный резерв и сказали: «Кайл, вы новичок в этой области и не понимаете, что рост доходов стимулирует рынок жилья». Рынок жилья действительно шел рука об руку с медианным уровнем доходов на протяжении пятидесяти лет. Однако в последние четыре года цены на жилье увеличивались на 8 процентов в год, а доходы росли только на 1,5 процента. Показатель стандартного отклонения[17] при этом составляет от 5 до 6. Чтобы вернуть это соотношение к норме, необходимо, чтобы доходы выросли почти на 35 процентов или, наоборот, чтобы цены на недвижимость упали на 30 процентов. Поэтому я стал посещать все финансовые компании на Уолл‑стрит с одним вопросом: «Покажите мне свою модель развития рынка. Что произойдет, если цены на жилье будут подниматься только на 4 процента, на 2 процента в год или вообще перестанут расти? Так вот, в июне 2006 года ни одна компания не рассматривала такого сценария, при котором рост цен прекратится.

ТР: – Вы серьезно?

КБ: – Ни одна.

ТР: – Эти ребята слепо верили тому, что сами же придумали.

КБ: – Поэтому в ноябре 2006 года я попросил компанию USB разработать модель поведения рынка при прекращении роста цен на жилье. Получилось, что потери пула ипотечных кредитов составят 9 процентов. (Ипотечный пул – это портфель, состоящий из объединенных в общую массу индивидуальных ипотек со схожими сроками погашения и кредитными ставками, на основе которого выпускались ценные бумаги, обеспеченные закладными на недвижимость. Этим ценным бумагам присваивался высокий кредитный рейтинг, и инвесторы покупали их в расчете на доход. При условии роста цен на недвижимость доход обещал быть весьма высоким. Но в условиях прекращения роста эти ценные бумаги должны были потерять 9 процентов.) Тогда я позвонил Алану Фурнье, работавшему в «Pennant Capital Management» (а до этого в «Appaloosa Management» у Дэвида Теппера), и сказал: «Такие вот дела». Затем я учредил генеральное партнерство, которое должно было заниматься этими субстандартными кредитами, и в память об этом телефонном разговоре дал ему название AF GP по имени Алана Фурнье. Для меня этот наш разговор стал поворотной точкой.

ТР: – Ясно. Вы можете мне сказать, каким было соотношение риска и выгоды, когда вы с Аланом начали играть против рынка?

КБ: – Степень риска составляла 3 процента годовых. То есть при продолжении роста цен на недвижимость я терял 3 цента из каждого вложенного доллара!

ТР: – Поразительно, практически никакого риска!

КБ: – Да, всего 3 процента.

ТР: – Все считали, что этот рынок будет расти до бесконечности. А что касается доходной части?

КБ: – При остановке роста или снижении цен мой выигрыш составил бы целый доллар.

ТР: – Таким образом, вы потеряли бы 3 процента, если бы ваша ставка не сыграла, но выиграли бы 100 процентов, если бы ваши расчеты оказались верными.

КБ: – Да. Хорошо, что я не стал прислушиваться к экспертам по недвижимости. Все они говорили: «Кайл, ты просто не понимаешь, о чем говоришь. Это не твой рынок. Такого не может случиться». Я отвечал: «Возможно, я и не знаю того, что знаете вы, но провел большую исследовательскую работу». Они не видели леса за деревьями, а для меня он был как на ладони.

ТР: – Вы хорошо просчитали соотношение риска и выгоды.

КБ: – Мне приходилось слышать и другое: «Такого не может быть, потому что в этом случае рухнет вся финансовая система». Но это тоже не было для меня аргументом. Мы всегда настроены на лучшее – такова уж человеческая природа. Если бы вы не ожидали в будущем ничего хорошего, то вам даже незачем было бы вставать по утрам с кровати. Людям свойствен оптимизм.

ТР: – Он помогает во всем, кроме финансов.

КБ: – Совершенно верно.

ТР: – Еще более удивительно, что сразу после того, как сыграла ваша ставка против рынка недвижимости, вы оказались правы также насчет Европы и Греции. Как это получилось? Мне опять‑таки хочется понять ход ваших мыслей.

КБ: – В середине 2008 года, уже после банкротства «Bear Stearns» и перед крахом «Lehman Brothers», мы провели совещание, и я сказал: «В результате возникшего кризиса риск должен переместиться из частных финансовых балансов в государственные. Давайте проанализируем финансовые балансы стран Европы, Японии и США, посмотрим, где самая большая задолженность, и попытаемся осмыслить обстановку». При этом я исходил из следующего: «Если бы я был Беном Бернанке (в то время глава Федерального резерва) или Жаном‑Клодом Трише (президент Европейского центрального банка), то как бы стал решать эту проблему? Прежде всего надо взять данные по задолженности страны и сравнить их с ВВП и доходной частью бюджета».

ТР: – Логично.

КБ: – Таким образом мы проанализировали множество стран, а потом у нас возник вопрос: «Насколько надежна их банковская система? Много ли кредитов получено этими странами?» Нам надо было подсчитать, сколько кредитов окажутся невозвратными и как это может сказаться на нашей стране. Поэтому я попросил свою команду обзвонить несколько финансовых компаний и получить данные о надежности банковских систем в этих странах. Как вы думаете, сколько компаний располагало такой информацией в середине 2008 года?

ТР: – И сколько же?

КБ: – Нисколько. А ведь мы обзвонили всех.

ТР: – Ничего себе!

КБ: – Мне пришлось самому по уши закопаться в бумаги, чтобы установить размер суверенного долга разных стран. В основном меня интересовали долги развивающихся стран, потому что так уж исторически сложилось, что именно они постоянно реструктурировали свои задолженности.

ТР: – Обычно реструктурируются долги, возникшие в результате войн.

КБ: – Правильно. Страны тратят на войну огромные деньги. Они залазят в долги. Все, что останется в результате, достается победителю, а на долю проигравшего выпадают только долги. Так устроен мир. Но в данном случае речь шла о самых колоссальных задолженностях в истории, сформировавшихся в мирное время.

ТР: – Потрясающе.

КБ: – Итак, насколько надежными были их банковские системы? Мы собрали все имеющиеся данные и использовали для их оценки два критерия: ВВП и налоговые поступления в бюджеты. Нам пришлось нелегко, поскольку раньше мы никогда этим не занимались.

ТР: – Похоже, что этим вообще никто не занимался.

КБ: – Это никому не было нужно. Просто одному идиоту из Далласа пришло в голову заняться этой проблемой. После того как мы проделали всю работу, составили таблицы и диаграммы, я попросил: «Теперь расположите их в порядке от худшего к лучшему». Как вы думаете, какая страна оказалась самой худшей?

ТР: – Исландия?

КБ: – Правильно. Она заняла первое место в списке. А следующая? Тут даже долго думать не надо.

ТР: – Греция?

КБ: – Да.

ТР: – Вот как!

КБ: – Проанализировав все материалы, я сказал своей команде: «Такого не может быть. Но если все подсчитано верно, то вы знаете, что надо делать дальше». Я спросил: «Как оцениваются страховые риски по Исландии и Греции?» Мне ответили: «По Греции – 11 базисных пунктов». Одиннадцать базисных пунктов! Это же 0,11 процента. Тогда я распорядился: «Нам надо купить их на миллиард долларов».

ТР: – Просто невероятно!

КБ: – Учтите, это был третий квартал 2008 года.

ТР: – Казалось бы, всем уже должно было быть понятно, чем это грозит.

КБ: – Я позвонил профессору Кеннету Рогоффу из Гарвардского университета, который знает меня еще с незапамятных времен, и сказал: «Я потратил несколько месяцев, чтобы составить мировой финансовый баланс, и теперь пытаюсь все это осмыслить. Результаты кажутся мне слишком негативными. Должно быть, я неправильно их трактую. Вы не могли бы назначить мне время, чтобы я мог обсудить их с вами?» Он ответил: «Разумеется».

ТР: – Здорово!

КБ: – В феврале 2009 года мы просидели с ним два с половиной часа. Я никогда не забуду, как он, держа в руках последний лист с итоговыми данными, откинулся в кресле, сдвинул очки на лоб и сказал: «Кайл, неужели все так плохо?» Я сразу же подумал про себя: «Вот те на! Отец теории оценки суверенных рисков подтверждает мои опасения». Но ведь если даже он раньше не задумывался об этом, то такие мысли наверняка не приходили в голову ни Бернанке, ни Трише. Об этом никто не думал, и ни у кого не было цельного плана.

ТР: – Ни у кого?

КБ: – Он видел все эти графики и таблицы в первый раз.

ТР: – Просто не верится! Теперь я должен задать вопрос насчет Японии, поскольку знаю, что вы обращаете на эту страну пристальное внимание.

КБ: – В настоящее время Япония предоставляет самые благоприятные возможности. Конечно, точный момент краха определить невозможно, но выигрыш может быть во много раз больше, чем на рынке недвижимости. Я считаю, что точка наивысшей напряженности в мире приходится как раз на Японию. А ставки по ее кредитным рискам в настоящее время низки, как никогда.

ТР: – Как вы оцениваете свои затраты?

КБ: – Обычно при определении цены опциона учитывается два фактора: безрисковая процентная ставка и волатильность актива. Но представьте себе индейку, которая захотела бы воспользоваться этой теорией. Если она станет оценивать риск быть убитой исходя из прежних показателей волатильности ее жизни, то он окажется нулевым.

ТР: – Верно.

КБ: – Но только до Дня благодарения.

ТР: – Когда будет уже слишком поздно.

КБ: – Вернемся к Японии. В течение десяти лет в этой стране сдерживались цены и подавлялась волатильность. Волатильность там держится в средних пределах. Она так же низка, как и у любой другой категории активов в мире. Степень кредитного риска составляет 0,1 процента. Поэтому если вы спрашиваете о цене опциона, то по формуле она оказывается практически равной нулю. Если японские облигации вырастут на 150–200 базисных пунктов (1,5–2 процента), наступит конец. Вся система взорвется.

ТР: – Ого!

КБ: – Моя теория состоит в том (и я не устаю говорить об этом инвесторам), что если что‑то способно вырасти в цене на 200 базисных пунктов, то может продолжать расти и до 1500.

ТР: – Правильно.

КБ: – Либо все останется как прежде, либо разлетится на куски.

ТР: – Это только подтверждает вашу идею «хвостов риска». Расскажите, что это такое, поскольку данное понятие известно лишь немногим инвесторам.

КБ: – Если вы заметили, то на Японию я трачу только 3–4 базисных пункта в год. Это не более 0,4 процента. Если я правильно оцениваю бинарную природу потенциального дохода в этой ситуации, то облигации принесут доход в размере 20 процентов годовых или даже выше. Итак, в течение 10 лет я плачу 0,4 процента за опцион, который потенциально принесет 2000 процентов. Тони, более выгодного опциона не существовало в мировой истории. Правда, это всего лишь мое мнение. Я могу и ошибаться. Кстати, пока ничего и не происходит.

ТР: – Возможно, вы ошиблись в тайминге.

КБ: – Я могу ошибиться на 10 лет, но и через 10 лет сохранится стопроцентный шанс на то, что это когда‑нибудь случится. Люди говорят мне: «Как ты можешь делать ставку на то, чего еще никогда не было?» А я отвечаю: «А как же можно не воспользоваться предложенным мною сценарием? Забудьте на минутку о том, прав я или не прав. Если взглянуть на соотношение риска и выгоды, то разве позволительно упускать такой шанс? Если ваш дом стоит в пожароопасной местности и 200 лет назад большой пожар опустошил здесь все дотла, то глупо было бы отказываться от страховки».

ТР: – Я понял. Это здорово. А теперь хочу задать еще один вопрос: считаете ли вы себя рисковым человеком?

КБ: – Нет.

ТР: – Я так и думал, поэтому и спросил. Почему вы считаете, что не способны пойти на большой риск?

КБ: – Большой риск – это возможность потерять все, а я никогда не подставляюсь под удар, который может отправить меня в нокаут.

ТР: – Если бы у вас не было возможности завещать детям деньги и вы могли бы передать им только набор правил по формированию инвестиционного портфеля, то что вы им порекомендовали бы?

КБ: – Я дал бы им пару сотен миллионов долларов, чтобы они накупили на них пятицентовых монет. В этом случае им никогда в жизни не придется о чем‑то волноваться.

ТР: – Они так и сделали. Их портфель сформирован. Боже, что за сумасшедшая идея! Что доставляет вам самую большую радость в жизни?

КБ: – Мои дети.

ТР: – Это прекрасно!

КБ: – Полностью с вами согласен.

ТР: Кайл, спасибо за беседу. Было очень интересно. Я узнал много нового!

Глава 6.10

§

Директор «Marc Faber Limited», издатель бюллетеня «Gloom, Boom & Doom»

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

То, что инвестиционный бюллетень Марка Фабера носит название «Gloom, Boom & Doom»[18], уже позволяет составить себе некоторое представление о его взглядах на рынок! Но этот швейцарский миллиардер – не просто биржевой делец. Марк, которого я уже давно называю своим другом, считается в кругах инвесторов белой вороной и действует вопреки всем тенденциям рынка. Он явно следует советам инвестора XVIII века барона Ротшильда: «Лучшее время для покупок наступает тогда, когда по улицам текут потоки крови». Как и Джон Темплтон, он охотится за сделками, от которых все стараются держаться подальше. Именно поэтому в условиях, когда большинство инвесторов нацелено на американский фондовый рынок, Марк Фабер смотрит почти исключительно в сторону Азии. Кроме того, он яростно критикует все центральные банки, особенно Федеральный резерв США, обвиняя его в том, что он наводняет рынок триллионами ничем не обеспеченных долларов и тем самым дестабилизирует мировую экономику.

Свое прозвище Мистер Апокалипсис Марк заслужил благодаря тому, что регулярно предсказывает крах самых популярных активов, которые считает переоцененными. Лондонская «Sunday Times» пишет: «Марк Фабер говорит вещи, которых никто не хочет слушать». И все же он зачастую оказывается прав. В частности, так было в 1987 году, когда Марк заработал огромные деньги, предугадав обвал американского фондового рынка.

Отец Фабера был хирургом‑ортопедом, а мать происходила из семьи швейцарского владельца отеля. Марк получил степень доктора экономики в Цюрихском университете и начал свою финансовую карьеру в инвестиционной фирме «White Weld & Company». В 1973 году он перебрался в Азию и с тех пор не собирается возвращаться назад. Сидя в своем офисе в Гонконге или на вилле в Таиланде, он имеет возможность непосредственно наблюдать невероятную трансформацию Китая из коммунистического захолустья в локомотив, тянущий за собой экономику целого региона. Фабер считается одним из ведущих экспертов по азиатским рынкам.

Марк славится своей эксцентричностью. Он охотно соглашается с тем, что его называют знатоком мирового закулисья, часто выступает на различных финансовых форумах и дает интервью на телевидении. Он является постоянным членом престижного круглого стола журнала «Barron’s», и его рекомендации, по данным независимых наблюдателей, уже на протяжении 12 лет подряд позволяют добиваться чрезвычайно высокой доходности – почти 23 процента годовых. Перу Марка принадлежит несколько книг об Азии. Он возглавляет «Marc Faber Limited» – консультационную и инвестиционную фирму, работающую в Гонконге. Марк говорит по‑английски с сильным швейцарским акцентом и никогда не воспринимает самого себя всерьез. Ниже я привожу выдержки из интервью, которое брал у него в 2022 году прямо на сцене во время экономической конференции в Сан‑Вэлли.

ТР: – Назовите, пожалуйста, три самых распространенных инвестиционных мифа.

МФ: – Я все считаю мифом! Послушайте, на самом деле все просто. Я встречал много честных и порядочных людей, но, к сожалению, чаще всего вам попадаются финансовые консультанты, которые, по сути, являются продавцами. Могу сказать вам из собственного опыта: все и всегда хотят всучить вам какие‑то сказочные инвестиции. Я вхожу в правление многих инвестиционных фондов и вижу, что обычно клиенты зарабатывают очень немного. Зато менеджеры и брокеры получают кучу денег. Все без исключения.

ТР: – Что же делать инвестору?

МФ: – В мире инвестиций бытует множество теорий. Кто‑то проповедует теорию эффективного рынка и говорит, что рынок сам все отрегулирует. Другими словами, лучше всего вкладывать деньги в индексы, а подбор конкретных активов в принципе бесполезен. Однако могу сказать, что знаю многих менеджеров фондов, которые на протяжении длительного времени действительно переигрывают рынок, причем существенно. Я считаю, что либо у них хорошие бухгалтеры, либо они действительно обладают способностью анализировать состояние компаний.

ТР: – Что вы думаете о рынках в настоящее время?

МФ: – Я считаю, что рынки развивающихся стран все еще таят в себе определенный риск. Покупать их валюту и акции пока слишком рано, а вот приобретать американские акции слишком поздно. У меня нет желания приобретать индекс S&P после того, как он достигнет отметки 1800 пунктов. В этом уже нет никакого смысла. Поэтому надо все бросить и идти пить и танцевать! Вы понимаете? Знаменитый трейдер ХХ века Джесс Ливермор говорил: «Больше всего можно заработать, ничего не делая. Просто сиди и жди». Но это возможно лишь тогда, когда у вас много денег.

В жизни самое главное – не терять деньги. Если вы не видите по‑настоящему хороших возможностей, то зачем рисковать? Отличные возможности появляются один раз в три, четыре или пять лет. Вот тогда и надо делать деньги. В конце 2022 года сложилась великолепная возможность на американском рынке жилья. Я тогда приехал в Атланту и Финикс, чтобы присмотреть себе недвижимость. Я не собирался там жить, но обстановка была очень благоприятной. Однако она очень быстро изменилась, а индивидуальные инвесторы не успели ею воспользоваться, поскольку хедж‑фонды вышли на рынок с большими деньгами и скупили тысячи домов.

ТР: – Как вы считаете, что нас ждет: дефляция или инфляция?

МФ: – На мой взгляд, дискуссии об инфляции и дефляции бесполезны. Инфляцию можно определить как увеличение денежной массы. Если количество денег в обороте растет, то увеличивается количество кредитов. Это и есть монетарная инфляция. Подчеркиваю: именно монетарная. Потом начинают проявляться симптомы. Они могут быть самыми разными. Например, повышение потребительских цен, повышение зарплат, но, опять‑таки, все не так просто, потому что в США во многих секторах экономики на протяжении последних 20–30 лет происходит реальное снижение зарплаты, если учитывать инфляцию. А что происходит с зарплатами во Вьетнаме и Китае? В Китае и других развивающихся странах они растут на 20–25 процентов в год.

Поэтому, отвечая на ваш вопрос, могу сказать, что в рамках общей мировой системы у нас может быть где‑то дефляция, которая затрагивает активы, цены на товары и даже услуги, а где‑то – инфляция. Очень редко бывает так, чтобы весь мир двигался в одном направлении и чтобы рост или падение цен происходили везде с одинаковой скоростью. Обычно, особенно если мы имеем дело с административной монетарной системой, которая может напечатать столько денег, сколько требуется, деньги никогда не заканчиваются. А вот кредиты могут исчезнуть. Поэтому уровень цен может в целом снизиться.

Но мы, инвесторы, хотим знать, на какие активы цены будут повышаться. Нас интересует, например, будут ли расти цены на нефть. Если да, я, возможно, прикуплю акции нефтяных компаний, а если нет, то приобрету что‑нибудь другое.

ТР: – Что вы могли бы порекомендовать в плане распределения активов, чтобы можно было сполна воспользоваться текущими возможностями и одновременно защитить себя?

МФ: – Обычно у меня в портфеле 25 процентов акций, 25 процентов золота, 25 процентов наличных денег и 25 процентов недвижимости. В настоящее время я сократил количество акций, и теперь у меня больше свободных денежных средств, чем обычно. Во Вьетнаме я повысил долю недвижимости и ценных бумаг.

ТР: – Позвольте полюбопытствовать, как это выглядит на данный момент в процентном выражении.

МФ: – Мне трудно ответить на этот вопрос.

ТР: – Вы не знаете состава собственного портфеля?

МФ (смеется): Дело в том, что я не знаю точно! Я ведь не подсчитываю все каждый день.

ТР: – Ну хотя бы приблизительно.

МФ: – Если приблизительно, то облигации и наличные составляют где‑то 30–35 процентов, акции – около 20 процентов, недвижимость – ну, пусть 30 процентов, золото – 25 процентов. Получается больше 100 процентов, но кого это волнует? Я сам себе казначейство!

ТР: – Мы знаем, почему вы держите наличные, но вот что касается облигаций, то многие люди относятся к ним с опаской, поскольку сегодня они дают крайне низкий доход.

МФ: – Обычно я держу облигации развивающихся рынков. Их корпоративные облигации в большинстве своем номинированы в долларах и евро. Но мне хотелось бы осветить этот вопрос более подробно. Облигации развивающихся рынков имеют схожие черты с акциями. Если цены на акции идут вниз, то и цены на облигации тоже снижаются. Так, например, в 2008 году они упали до уровня мусорных. Поэтому относиться к ним надо скорее как к акциям, а не как к привычным нам казначейским долговым обязательствам. Я держу несколько видов таких облигаций. Поэтому когда я говорю, что у меня в портфеле 20 процентов акций, то на самом деле, с учетом особенностей местных облигаций, их, возможно, не 20, а где‑то 30 процентов.

Я считаю, что порой инвесторы допускают ошибку, излишне доверяясь своим взглядам и убеждениям. Ведь наши взгляды рынку совершенно безразличны, понимаете? Рынок движется в том или ином направлении независимо от наших убеждений. Поэтому я не проявляю большого оптимизма по отношению к казначейским облигациям, но вполне допускаю, что могут сложиться условия, при которых эти облигации будут хорошей инвестицией даже на протяжении нескольких лет. Да, их доходность составляет всего 2,5–3 процента, но это может оказаться не так уж плохо, если цены на все другие активы будут падать. Понимаете? Если стоимость акций станет, к примеру, снижаться на 5–10 процентов годовых на протяжении следующих трех лет, то вы со своими облигациями, дающими 2,5 или 3 процента, будете королем.

ТР: – А что вы скажете о других категориях активов?

МФ: – Сейчас много говорят об элитной недвижимости. На мой взгляд, она сильно переоценена. Я не утверждаю, что она не будет и дальше расти в цене, но думаю, что в один прекрасный день ее стоимость значительно упадет. А это значит, что инвесторам понадобится какая‑то защита.

ТР: – Четверть ваших активов составляет золото. Почему?

МФ: – Интересно, что, когда я выступал на эту тему до 2022 года (когда цена начала снижаться), люди спрашивали: «Марк, если уж вы такой сторонник золота, то почему вкладываете в него только 25 процентов денег?» Я отвечал: «Может быть, я ошибаюсь, но мне хочется диверсифицировать свой портфель, потому что цена на золото тоже подвержена изменениям». Золото – это в определенной степени защита, но не самая совершенная, если вы храните его в физической форме. Однако лучше все же вкладывать деньги в него, чем в другие неликвидные активы. Оно тоже может обесцениваться, но не так сильно, как другие материальные активы. При дефляционном сценарии, когда цены на активы будут снижаться, государственные долговые обязательства могут обеспечить надежную защиту на протяжении нескольких лет, во всяком случае, пока не обанкротится правительство!

ТР: – Последний вопрос: если бы у вас не было возможности завещать своим детям деньги, то какими принципами формирования портфеля вы посоветовали бы им воспользоваться?

МФ: – Самый главный совет, который я могу дать и детям, и всем остальным, заключается в следующем: важно не то, что вы покупаете, а по какой цене. Нужно соблюдать большую осторожность, покупая дорогие активы. Ведь если их стоимость снизится, вы окажетесь в непростой ситуации. Вам нужно сохранять холодную голову и иметь свободные средства в тот момент, когда ваши соседи и все остальные переживают депрессию. Свободные деньги не нужны, когда их в избытке у всех, потому что в этот период все гоняются за активами и создают конкуренцию, отчего покупки становятся дороже.

Кроме того, лично я не знаю, что произойдет через пять или десять минут, не говоря уже о пяти или десяти годах. Мы можем строить какие‑то прогнозы. Иногда они оказываются правильными, иногда нет, но никто ничего не знает наверняка. Поэтому я посоветовал бы уделить внимание диверсификации.

Но так поступают далеко не все инвесторы, потому что многие предпочитают вкладывать деньги в собственный бизнес. Будь я, к примеру, Биллом Гейтсом, то вложил бы все деньги в «Microsoft». На определенном этапе это, безусловно, очень хорошая инвестиция. Пожалуй, лучше всего иметь свой бизнес и инвестировать в него, так как здесь вы имеете определенное конкурентное преимущество перед рынком и обладаете инсайдерской информацией. Лично я так и делал бы. Или отдал бы деньги портфельному менеджеру. Если повезет, то он не потеряет ваши деньги, но нужно, чтобы вам очень повезло.

Глава 6.11

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Вы не раз видели его в рекламе: симпатичный седовласый джентльмен смотрит с экрана прямо на вас и убеждает стать хозяином своего будущего. А может быть, вы видели карикатуры, в которых один из персонажей на все вопросы людей, озабоченных судьбой своих инвестиций, неизменно отвечает: «Поговорите с Чаком». Этот стиль личного участия и открытости позволяет Чарльзу Швабу на протяжении 40 лет оставаться на вершине индустрии дисконтных брокерских услуг. Именно он помог Швабу построить финансовую империю, которая управляет активами клиентов на общую сумму 2,38 триллиона долларов, ведет 9,3 миллиона брокерских счетов, имеет 1,4 миллиона корпоративных клиентов, реализующих через нее свои пенсионные программы, 956 тысяч банковских счетов и целую сеть из 7 тысяч сертифицированных консультантов.

До того как Чарльз Шваб появился на рынке, инвесторам для покупки акций надо было пробиться через плотные ряды брокеров и брокерских фирм, сдиравших с них за каждую операцию немыслимую комиссию. Но в 1975 году, когда Комиссия по ценным бумагам и биржам вынудила эту отрасль упростить свою работу, Шваб создал одну из первых дисконтных брокерских контор и стал родоначальником совершенно нового направления бизнеса, до основания потрясшего Уолл‑стрит. Он возглавил революцию в стане инвесторов, которые теперь получили возможность непосредственно участвовать в работе биржи. Пока брокерские компании типа «Merrill Lynch» для узкого круга клиентов повышали свои комиссионные, «Charles Schwab» сокращала или вообще устраняла накладные расходы, предлагая целый спектр простых продуктов и услуг без всяких излишеств, что полностью отвечало интересам клиентуры. Так закладывалась модель новой отрасли. Впоследствии эта компания ввела систему электронной торговли и до сих пор продолжает внедрять различные новшества, позволяющие клиентам принимать самостоятельные решения.

В свои 76 лет Чак Шваб по‑прежнему подкупает скромностью и честностью. «Люди, похоже, доверяют нам, – говорит он. – Мы стараемся обращаться со всеми так, чтобы ни у кого не возникало сомнений в том, что мы бережно и заботливо обходимся с деньгами клиентов».

Возможно, эта скромность объясняется тем, что Швабу пришлось преодолеть немало трудностей. Взять хотя бы борьбу с дислексией (неспособностью к обучению чтению), которой страдали многие успешные бизнес‑лидеры, такие как глава «Virgin Group» Ричард Брэнсон и председатель правления «Cisco Systems» Джон Чемберс. Чак окончил Стэнфордский университет и получил степень МВА в Стэнфордской школе бизнеса. Свою карьеру в мире бизнеса он начал в 1963 году, издавая инвестиционный бюллетень. Чак все время подчеркивал свою независимость от Уолл‑стрит и предпочитал работать в своей родной Калифорнии, в Сан‑Франциско, где и была основана в 1973 году его брокерская фирма. За 40 лет она пережила множество взлетов и падений рынка, оправляясь от тяжелых ударов в 1987, 2001 и 2008 годах, обходя на поворотах подражателей и конкурентов и всегда находя возможности для инноваций и роста.

Хотя в 2008 году Шваб сложил с себя полномочия генерального директора, он по‑прежнему активно участвует в делах компании в качестве председателя правления и крупнейшего акционера. По данным журнала «Forbes», личное состояние Чака Шваба насчитывает 6,4 миллиарда долларов. Вместе с женой и дочерью Кэрри Шваб‑Померанц он создал семейный благотворительный фонд, который поддерживает предпринимателей, работающих в сфере образования, социальной защиты и здравоохранения. Кроме того, Шваб является председателем попечительского совета Музея современного искусства в Сан‑Франциско.

Несмотря на то что и у Чака Шваба, и у меня очень напряженный рабочий график, мы в конце концов смогли встретиться в его офисе в Сан‑Франциско накануне выхода этой книги в печать. Вот несколько выдержек из нашей беседы.

ТР: – Имя Чарльза Шваба известно каждому. Всем знакома организация, носящая ваше имя. Однако лишь немногие знают историю вашей жизни. Может быть, вы немного расскажете о себе? Насколько я слышал, вы впервые заинтересовались инвестированием еще в тринадцать лет?

ЧШ: – Это правда. Тогда мне было тринадцать. Только что закончилась Вторая мировая война, и в мире было не слишком много богатства. Мой отец работал адвокатом в маленьком калифорнийском городке Сакраменто‑Вэлли. Семья не относилась к числу зажиточных. Я понимал, что с деньгами жить было бы намного легче и веселее, поэтому меня интересовал вопрос, где можно больше заработать. Я поговорил на эту тему с отцом, и он посоветовал мне почитать биографии известных американцев. Оказалось, что все они в той или иной степени занимались инвестированием. И я сказал себе: «Это занятие как раз для меня!» Поэтому в 13 лет я создал фирму по разведению кур. Потом у меня было много разных других мелких фирм. Таким образом я узнал многое о бизнесе и начал мыслить как бизнесмен.

ТР: – Как вы представляли себе свою будущую жизнь? Какими были ваши первые практические шаги? Поделитесь, пожалуйста, тем, как складывалась ваша карьера.

ЧШ: – Мне с самого начала везло. Свою финансовую карьеру я начал с должности финансового аналитика, и на этом пути у меня были различные взлеты и падения. Тогда мне было около 35 лет, и я сумел приобрести немалый опыт, прежде чем в 1973 году основал свою компанию. Мне были хорошо известны все препятствия и трудности мира финансов. Знал я и о том, почему финансовые компании не обращаются с людьми так, как они того заслуживают. Просто все они заботились не об интересах клиентов, а в первую очередь о собственных прибылях. Тогда я сказал себе: «Должен существовать какой‑то другой путь!»

ТР: – В чем заключалось конкурентное преимущество «Charles Schwab»? Ведь, если взять американский инвестиционный рынок, он составляет порядка 32 триллионов долларов, а вы сумели занять в нем весомую долю.

ЧШ: – Наша доля в рынке составляет, пожалуй, 5–10 процентов. Видите ли, приходя в этот бизнес, я ставил перед собой цель смотреть на каждый продукт и на каждую услугу глазами клиента. Мы хотели создать нечто вроде взаимного фонда, но без накладных расходов. И нам это удалось в полной мере. Уже несколько лет назад мы дали возможность людям свободно покупать паи фондов без дополнительной нагрузки. Кто‑то может спросить: «А как же вы зарабатываете деньги?» Мы убедили взаимные фонды передать нам часть денег, которые они получают за управление активами. Нашим клиентам это только на пользу. Индивидуальные инвесторы получают выгоду, приобретая паи множества взаимных фондов и не неся при этом никаких комиссионных расходов. Создавая «Charles Schwab», мы анализировали его так же, как и все остальные, которые мы предлагаем, то есть оценивали прежде всего с позиций клиентов. Уолл‑стрит всегда поступал наоборот. Там в основе принятия решения лежало только одно соображение: «Сможем ли мы заработать на этом продукте? Если да, тогда вперед, парни, продавайте его». Они строили свою работу только так. У нас же полностью противоположный подход.

ТР: – Изменилось ли у них что‑то в этом плане?

ЧШ: – Ничего не изменилось. Вот почему этот рынок представляет для нас большой интерес. Видите ли, у нас неограниченные возможности для роста, потому что во главу угла мы ставим выгоду клиента, делаем все, чтобы в первую очередь соблюдались его интересы. Конечно, мы на этом тоже кое‑что зарабатываем. Мы ведь коммерческая организация. Но в первую очередь думаем о клиенте.

ТР: – Назовите два‑три мифа, на которые вы хотели бы обратить внимание инвесторов, чтобы уберечь их от ошибок.

ЧШ: – Это очень просто. Я много раз наблюдал на Уолл‑стрит, как выходит такой лощеный брокер и говорит: «Мэм, хотите заработать денег?» А кто же не хочет? Естественно, да. И тут он начинает ей заливать: «Эти парни изобрели такую штуковину, равной которой нет в мире . Это будет почище, чем “Apple”». Клиент развешивает уши и говорит: «Хорошо, я вложу туда деньги».

Я скажу вам: вероятность того, что эта затея сработает, составляет 1:10 000. Так, может, лучше пойти на конные скачки и сделать ставку на лошадь? Или купить лотерейный билет? Возможно, это утолит ваш азарт. А реальные деньги надо вкладывать в индекс‑фонды, где результат в большей степени предсказуемый и доходность достаточно высокая.

ТР: – Вся беда в том, что, если люди чего‑то не знают, они не задают вопросов, а вы были одними из первых, кто говорил им: «Спрашивайте».

ЧШ: – Верно.

ТР: – Но ведь мало кто знает, какие именно вопросы надо задавать. Человеку попадается на глаза взаимный фонд, и он видит показатели его доходности. Он считает, что весь этот доход достанется ему. Но мы‑то с вами знаем, что это не так.

ЧШ: – Так не бывает и никогда не было. Любые прошлые результаты не гарантируют, что они повторятся в будущем. Но есть еще одна причина, по которой мы выступаем за индекс‑фонды. Акции – это лучшее средство вложения денег в долгосрочной перспективе, поскольку компании растут. Я был членом совета директоров шести или семи компаний, входивших в перечень «Fortune 500», и буквально на каждом заседании правления поднимался вопрос обеспечения роста. Что сделать для того, чтобы компания росла? Если она не растет, надо увольнять руководство и ставить во главе новую команду. Видите красивое здание напротив? Давайте мысленно перенесемся на 100 лет вперед. Это здание будет такого же размера, как и сейчас. Или его снесут. Оно не растет. А компании растут. Вот почему акции – это лучшие инвестиции. Именно поэтому мы призываем людей обращаться в индекс‑фонды, чтобы у них был самый широкий спектр компаний и отраслей. В этом случае их расходы…

ТР:‑…будут самыми низкими.

ЧШ: – Вот именно. И они будут уверены, что доходность будет соответствовать индексу. А если посмотреть показатели любой отрасли за последние 100 лет, то они были совсем неплохими, и клиенты сделали на этом хорошие деньги.

ТР: – Джек Богл и Дэвид Свенсен выступают за пассивный менеджмент, так как 96 процентов взаимных фондов не в состоянии превзойти индекс по доходности на протяжении десяти лет. А что вы посоветовали бы рядовому инвестору: пассивный или активный менеджмент?

ЧШ: – У меня смешанный подход. Я вкладываю достаточно много денег в акции конкретных компаний. Но у меня для этого есть время, опыт и образование. Девяносто восемь процентов людей этим не обладают . Помимо инвестиций у них много других дел. Они не могут посвящать этому столько же времени и сил, сколько я или Уоррен Баффет. Они профессионалы в других областях. Они могут быть врачами, юристами – кем угодно. Обществу нужны люди всех профессий, но лишь 2 процента из них действительно понимают что‑то в инвестировании. Остальным в той или иной степени требуется помощь или совет. Этим мы и занимаемся сегодня. Я считаю, что 98 процентов должны пользоваться преимущественно услугами индекс‑фондов. Там они будут иметь самые предсказуемые доходы. Во всяком случае, это лучше, чем выбирать активы самостоятельно. Ведь людям еще и работать надо. Невозможно одновременно делать и то и другое.

ТР: – Кроме того, люди не понимают, какие расходы они несут. Джек Богл говорит, что каждый процент, который вы выплачиваете фонду за услуги, отнимает в перспективе 20 процентов от ваших будущих доходов.

ЧШ: – Да, это так.

ТР: – Если вы отдаете фонду 2 процента, то теряете 40. Если 3 – то 60.

ЧШ: – Это большие деньги. А если учитывать налоги, то потери становятся еще больше.

ТР: – Каждый крупный инвестор, с которым я беседовал, говорит о том, что самое главное для вкладчика – правильно распределить активы. Вы имеете дело с самыми разными типами инвесторов. Какой подход к этому вопросу вы и ваша команда стараетесь у них сформировать?

ЧШ: – Вообще‑то в наше время все стало проще, чем 40 лет назад. Сегодня у нас есть уже упомянутые индекс‑фонды, ETF. Поэтому можно выбрать любую часть рынка, и у вас будет достаточная диверсификация. Хотите акции энергетических компаний? Обращайтесь в ETF, который специализируется на таких компаниях. Вас больше привлекают фирмы, выпускающие медицинское оборудование? Есть и такие варианты. Разумеется, лучше всего осуществлять диверсификацию между ведущими компаниями и десятью самыми развитыми отраслями. Это вы можете сделать в индекс‑фонде общего направления. В данном случае у вас в портфеле будет всего понемногу, потому что никто не знает, как будут развиваться события. Допустим, сегодня лидирует электронная промышленность, а нефть демонстрирует не столь высокие результаты. Но что будет в следующем году? Возможно, спрос на нефть возрастет, и цена на нее поднимется. И это будет продолжаться постоянно. Такой сбалансированный портфель позволит вам пользоваться преимуществами каждого сектора.

ТР: – А что вы скажете о соотношении американских и зарубежных активов?

ЧШ: – Это уже следующий уровень. Я считаю, что определенная доля в портфеле должна отводиться для иностранных активов хотя бы уже потому, что в настоящее время американская экономика демонстрирует рост в пределах 2–3 процентов в год. Но есть много других стран, таких как Китай, Индонезия и Япония, которые растут быстрее. Честно говоря, если вы хотите больше зарабатывать, то имеет смысл вкладывать деньги туда, где развитие идет быстрее. Но даже если американская экономика в целом растет всего на 2 процента, то в ней есть отдельные секторы, которые развиваются намного быстрее. На них тоже нужно обращать внимание.

ТР: – Как вы считаете, в каком направлении будет двигаться мир в ближайшие 10 лет? Какие возможности и риски ожидают инвесторов?

ЧШ: – Думаю, что впереди нас ждут огромные возможности. Пусть даже сегодня экономика развивается не слишком быстро, но это развитие, на мой взгляд, приобретет взрывной характер, как только мы вернемся к прежней политике, поскольку невозможно представить себе Америку без роста. Инновационный фактор в нашей стране поистине огромен. Я живу в Сан‑Франциско, где этот процесс уже начался, и это можно заметить на каждом шагу.

ТР: – Не надувает ли Федеральный резерв очередной пузырь в экономике, контролируя банковские ставки? В чем вы видите риски, сулящие потенциальные выгоды? Ведь рынок – единственное место размещения денег. Сколько это может продолжаться?

ЧШ: – Я не являюсь большим поклонником нынешней политики Федерального резерва. Думаю, что манипулирование ставками – это не самое правильное решение. Мне кажется, оно создает потенциал для надувания пузыря. Так не может продолжаться вечно, и нам когда‑нибудь придется за это заплатить. Но все проходит. То, что мы сегодня делаем, возможно, приведет к росту инфляции, спаду на рынках или к каким‑то иным последствиям, но мы с этим справимся, как справлялись и со всеми остальными неверными решениями политиков.

ТР: – Все крупные инвесторы называют в числе своих конкурентных преимуществ асимметричное соотношение риска и выгоды, хотя и используют разные слова для его обозначения. Они рискуют малым в расчете на большее. Способны ли на это рядовые инвесторы? Какими секретами в данном плане вы можете с ними поделиться?

ЧШ: – Мне кажется, все опять сводится к одному и тому же вопросу: где можно надеяться на самый большой рост? Понимание фундаментальных причин роста очень важно для получения долгосрочной прибыли. Уоррен Баффет понял это уже в молодости. Он просто скупает активы компаний и никогда не продает их. Почему? Потому, что они продолжают расти. А вместе с ними и он сам становится все богаче и богаче.

ТР: – И еще он не платит налоги.

ЧШ: – Да, не платит налоги, потому что ничего не продает!

ТР: – Достойно подражания.

ЧШ: – В этом весь его секрет. Тайна раскрыта! Он ничего не продает !

ТР: – Я слышал, у вас пятеро детей.

ЧШ: – И двенадцать внуков.

ТР: – Двенадцать внуков! Скажите, что вы посоветовали бы своим детям, если бы могли оставить им в наследство только принципы инвестирования и правила формирования портфеля?

ЧШ: – Думаю, для начала им надо научиться самостоятельно зарабатывать деньги и добиться в этом успеха, а затем откладывать часть заработанного.

Необходимо получить хорошее образование, желательно такое, чтобы оно отвечало потребностям рынка, создающего рабочие места.

Надо получить высокооплачиваемое место, а выбор таких мест в наше время невелик.

Затем надо переводить деньги в пенсионные программы 401(k) или IRA. Для этого придется кое от чего отказаться, например от покупки новой машины, от поездки в отпуск. Необходимо создать накопления.

Только после этого можно приступать непосредственно к инвестированию.

Это довольно простая формула. Многие не понимают подобных вещей, но, думаю, вы научите им людей.

ТР: – Надеюсь, что смогу!

ЧШ: – Видите ли, я убежден, что каждый должен что‑то оставить после себя, но лучше дать детям хорошее образование, чем завещать им большие деньги. Нельзя отнимать у них желание добиться чего‑то своими силами. Пусть они сами отыщут свое предназначение. Для этого они должны быть любознательными. Постарайтесь развить это качество в детях, причем необязательно в финансовой сфере.

Поскольку я сам вырос в небогатой семье, для меня это совершенно очевидно. Разумеется, в последние 20 лет я многого добился и многое могу себе позволить. Мы отправляемся с женой в отпуск, не заботясь о расходах. Мы развлекаемся. Я занимаюсь спортом, люблю поиграть в гольф. Мы хотим, чтобы все это продолжалось и чтобы следующие поколения могли иметь все, что имеем мы, и даже больше.

ТР: – Вы общаетесь с многими преуспевающими личностями и анализируете действия людей, обеспечивающих рост компаний. Что, по вашему мнению, их объединяет?

ЧШ: – Пожалуй, на 99 процентов это фактор необходимости. Но многим другим, обычным, людям нужны дополнительные ресурсы, поскольку им не хватает знаний, иногда мотивации. Иногда они не видят благоприятных возможностей прямо у себя под носом. Как разглядеть эти возможности? Ведь вокруг столько успешных людей! Вы смотрите на них и думаете: «Я тоже так могу». Но как им это удается? Я не знаю.

ТР: – Вам 76 лет, но о том, что у вас дислексия, вы узнали только тогда, когда вам было уже за сорок.

ЧШ: – Правильно.

ТР: – Многие считают, что это серьезное препятствие в жизни. Почему так получилось, что вам оно не помешало?

ЧШ: – Возможно, потому, что я не знал об этом в детском возрасте! Но, когда мой сын пошел в школу, мы повели его на обследование, и оказалось, что у него дислексия. Я подумал тогда: «Господи, да ведь у него те же трудности, которые были и у меня в семь, восемь и девять лет!» Тогда‑то мне и стало понятно, что у меня тоже была дислексия. Этим объясняются все мои проблемы в начальной школе. Выучить алфавит было для меня непосильной задачей. А что касается чтения – я до сих пор не читаю романы. Только специальную литературу.

ТР: – Подумать только! Но как же объяснить ваши успехи в бизнесе?

ЧШ: – Мне хорошо давалась математика, и я умел ладить с людьми. С письмом было хуже, но вокруг меня всегда было много тех, кто умел хорошо писать. Я с детства понял: невозможно все делать самому. Надо окружить себя людьми, которые лучше разбираются в том, чего не знаешь ты. Но их надо убедить сообща работать ради достижения общей цели. Этим я и занимался всю свою жизнь.

ТР: – Каково ваше главное желание?

ЧШ: – Больше всего я хочу убедить людей в необходимости зарабатывать, экономить и инвестировать сэкономленное, так как каждый человек несет ответственность за то, чтобы обеспечить свою старость. Слава Богу, что нам дарована долгая жизнь. Сейчас мне за семьдесят, и есть все шансы, что я проживу до 90 или 95 лет. Это действительно долго для неработающего человека. Поэтому необходимо что‑то откладывать, чтобы старость проходила в достатке.

ТР: – Люди, с которыми я беседовал, говорят, что сегодня энтузиазма у вас не меньше, чем 20 лет назад.

ЧШ: – Возможно, даже больше. (Смеется.)

ТР: – Замечательно. Чем вы это объясняете? Как вам удалось его сохранить и даже приумножить?

ЧШ: – Ну, например, я обнаружил, на что способна благотворительность. Почему я могу реально помогать людям? Потому, что добился финансового успеха. Если бы этого успеха не было, я ничего не смог бы. У меня просто не было бы для этого ресурсов. Но оказать помощь можно и другими способами. Взять, к примеру, дислексию. Я могу помогать детям, участвовать в работе независимых альтернативных школ. Если речь идет о музеях, мы можем создать для них лучшие условия, чтобы у людей была возможность наслаждаться искусством. Я считаю, что финансовый успех дает возможность поделиться с окружающими чем‑то таким, что доставит им радость.

ТР: – Чем вы могли бы помочь человеку, открывающему совершенно новый вид бизнеса? Какие советы помогут ему пройти путь от молодого человека, думающего о благе клиентов, до владельца огромной компании, управляющей триллионами долларов? На что вы обратили бы его внимание в первую очередь?

ЧШ: – Для начала необходимо приобрести все возможные знания и практический опыт. А затем терпеливо претворять их в жизнь день за днем. Это нелегко, можете мне поверить. Представьте себе хозяина ресторана, которому каждый день надо подавать гостям роскошный ужин. Это сложно. Но только так можно завоевать репутацию отличного ресторана. Или взять автомобильного дилера. Ему надо каждый день заниматься сервисом. И здесь не должно быть ни малейших упущений. То же самое и с овладением новыми технологиями. Мы видели немало компаний, которые исчезли с рынка, потому что не способны были идти в ногу с новшествами и не смогли разработать новые товары и услуги, которые приносили бы пользу людям. Они потеряли потребителей. А клиентов нельзя терять ни в коем случае. Это очень важно.

ТР: – Последний вопрос. Я уверен, что вы проживете еще 20 или 30 лет, поскольку заботитесь о своем здоровье. Но все же каким бы вы хотели остаться в памяти людей? Что останется после вас?

ЧШ: – Думаю, много чего. И для семьи, и для других. В профессиональном плане я могу по‑настоящему гордиться тем, что внес колоссальные изменения в практику работы финансовых учреждений Уолл‑стрит, которая складывалась на протяжении пары сотен лет. Наша маленькая компания с Западного побережья обставила их по всем статьям. Она заставила их по‑новому относиться к клиентам. Теперь они работают значительно лучше. Но не лучше, чем мы. (Смеется.) Однако теперь им приходится значительно больше думать о клиентуре.

ТР: – Это вы подали им пример.

ЧШ: – Большое спасибо.

ТР: – Успехов вам. Спасибо за то, что уделили мне время.

Глава 6.12

§

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Сэр Джон Темплтон был не просто одним из величайших финансовых деятелей всех времен. Он был грандиозной личностью. Я имел честь считать его одним из своих наставников. У него был девиз: «Сколько бы ты ни знал, стремись знать больше». Этим девизом он руководствовался на протяжении всей своей долгой и яркой жизни первопроходца, ниспровергателя основ, поборника духовности и филантропа. Сэр Джон славился способностью даже в самых сложных ситуациях находить благоприятные возможности и использовать их для всеобщего блага.

Джон Темплтон далеко не сразу получил титул сэра Джона. Его небогатое детство прошло в маленьком городке штата Теннесси, где семья привила ему определенные духовные ценности, чувство самодостаточности и дисциплинированность. Отучившись в Йельском и Оксфордском университетах, он в 1937 году, в самый разгар Великой депрессии, нашел работу на Уолл‑стрит. С самого начала он действовал вопреки тенденциям рынка, так как был убежден, что акции надо покупать «в момент максимального пессимизма». Джон считал это самым подходящим временем для инвестирования, даже если весь мир, по убеждению окружающих, катился к своему концу. Точно так же он начинал распродавать активы, когда все вокруг говорили: «Боже, это самые лучшие времена в истории!»

Осенью 1939 года, когда депрессия еще давала о себе знать и войска Гитлера вторглись в Польшу, положив начало Второй мировой войне, Темплтон впервые испытал свою теорию инвестирования. Собрав все свои сбережения и взяв некоторую сумму в долг, он начал скупать на Нью‑Йоркской бирже акции стоимостью от доллара и ниже, вкладывая в каждое наименование по 100 долларов. Этот инвестиционный портфель заложил основу его личного состояния и стал началом финансовой империи. Темплтон стал также первопроходцем в сфере международного инвестирования. В то время, когда американцы отказывались вкладывать деньги за пределами своих границ, он прочесывал весь мир в поисках благоприятных возможностей.

Вместе с ростом богатства росло и желание делиться им с окружающими. В 1972 году он учредил самую большую в мире ежегодную премию за духовные достижения, которая превышала по размерам Нобелевскую. Первым лауреатом премии Темплтона стала мать Тереза. Кроме того, его фонд финансировал научные и технологические исследования. В 1987 году королева Елизавета произвела Темплтона в рыцари за огромные заслуги перед человечеством.

Вплоть до самой смерти в 2008 году в возрасте 95 лет сэр Джон продолжал писать и выступать, вдохновляя миллионы людей своим личным примером честности, предпринимательского духа и веры (кстати, именно на этот год пришелся точно предсказанный им коллапс рынка недвижимости). Ниже я привожу выдержки из интервью, которое взял за несколько месяцев до его смерти. В каждом ответе просматривается его философия, сделавшая Темплтона не только выдающимся инвестором, но и замечательной личностью.

ТР: – Сэр Джон, люди в большинстве своем делятся на тех, кто ориентирован на деньги, и тех, кто ориентирован на духовность. Вы же, похоже, нашли способ естественным образом объединить и реализовать оба этих направления. Способны ли на это другие люди?

ДТ: – Совершенно определенно! Между ними нет противоречий. Захотели бы вы иметь дело с бизнесменом, которому не доверяете? Нет! Если у него плохая репутация, люди будут его сторониться. Его бизнес придет в упадок. Но, если у человека высокие моральные и духовные принципы, он будет стараться давать своим клиентам и сотрудникам сверх того, что они ожидают. В этом случае его популярность возрастет и у него появится больше клиентов и прибыли. Он сможет сделать много добрых дел, обрести больше друзей и уважения.

Поэтому надо всегда стараться давать больше, чем от вас ожидают, и проявлять честность по отношению к людям. В этом секрет успеха. Старайтесь никогда не извлекать для себя выгоду за счет окружающих. Чем больше вы помогаете другим, тем богаче становитесь.

ТР: – Что представляла собой ваша первая инвестиция? Как вы ее нашли и какие результаты она принесла?

ДТ: – Я начал свою карьеру в сентябре 1939 года, когда разразилась Вторая мировая война. Мы только что пережили самую масштабную экономическую депрессию, в результате которой обанкротились многие компании. Но война создает повышенный спрос практически на любую продукцию, поэтому в то время почти все компании вновь встали на путь процветания. Поэтому я поручил брокеру купить для меня акции стоимостью 1 доллар и ниже – по 100 долларов за каждое наименование, – а всего их набралось 104. Из них 100 компаний принесли мне прибыль, и только на четырех я понес потери.

Таким образом, спустя три года, когда у нас с женой появилась возможность купить в Нью‑Йорке контору одного инвестиционного консультанта, который уходил на пенсию, мы уже располагали для этого достаточной суммой. Поначалу у нас не было ни одного клиента, но мы проработали 25 лет, продолжая откладывать по 50 центов с каждого заработанного доллара, и смогли накопить себе и на пенсию, и на благотворительность.

ТР: – Могу себе представить, сколько вы накопили, откладывая по 50 центов с каждого доллара. Большинство людей сегодня скажут: «Это невозможно! Никто не может позволить себе экономить и вкладывать 50 процентов заработка». Но вам это удалось, причем во время депрессии! Я также читал, что если бы в 1940 году кто‑то вложил в вашу фирму 100 тысяч долларов и после этого не добавил ни цента, то к 1999 году они выросли бы до 55 миллионов! Это точно?

ДТ: – Да, при условии реинвестирования дивидендов.

ТР: – Позвольте задать вопрос о вашей инвестиционной философии. Когда‑то вы говорили мне: «Надо не только совершать покупки в момент максимального пессимизма, но и продавать на пике оптимизма». Вы согласны с этими словами?

ДТ: – Согласен. Есть еще одно хорошее высказывание: «Для “медвежьего” рынка характерен пессимизм. Начало подъема сопровождается скептицизмом, продолжение – оптимизмом, а окончание – эйфорией!» Так бывает всегда, и это позволяет определить, на какой рыночной стадии вы находитесь. Поговорив с достаточным количеством инвесторов и выяснив их психологическое состояние, вы всегда сможете понять, можно ли еще вкладывать деньги или уже опасно.

ТР: – Какую самую большую ошибку допускают инвесторы?

ДТ: – Подавляющее большинство людей не могут создать достаточную массу накоплений, потому что им не хватает самодисциплины, чтобы каждый месяц откладывать часть дохода. Но это еще не все. Скопив необходимую сумму, вы должны с умом вложить ее, а это не так легко. Редко бывает так, чтобы человек, особенно если он может уделять вопросам инвестирования только свое ограниченное свободное время, мог самостоятельно выбрать правильные активы для покупки. Вы ведь не захотите быть сами себе врачом или юристом? Так зачем же пытаться стать самому себе инвестиционным менеджером? Лучше привлечь на помощь профессионала, опытного аналитика.

ТР: – Беседуя с вашими партнерами на Багамах, я спросил о вас: «Во что он вкладывает деньги?» Они ответили: «Во все! Он купит даже дерево, если сочтет, что оно даст хорошую прибыль». Тогда я задал вопрос: «Как долго он держит у себя активы?» «Вечно, – ответили они. – Во всяком случае, до тех пор, пока не найдет что‑то лучшее». Сэр Джон, в какой момент вы осознаете, что актив пора продавать? Как вы понимаете, что допустили ошибку? Откуда вы это знаете?

ДТ: – Это один из самых важных вопросов. Многие говорят: «Я знаю, когда надо покупать, но не знаю, когда продавать». За 54 года, в течение которых я помогаю инвесторам, мне, кажется, удалось найти ответ. Продавать актив надо только тогда, когда вы нашли другой, который доходнее на 50 процентов. Занимаясь поиском новых вложений, сравнивайте их с теми, которыми уже располагаете. Если окажется, что имеющийся актив хуже нового на 50 процентов, продавайте его и покупайте другой. Но и в этом случае вы будете порой допускать ошибки.

ТР: – Сэр Джон, почему американцам стоит задуматься о вложении денег в иностранные активы?

ДТ: – Подумайте сами: ваша задача – отыскать наилучшие возможности. Этих возможностей будет больше, если вы не будете ограничивать себя рамками одной страны. Но главное, что каждая страна время от времени переживает спад на своем рынке. Обычно в течение 12 лет каждую крупную страну дважды накрывает серьезный кризис, но это происходит не одновременно. Поэтому если вы распределите свои вложения между несколькими странами, то не будете страдать от «медвежьих» периодов так, как человек, положивший все яйца в одну корзину.

ТР: – Что, по вашему мнению, отличает вас от других инвесторов? Что сделало вас величайшим инвестором всех времен?

ДТ: – Спасибо, но я так не считаю. Я не всегда был прав. На это не способен никто, но мы старались быть чуточку лучше конкурентов, давать клиентам больше, чем они ожидали, и использовать новые методы, чтобы опережать других. Если здесь и есть какой‑то секрет, то только один: старайтесь отдавать больше, чем брать!

ТР: – Сэр Джон, сегодня все слои общества поражены страхом. Как с ним справиться?

ДТ: – Лучшее средство от страха – чувство огромной благодарности. Если вы, проснувшись утром, вспомните пять новых вещей, за которые следует быть благодарными, то страх уйдет. Вы будете излучать оптимизм, у вас появится желание работать, к вам потянется больше людей. Я считаю, что чувство благодарности изгоняет страх.

ТР: – Я хотел бы, чтобы вы взглянули на себя со стороны и сказали, кто такой сэр Джон Темплтон. В чем смысл вашей жизни? Каким вы хотели бы остаться в памяти людей?

ДТ: – Я вечный студент, который не перестает учиться. Я грешник, как и все мы. Я всегда стараюсь каждый день быть хоть чуточку лучше, чем вчера. Я постоянно задаю себе вопрос: «В чем замысел Бога? Зачем он создал Вселенную? Чего он ждет от детей своих?» И все больше прихожу к пониманию того, что он ждет от нас духовного роста. Он посылает нам испытания и несчастья, но это то же самое, что экзамены в школе, которые помогают расти и развиваться. Жизнь – это вызов, приключение. Чудесное, захватывающее приключение. И мы должны делать все, что в наших силах, пока Бог дает нам возможность жить на этой планете.

Часть 7

Действуйте, радуйтесь жизни и делитесь с окружающими!

Глава 7.1

§

Вас удивляет, что в книге, посвященной финансовым вопросам, я собираюсь беседовать с вами о технологических прорывах завтрашнего дня? Дело в том, что технология – это скрытый актив, который каждый день повышает возможность обогатить ваше будущее.

Уже сегодня совершаются открытия, которые вносят кардинальные изменения в качество вашей жизни и жизнь всех остальных людей. В ближайшие месяцы и годы их будет еще больше.

Самое замечательное – это то, что стоимость технологических устройств снижается при одновременном взрывном росте их возможностей. Что это значит для вас в финансовом плане? Даже если вы начали делать накопления относительно поздно, это сулит вам значительное улучшение качества жизни в будущем.

Кроме того, знакомство с новыми направлениями в технологии может открыть перед вами потрясающие инвестиционные возможности. Новые технологии развиваются в геометрической прогрессии. Имеет смысл обратить на них пристальное внимание уже сегодня.

Я надеюсь, что эта глава вдохновит вас на повышенную заботу о себе и своей семье, причем не только в финансовом, но и в физическом плане. Без физического здоровья никакое богатство не в радость. Мы должны жить дольше, чтобы сполна воспользоваться огромными преимуществами, которые предоставляет нам технический прогресс.

Поэтому давайте вкратце рассмотрим технологические возможности, которые ожидают нас в будущем. Предупреждаю заранее: эта глава отражает не только мою чересчур оптимистичную точку зрения, но и взгляды величайших ученых мира. Не тех, кто просто пророчествует, а тех, кто претворяет в жизнь самые смелые прогнозы. Они расшифровали геном человека, создали первую компьютерную систему распознавания голоса, сконструировали коммерческие космические челноки, способные доставлять людей на Международную космическую станцию и обратно.

Мне хорошо известно, что многие люди придерживаются иных, более скептических взглядов на технологии. Возможно, они и правы. Одним будущее представляется очень мрачным местом, где правят роботы‑убийцы вроде Терминатора и генетически измененные монстры. Другие видят в нем летающие автомобили и умные человекоподобные машины, помогающие людям, вроде робота С‑3РО из «Звездных войн», а также мясные и растительные продукты, выращенные из одной‑единственной клетки и способные ликвидировать голод на земле. Оба диаметрально противоположных сценария – это пока еще дело будущего. Я же призываю вас задуматься над тем, как использовать технический прогресс для улучшения качества жизни. При этом понимаю, что многие боятся новых технологий и высказывают озабоченность по поводу их чрезмерно быстрого развития.

В конце концов, у всего есть обратная сторона. Так, например, новые технологии и в прошлом, и в наши дни зачастую лишают людей работы, вынуждая искать себе новые занятия и приспосабливаться к изменившимся условиям. Влиятельный финансист и экономический обозреватель Стивен Раттнер в своей статье в «New York Times» писал о том, что еще королева Англии Елизавета I в XVI веке отказывалась выдавать патент на вязальную машину из опасения, что это оставит без работы ее бедных подданных: «Но задача заключается не в сохранении старых рабочих мест, а в создании новых. Именно это и происходит с того момента, как было изобретено колесо».

В большинстве случаев новые орудия труда предназначены для того, чтобы улучшать жизнь человека. Сегодня новые технологии помогают решать самые большие проблемы, стоящие перед миром, наподобие избытка углекислого газа в воздухе, нехватки пресной воды и земель для возделывания сельскохозяйственных культур. И все это происходит очень быстро. Правда, в истории всегда были люди, которые превращали любое научное открытие в оружие. Электричество может давать свет, а может и убивать. Но фонарей на улицах в миллионы раз больше, чем электрических стульев. Самолет может переносить нас через океаны, а может использоваться в качестве бомбы, способной убить тысячи человек. Но все‑таки самолеты перевозят в миллионы раз больше обычных пассажиров, чем террористов‑угонщиков.

Человеку свойственно испытывать страх перед всем новым и незнакомым, а также настраиваться на худшее. Наш мозг запрограммирован на выживание. Именно это позволило нам стать такими, какие мы есть. Воображение может оказывать как позитивное, так и негативное влияние. Научная фантастика рисует нам множество мрачных футуристических сценариев, связанных, например, с созданием искусственного разума. Но настоящие ученые‑футуристы, такие как Рэй Курцвейл, Питер Диамандис и Хуан Энрикес, видят в появлении новых технологий возможность развития и совершенствования человечества.

Поэтому, если вас раздражают оптимистические прогнозы, можете смело переходить к следующей главе! Но, если вы действительно интересуетесь тем, какое влияние новые технологии оказывают на нашу жизнь, думаю, вам будет полезно узнать, что может ожидать нас впереди. Будущее может пугать или радовать, но изменить его не в силах никто.

Почему? Потому, что оно уже наступило.

Самый лучший способ предсказать будущее состоит в том, чтобы изобрести его.

Алан Кэй

Каждые 10 минут в американские больницы доставляют очередного пациента с тяжелыми ожогами. Ожоги сопровождаются сильнейшими болями. Врачи счищают с раны омертвевшую и обугленную плоть и закрывают поврежденное место лоскутом кожи с трупа, чтобы уберечь организм от инфекции. Вы можете себе такое представить? Если пациент выживает, на коже остаются страшные рубцы. Я уверен, что вы видели лица, руки и ноги, обезображенные ожогами. Иногда человеку приходится перенести несколько операций, а выздоровление длится годами.

В один из дней эту печальную статистику пополнил Мэтт Юрам – сорокалетний полицейский. Каким образом? Он сидел у костра, когда кто‑то плеснул в огонь керосин. Ожог затронул правую руку и правую половину лица. Врачи действовали быстро. Они очистили пораженные части тела, продезинфицировали рану, нанесли мазь. Обычно такие мучительные процедуры повторяются дважды в день на протяжении нескольких недель или даже месяцев. Но в данном случае команда специалистов работала по новой методике. Они соскоблили слой здоровых клеток с участков его собственной кожи, не подвергшихся ожогам, получили из них культуру стволовых клеток и аккуратно нанесли на раны Мэтта.

Спустя три дня руки и лицо полностью зажили. Вы вряд ли разглядите шрамы и рубцы. Я знаю, что кто‑то может счесть это фантастикой, но речь идет о реальной истории, происшедшей в Питтсбурге несколько лет назад.

Хотя в США эта методика лечения находится пока в стадии клинических испытаний, аналогичные процедуры со стволовыми клетками уже сотни раз использовались в Европе и Австралии. Разработан даже «биокарандаш», с помощью которого хирург наносит на ткани здоровую клеточную культуру. Клетки размножаются и восстанавливают поврежденные ткани. Данная методика позволяет моментально поместить здоровые клетки в любое нужное место. Это лишь один из невероятных новых способов лечения, который вскоре будет доступен каждому.

Вы уже наверняка заметили, что мир, в котором мы живем, полон чудес. Перемены в нем происходят с такой скоростью, что порой мы их даже не замечаем или воспринимаем как нечто само собой разумеющееся.

Но, если бы вы в 1980 году, то есть всего 35 лет назад, попытались описать окружающим, какой будет жизнь в 2022 году, все решили бы, что вы рассказываете сказки! Разве не чудо разговаривать с кем‑то по телефону, сидя за рулем машины?

Мы привыкли думать, что завтрашний день можно предсказать, основываясь на событиях сегодняшнего или вчерашнего. Но делать это становится все труднее. В прошлом изменения происходили очень редко и настолько медленно, что мы выделяем в истории целые эпохи – бронзовый век, железный век и т. д. Сегодня же развитие все больше ускоряется и совершает гигантские скачки. Все чаще появляются новые изобретения, улучшающие качество жизни и доступные практически каждому.

Обычный человек в наши дни обладает возможностями, о которых не мог мечтать даже самый могущественный египетский фараон. Он многое отдал бы за то, чтобы за несколько часов перелететь по воздуху в другую часть света, а не бороться целыми месяцами с волнами в океане. А вы можете это сделать, купив билет в авиакомпании.

Даже фараон был бы не в состоянии потратить 200 миллионов долларов на съемки фильма, который развлекает зрителей всего 2 часа. А в США каждую неделю выходит несколько новых фильмов, которые вы можете посмотреть в кинотеатре или в интернете.

Давайте признаем, что мы живем в замечательное время. Буквально на наших глазах средняя продолжительность жизни человека за последние 100 лет увеличилась с 31 до 67 лет – более чем вдвое. В то же самое время средний доход на душу населения (с учетом инфляции) вырос втрое. Сто лет назад большинство американцев тратили 43 процента своих заработков на еду. Сегодня вследствие развития сельского хозяйства и системы распределения этот показатель составляет 7 процентов.

Вам письмо!

Впервые я встретился с президентом Биллом Клинтоном в начале 90‑х годов и отчетливо помню, как сказал ему: «Господин президент, мы могли бы теперь писать друг другу электронные письма». Он удивленно посмотрел на меня, а я продолжил: «Я завел себе такую новую штуковину, как электронная почта, и у меня есть свой электронный адрес. А у вас?» Он ответил: «Да, я слышал об этом!» Представьте себе: в то время у президента США не было адреса электронной почты! А сегодня мобильный телефон в руках у члена племени в джунглях Амазонки превосходит по возможностям компьютер, который был в распоряжении Клинтона – лидера свободного мира. Он может выйти в интернет, чтобы заказать корм для коров, оплатить учебу детей, бесплатно прослушать лекцию по экономике в Йельском университете или по математике в Массачусетском технологическом институте. Мы живем в совершенно новой вселенной, и это только начало.

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

«Это чтобы не смотреть на свой телефон каждые 2 секунды».

Про бизнес:  15Международные инвестиции: Международное движение капитала основано на его международном

Жизнь идет вперед все быстрее. «Будущее обещает быть лучше, чем мы думаем, – говорит мой друг Питер Диамандис, основатель фонда “X Prize”, авиационный инженер, врач, предприниматель и просто замечательный человек. – Человечество вступает в период радикальной трансформации, в котором технологии способны существенно повысить базовые стандарты жизни каждого мужчины, женщины и ребенка в мире».

Что это означает для вас? То, что, даже если вам не удастся реализовать все то, о чем говорится в данной книге, и у вас не будет достаточного дохода к старости, будущее все же окажется лучше, чем вы могли себе представить. А для тех, кто выполнил все намеченное, возможности будут поистине безграничными.

Изобилие начинается там, где ограниченные обстоятельства встречаются с неограниченной силой мысли.

Мэриэнн Уильямсон

Технологии избавят вас от опасений перед кажущимся дефицитом. Широко распространено мнение, что нас ожидает нехватка самого необходимого: воды, пищи, денег, ресурсов, времени, пространства, радости, любви. Почему люди стремятся к богатству? Они верят, что деньги обеспечат им все, без чего нельзя обойтись. Этот страх глубоко укоренился в умах.

Однако дефицит не является чем‑то раз и навсегда данным. Технологии способны изменить эту ситуацию. Знаете ли вы, что в свое время самым редким и дорогим металлом на земле был… алюминий. Это правда! Его выделение из глинозема было очень сложной и дорогой операцией. Во Франции XIX века обладание алюминием являлось признаком высшего статуса. На государственном приеме в честь короля Сиама Наполеон III приказал выложить на столы не золотые столовые приборы, как обычно, а алюминиевые. Однако уже к концу того века ученые нашли способ массового производства алюминия, и этот внезапно подешевевший металл заполонил все рынки.

Питер Диамандис любит приводить этот пример, чтобы подчеркнуть, что идея дефицита отражает лишь нашу способность (или неспособность) грамотно распоряжаться ресурсами. Он написал прекрасную книгу «Изобилие: будущее лучше, чем вы думаете» («Abundance: The Future Is Better Than You Think»), концепцию которой в сокращенном виде я пытаюсь изложить в данной главе. Мне хотелось бы привести одну цитату из этой книги, позволяющую понять, как технологии могут победить дефицит. Питер пишет: «Представьте себе гигантское апельсиновое дерево, усыпанное плодами. Если вы можете срывать апельсины только с нижних веток, то вскоре возникнет дефицит. Но если кто‑то изобретет лестницу, то у вас появятся новые возможности. Проблема решена. Технологии – это механизм, облегчающий доступ к ресурсам».

С учетом того, как растет население Земли, нам требуется все более широкий доступ к ресурсам. Насколько значима эта проблема? Судите сами:

● Прошло более 200 тысяч лет, прежде чем в 1804 году население Земли достигло миллиарда человек.

● Всего через 123 года (в 1927 году) количество людей увеличилось до 2 миллиардов.

● Уже через 33 года (в 1960 году) население нашей планеты составило 3 миллиарда человек!

● Еще через 14 лет (в 1974 году) на Земле жило 4 миллиарда человек.

И прирост на этом не заканчивается. Несмотря на все меры по ограничению рождаемости (в частности, в Китае, где проживает 1,3 миллиарда человек, принята программа «Одна семья – один ребенок»), за последние 40 лет на земном шаре появилось еще более 3 миллиардов человек! То есть за эти четыре десятилетия население Земли увеличилось на 300 процентов больше, чем за предыдущие 200 тысяч лет! Сегодня на нашей планете проживает 7,2 миллиарда человек! Если такие темпы прироста будут сохраняться, то, по оценкам ученых, к 2050 году население Земли составит 9,6 миллиарда человек.

Может ли наша планета прокормить столько людей? Если все будет продолжаться в том же духе, то уместно прислушаться к данным Джима Липа из Всемирного фонда природы, опубликованным в «Wall Street Journal»: «В настоящее время мы потребляем на 50 процентов больше ресурсов, чем может производить Земля. При продолжении прежнего курса нам уже к 2030 году не хватит и двух таких планет».

Однако человеческая изобретательность и технологическое развитие способны удовлетворить все наши потребности.

Я помню время, когда все вокруг считали, что запасы нефти вскоре будут исчерпаны. В начале 70‑х годов, когда я еще учился в школе, разразился ближневосточный нефтяной кризис. Если помните, в США было введено рационирование бензина и люди могли заправляться либо по четным, либо по нечетным дням. Тогда я боялся, что горючее закончится еще до того, как я получу права. Но однажды учитель в школе сказал: «Я хочу прочитать вам одну статью». Раньше я уже видел публикацию в журнале «Times» c отчетом о заседании Римского клуба, где высказывались мрачные предсказания относительно того, что запасов нефти хватит всего на несколько ближайших лет, после чего всю экономику ждет коллапс. Статья, которую нам зачитали на уроке, тоже касалась топливного кризиса и мало чем отличалась по стилю и содержанию. Лишь потом учитель показал нам, что она была опубликована в 1850‑е годы и речь в ней шла… о китовом жире!

В XIX веке осветительные лампы заправляли китовой ворванью. Без нее в домах не было бы света. Но поголовье китов истреблялось и люди беспокоились, что ворвань окажется в дефиците и цены на нее поднимутся до небес. Однако в 1859 году в Пенсильвании была найдена нефть. Вскоре появились керосиновые лампы, а за ними и двигатель внутреннего сгорания. Как же был преодолен нефтяной кризис 1973 года? Дефицит опять‑таки удалось преодолеть с помощью технологий. Были усовершенствованы методы добычи и переработки ископаемого топлива. А сегодня с помощью методики горизонтального бурения мы обнаружили, что у нас больше газа, чем в Саудовской Аравии нефти! Подобные методики меняют не только экономические условия, но и оказывают влияние на геополитику. В 2022 году впервые за последнее десятилетие в США было добыто больше собственной нефти, чем ввезено из стран Ближнего Востока.

Будущее принадлежит таким альтернативным источникам энергии, как биотопливо, а также энергия ветра и солнца. По данным изобретателя и футуриста Рэя Курцвейла, все мировые потребности в энергии могут быть покрыты за счет одной десятитысячной доли солнечного излучения, каждые сутки попадающего на нашу планету. Вся трудность лишь в том, чтобы научиться улавливать и запасать эту энергию по конкурентоспособной цене. Рэй предсказывает, что уже через несколько лет стоимость одного ватта солнечной энергии будет ниже, чем стоимость энергии, получаемой из нефти или угля.

Нам нужно больше людей, специализирующихся на невозможном.

Теодор Рётке

Давайте на минутку задумаемся: откуда берутся новые технологии? Раньше их источниками были Кремниевая долина, НАСА, Агентство по перспективным оборонным научно‑исследовательским разработкам, а также крупнейшие университеты и лаборатории. Однако все чаще изобретатели‑самоучки, используя огромные ресурсы интернета, находят способы сделать что‑то быстрее, лучше и дешевле.

Позвольте рассказать вам об одном подростке, который произвел революцию в области изготовления протезов. Лабораторией ему служила собственная спальня! Истон Лашапель уже в 17 лет работал над созданием роботов по программе НАСА, и для этого ему не понадобилось заканчивать университет. У него был интернет.

Истон вырос в крошечном городке на юго‑западе штата Колорадо, где ребенку трудно было найти себе какое‑нибудь занятие. Поэтому он развлекался тем, что разбирал и собирал домашнюю технику. В 14 лет он решил изготовить протез руки с использованием принципов робототехники. А почему бы и нет? В городке не было большой библиотеки и университета, поэтому он начал искать необходимую информацию по электронике, программированию и механике в интернете. А затем из подручных средств: детского конструктора «Lego», рыболовной лески, изоленты, небольших бытовых электромоторчиков и датчиков для компьютерной приставки «Nintendo» – собрал прототип протеза.

В 16 лет Истон усовершенствовал свое изобретение и на 3D‑принтере слой за слоем распечатал из пластика механическую кисть руки, которую представил на ярмарке научных работ и изобретений. Именно там он познакомился с семилетней девочкой с протезом руки, который обошелся ее родителям в 80 тысяч долларов. Этот протез ей предстояло поменять еще два раза в жизни. Истон подумал: «Кому же под силу такие расходы?» К тому же ее механический протез был снабжен только одним датчиком и мог совершать всего одно движение, а разработанное им изделие было намного сложнее. В нем было пять подвижных пальцев. Тогда‑то Истон и решил создать простой, функциональный и доступный протез, который мог бы помочь таким людям, как эта девочка.

Истон вернулся в свою домашнюю лабораторию и собрал полностью роботизированный протез, способный выполнять все движения человеческой руки и не уступающий ей по силе. Что еще более удивительно, управляется он с помощью шлема, улавливающего биотоки мозга и преобразующего их в Bluetooth‑сигналы (до этого подобных вещей не существовало даже в научно‑фантастических романах). Протез намного сильнее, чем тот, что стоит 80 тысяч долларов, и весит втрое меньше. С его помощью можно поднять 135 килограммов. Это гигантский технологический скачок. И как вы думаете, сколько стоит это изобретение? Всего 250 долларов!

После встречи с президентом Обамой Истон, которому на тот момент не исполнилось и 18 лет, летом 2022 года был приглашен в космический исследовательский центр НАСА в Хьюстоне, где возглавил команду, разрабатывавшую роботов для Международной космической станции. Однако уже к концу августа он понял, что это занятие ему не по душе, так как работа продвигалась слишком медленно из‑за многочисленных бюрократических процедур. Истон вернулся домой и начал работать над созданием экзоскелета для одного мальчика из своей школы, у которого в результате несчастного случая была парализована вся нижняя половина тела. Истон хочет, чтобы к окончанию школы этот ученик уже мог ходить.

Узнав об этом проекте Истона, я понял, что мне необходимо с ним познакомиться. Дело в том, что мне приходилось работать с выжившими жертвами стрельбы в американских городах Ньютауне и Ороре. Многим из них я помог пережить тяжелые психологические последствия, в том числе и потерю близких. Так, например, Эшли Мозер, будучи беременной, была свидетелем того, как у нее на глазах сумасшедший преступник убил ее шестилетнюю дочь, а затем выстрелил и в нее. Две пули убили неродившегося ребенка Эшли и стали причиной паралича нижней части ее тела. Когда я с ней познакомился, она всерьез помышляла о самоубийстве. Я пригласил ее вместе с семьей и врачами на семинар «Откройте в себе внутренние силы», где мы совместными усилиями постарались создать условия для ее эмоциональной реабилитации.

Я хочу, чтобы Эшли вновь смогла ходить, поэтому связался с Истоном и предложил финансировать его проект. С тех пор мы уже немало сделали в плане создания протезов и других устройств, которые способны помочь многим людям. Неважно, где они живут и сколько у них денег. Истон считает это своей миссией. Кстати, его школьный друг заканчивает школу в 2022 году, и Истон обещает, что для получения аттестата он выйдет на сцену своими ногами. Его цель – создать такой тонкий и гибкий экзоскелет, чтобы его можно было носить под одеждой! Вы об этом даже не догадаетесь.

Вторая миссия Истона – убедить молодых людей во всем мире, что они способны быть творцами технологий, а не только их потребителями. «Каждый может быть изобретателем, – говорит Истон. – Если есть доступ к интернету и 3D‑технологиям, дети могут создать все, что угодно. Для этого им необязательно поступать в колледж. Есть и другие возможности. Они реально существуют».

Истон Лашапель – действительно экстраординарная личность. Его смело можно назвать гением. Но сколько еще таких Истонов сидят за своими компьютерами в Индии, Танзании, Австралии, Дагестане, Уругвае, Сингапуре и мечтают о том, чтобы сделать этот мир лучше? Для разработки своего протеза Истон использовал открытые источники информации, и при желании любой человек может взять эту технологию и усовершенствовать ее. Каждый из нас может быть творцом и распространителем идей через интернет.

Шлюзы открыты, и поток изобретателей‑самоучек ширится с каждым днем. Истон Лашапель – это лишь один из многих людей, находящихся на ее переднем крае. Генеральный директор компании «3‑D Robotics» называет это явление «новой индустриальной революцией». Сегодня каждый может получить те же знания, что и студенты Гарварда, Стэнфорда и Массачусетского технологического института. Каждый может пообщаться с лучшими учителями и друг с другом, обмениваясь идеями и приемами, создавая различные приспособления и оказывая услуги, которые раньше стоили миллионы, а сегодня доступны всем.

Каждый год по всей Америке проводятся ярмарки изобретателей, в которых участвуют любители и профессиональные инженеры, студенты, учителя, художники и предприниматели. В 2022 году было проведено 100 таких ярмарок, в которых приняло участие свыше 540 тысяч человек, а в 2022 году компания‑устроитель «Maker Media» рассчитывает уже на 140 ярмарок. Недавно президент Обама организовал такое мероприятие в Белом доме. Он познакомился с пятиметровым роботом‑жирафом Расселом, осмотрел портативный складной дом и поиграл на музыкальном инструменте, сделанном из бананов. Также он встретился с Марком Ротом из Сан‑Франциско, который до недавнего времени был бездомным, а потом научился пользоваться 3D‑принтером и лазерным резаком и спустя 16 месяцев основал собственный бизнес.

Обама также обратил внимание на двух девочек‑подростков из Северной Каролины, которые основали собственную компанию по производству роботов. Их девиз: «Вы способны сделать все, что можете вообразить».

«Это прекрасный девиз для Америки, – сказал Обама собравшимся. – Благодаря нашему воображению появились железные дороги, линии электропередач, небоскребы и интернет». Он призвал все компании, колледжи и городские власти оказать изобретателям поддержку: «Я уверен, что, сделав это, в ближайшие годы мы сможем создать множество качественных рабочих мест. У нас появятся целые новые отрасли, которых мы пока и представить себе не можем».

Эта революция изобретателей стала возможной за счет взрывного распространения новых технологий и интернета. Десять лет назад интернет объединял 500 миллионов человек, а сегодня – уже 2 миллиарда. По оценкам экспертов, через шесть лет количество пользователей увеличится еще на 3 миллиарда и составит в общей сложности 5 миллиардов человек. Представьте себе, какую силу обретет творчество, объединенное в масштабах всей планеты! Сначала интернет соединял между собой военные ведомства и колледжи, затем в орбиту его действия включились компании, потом он стал средством распространения идей и установления социальных связей. Сегодня же он начинает объединять вещи. Компьютеры и сенсоры встроены в самые разные технические устройства, и они могут обмениваться информацией друг с другом. Машины связываются с другими машинами и с нами, создавая мощную глобальную сеть. А трехмерная печать в сочетании с интернетом позволяет создавать вещи, превосходящие наши самые смелые мечты.

3d‑принтеры: от научной фантастики к научной действительности

Вы помните репликаторы, которые в фантастическом фильме «Звездный путь» использовались экипажем космического корабля «Энтерпрайз», чтобы из ничего синтезировать гамбургеры и горячий кофе? В этой книге уже не раз упоминалась трехмерная печать, но, пока не увидишь эту технологию в деле, трудно понять, какие безграничные возможности она в себе несет. 3D‑принтеры – это, по сути, мини‑заводы, которые, пользуясь чертежами, заложенными в компьютерных файлах, слой за слоем печатают трехмерные объекты. В них может использоваться минимум 200 веществ, переведенных в жидкое или порошкообразное состояние, таких как пластик, стекло, керамика, титан, нейлон, шоколад и даже живые клетки. Что из них можно сделать? Лучше задать вопрос по‑другому: есть ли что‑то такое, чего нельзя сделать с их помощью?! Уже сейчас на 3D‑принтерах изготавливаются беговые кроссовки, золотые браслеты, детали самолетов, столовые приборы, гитары, солнечные батареи, не говоря уже о частях человеческого тела. Как вы уже знаете, существуют достаточно компактные 3D‑принтеры, которые могут поместиться в спальне подростка и на которых можно из синтетических материалов «напечатать» действующий протез человеческой конечности. В Китае есть принтеры размером с целый ангар, которые, укладывая бетон слой за слоем, могут безотходным методом за день изготовить десять домов. Стоимость? Домашний принтер обойдется всего в 5 тысяч долларов. И не надо устраивать дополнительно никакой лаборатории!

Важно и то, что НАСА заключило партнерские отношения с «America Makes» – сетью компаний, использующих технологию трехмерной печати, – и спонсирует всемирный конкурс на создание специальных убежищ от таких природных катастроф, как ураганы, цунами и землетрясения. Представьте себе 3D‑принтер, который, используя местные материалы, строит подобное убежище в течение нескольких часов, а не месяцев. При эффективном использовании возможности этой технологии безграничны.

Когда‑нибудь вы сможете, не выходя из дому, напечатать себе джинсы любимой марки точно по размеру, а в отдаленных гималайских деревушках люди смогут скачать из Сети и распечатать инструменты, насосы для воды, школьные принадлежности – все, в чем возникнет нужда. То же самое смогут сделать и космонавты. Разумеется, с появлением новых технологий вроде трехмерной печати будут уходить в небытие старые. Исчезнут некоторые виды бизнеса. Отпадет нужда в складах запчастей и транспорте для их перевозки. Это, конечно, пойдет на пользу планете, но не водителям грузовиков. Некоторые специалисты утверждают, что в одних только США без работы могут остаться 3,5 миллиона водителей, так как автоматически управляемые грузовики смогут осуществлять перевозки круглосуточно, не нуждаясь в отдыхе каждые 8 часов. Предпринимателям, которые начнут развивать это направление, достаточно будет один раз вложить деньги в создание подобных систем, но зато потом у них отпадет необходимость выплачивать зарплату водителям.

Старые отрасли придут в упадок, на смену им придут новые. Нужно только обучить специалистов, которые будут соответствовать потребностям новой экономики.

Однако трехмерная печать – это лишь одно из направлений развития, обеспечивающих невиданный рост качества жизни. А есть еще нанотехнологии, роботы, регенерация живых тканей. Если вас удивляет, зачем я все это рассказываю, подумайте о том, что технический прогресс, решающий наши самые насущные проблемы, продолжается в любых экономических условиях – при инфляции и дефляции, во время войны и мира.

Вы слышали о демографической волне? Семьдесят семь миллионов человек, родившихся в период беби‑бума, своими потребительскими расходами стимулировали американскую экономику на протяжении многих десятилетий. Но сегодня каждый день 10 тысяч представителей этого поколения уходят на пенсию, порождая потенциальную волну кризиса пенсионной системы. А ведь многие из них не сумели накопить себе достаточную сумму на старость.

Америку накрыла долговая волна – самая мощная в мировой истории. Долг составляет 17 триллионов долларов, а кроме того, имеются еще ничем не подкрепленные обязательства по медицинскому и социальному страхованию на сумму в 100 триллионов. США уже не хватает земель сельскохозяйственного назначения. Но, какими бы высокими ни были все эти волны, технологическая волна еще выше. Она снимет с мели все корабли и перенесет в мир изобилия.

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

«Я полагаю, что развитие технологий победит любой кризис, – говорил на одной из моих недавних экономических конференций футуролог и венчурный капиталист Хуан Энрикес. – Во время войны в Корее и холодной войны люди изобрели транзисторы. Во время Второй мировой войны люди создали антибиотики. Все эти изобретения оказали на вашу и мою жизнь большее влияние, чем любые войны и спады экономики».

§

Я скольжу по гигантским волнам жизни.

Уильям Шетнер

Никто не понимает эту идею лучше, чем мой друг Рэй Курцвейл – изобретатель, автор книг и предприниматель. Это один из ярчайших умов на планете. Его называют Томасом Эдисоном нашего времени. Возможно, вы никогда не слышали об этом человеке, если только не интересуетесь структурой компании Google, где он возглавляет департамент новых разработок. Но Рэй Курцвейл оказал на вашу жизнь такое влияние, какого вы и представить себе не можете. Если вы слушаете музыку в своем смартфоне или интернете, то можете поблагодарить его. Рэй Курцвейл разработал цифровую запись музыки. Если вы когда‑нибудь диктовали своему компьютеру письмо, пользуясь программой Siri или другой системой распознавания голоса, то этим вы тоже обязаны Рэю.

Я познакомился с ним около 20 лет назад и до сих пор помню, как увлеченно он описывал мне будущее. Тогда это казалось сказкой, но все сбылось: и автомобили, способные ездить без водителей, и компьютеры, обыгрывающие в шахматы любого гроссмейстера. К тому времени Рэй уже разработал оптическую систему распознавания букв, которая позволяет слепому человеку читать. Его первым клиентом был Стиви Уандер. Следующей задачей, которую он себе поставил, было создание устройства размером с сигаретную пачку, которое позволило бы слепым распознавать дорожные знаки и указатели, ориентироваться в городе, заказывать блюда в ресторане из меню. Тогда Рэй сказал, что это устройство появится на рынке в 2005 году.

– Откуда ты это знаешь, Рэй? – спросил я.

– Тони, ты не понимаешь. Технологии подпитывают сами себя и развиваются все быстрее и быстрее. Происходит экспоненциальный рост.

Он объяснил мне, что закон Мура, согласно которому быстродействие компьютеров удваивается каждые два года и одновременно в такой же степени снижается их стоимость, может быть применен не только к электронной технике, но и к другим информационным технологиям, а следовательно, и ко всем аспектам нашей жизни.

Что это значит? Если рост происходит не в арифметической прогрессии (1, 2, 3, 4, 5, 6…), а в геометрической (то есть с постоянным удвоением – 1, 2, 4, 8, 16, 32…), то его темп непрерывно увеличивается. Однако люди с трудом усваивают эту концепцию, потому что человеческий мозг на это не запрограммирован.

«Дело в том, что экспоненциальный рост в корне противоречит нашей интуиции, – говорит Рэй. – Интуиция, позволяющая предвидеть будущее, основывается на здравом смысле, который запечатлен в нашем мозге. Тысячи лет назад, когда человек, идя по саванне, замечал краешком глаза какое‑то животное, он делал линейное предсказание относительно того, где это животное может оказаться через 20 секунд и что в этом случае можно предпринять». Если же представить себе этот процесс в экспоненциальной прогрессии, то животное сначала делает пару медленных шагов, затем стремительно ускоряется и вдруг оказывается на другом континенте.

Питер Диамандис при объяснении этого феномена использует другую метафору: «Представь, что я прошу тебя сделать 30 шагов. В обычных условиях ты в результате пройдешь около 30 метров. Но если я попрошу тебя сделать 30 не линейных, а экспоненциальных шагов, то ты окажешься от меня в миллиарде метров, то есть 26 раз обойдешь весь земной шар!

Поняв суть экспоненциального роста, можно предсказать траекторию движения. Рэй знает, в какой момент технологии созреют для его предвидений. Именно таким образом он предсказал появление на рынке считывающего устройства для слепых и других изобретений. Рэй часто выступает на моих семинарах. Недавно он рассказал, каким образом ему удалось точно предсказать одно из самых невероятных открытий нашего времени – расшифровку человеческого генома.

«В 1990 году, когда только начинался этот проект, я говорил, что он будет завершен через 15 лет. Скептики уверяли, что для расшифровки этого сложнейшего кода понадобится целый век. По прошествии семи с половиной лет проект был реализован всего на 1 процент. Скептики потирали руки, говоря: “Мы же предупреждали. Половина назначенного срока уже прошла, а расшифрован только 1 процент генома. Ты проиграл”». Но Рэй не соглашался с этим и утверждал, что все идет по плану! «Экспоненциальный рост поначалу не столь заметен, так как удваиваются небольшие числа. Создается впечатление, что ничего не происходит. Но, когда проделан 1 процент работы, до 100 процентов остается всего семь шагов удвоения». Человеческий геном был успешно расшифрован в 2003 году, то есть даже раньше срока.

Что же дальше? Мы уже видели, что стволовые клетки способны восстановить человеческую кожу без шрамов и рубцов и что энергия ветра и солнца в будущем может заменить ископаемое топливо. А какие еще серьезные проблемы стоят перед нами?

В условиях быстрого роста населения, особенно в засушливых районах, особую остроту приобретает нехватка питьевой воды. Ее дефицит ощущается повсюду – от Калифорнии до Нигерии. По данным ООН, более 3,4 миллиона человек умирают каждый год от болезней, связанных с дефицитом питьевой воды. Однако новые технологии получения пресной воды из морской уже работают в разных странах от Австралии до Саудовской Аравии. Израильская компания «Water‑Gen» производит устройство, добывающее воду из воздуха. Стоимость электричества, затрачиваемого на получение литра воды, составляет всего 2 цента. Для отдаленных селений, где нет электричества, разработана сооружаемая из природных материалов водяная башня, которая имеет особую форму, позволяющую извлекать влагу из воздуха.

Удивительный изобретатель Дин Кеймен (он известен как создатель «Segway») заключил договор с компанией «Coca‑Cola» на проектирование энергоэффективного устройства размером с бытовой кондиционер, которое очищает загрязненную воду и делает ее пригодной для питья. Он назвал его «Слингшот». Компактное устройство выглядит по сравнению с масштабной проблемой как Давид рядом с Голиафом. С помощью всех вышеперечисленных изобретений дефицит воды может быть устранен уже в ближайшее время.

А как быть с едой? Рэй Курцвейл говорит, что появляются новые технологии производства пищевых продуктов, которые способны решить сразу две взаимосвязанные проблемы: нехватки сельскохозяйственных земель и загрязнения продуктов. Каким образом? За счет выращивания сельскохозяйственных культур не на горизонтальной, а на вертикальной поверхности. Рэй предсказывает, что «в течение ближайших 15 лет в мире распространится вертикальное выращивание культур и производство мяса без убийства животных за счет выращивания мышечной ткани в условиях автоматизированных заводов. Дешевые продукты будут обладать высокими пищевыми свойствами, а их производство не будет негативно влиять на окружающую среду». Никаких инсектицидов. Никаких нитратов. Никаких убийств животных для получения белка. Звучит как сказка, но Рэй уверяет, что все это реально и появится уже очень скоро.

Удовлетворив эти насущные потребности, люди получат шанс жить более насыщенной жизнью, особенно если удастся решить другие проблемы, которые, по мнению Рэя Курцвейла, также могут быть решены. Это проблемы здоровья и долголетия.

Возраст – это то, что существует в наших мыслях. Если вы о нем не думаете – его нет.

Марк Твен

Все перемены, о которых мы тут рассуждаем, революционны по своей сути, но от перспектив развития технологии в области здравоохранения, о которых говорит Хуан Энрикес, просто захватывает дух. По его словам, жизнь – это одна из форм информационных технологий. Почему? Потому, что наша ДНК, как известно, представляет собой последовательность четырех химических оснований: аденина, цитозина, тимина и гуанина. Другими словами, кирпичики, из которых строится жизнь, могут быть выражены в виде кода. А код можно изменить. Или создать заново. А это уже означает искусственную жизнь. Именно это удалось в 2022 году Крейгу Вентеру, первопроходцу расшифровки человеческого генома. Хуан Энрикес был членом его команды.

Когда Хуан выступал на одном из моих семинаров, я спросил у него: «Как вам и Крейгу Вентеру пришла в голову идея создания искусственной жизни?»

Он улыбнулся и ответил: «Мы сидели в одном баре в Виргинии, и после четвертого виски кто‑то сказал: “А неплохо было бы запрограммировать живую клетку с нуля, как мы программируем компьютерные чипы. Интересно, что из этого получится?” Чтобы это выяснить, нам понадобилось пять лет и 30 миллионов долларов». Они извлекли из микроба его генетический код, а затем внедрили в него новый код, искусственно созданный на компьютере. Так появилось совершенно новое живое существо – первая искусственная форма жизни. Объявляя о своем открытии, Крейг Вентер сказал: «Это первое самовоспроизводящееся существо на нашей планете, предком которого был компьютер».

Наши гены похожи на компьютерные программы, которые могут включать или отключать те или иные функции. Что это значит? То, что мы можем использовать клетки как крошечные механизмы и программировать их на выполнение определенных действий, включая самовоспроизводство. «Эти программы могут производить устройства, в которых они работают. Как бы я ни программировал свой ноутбук, он останется одним ноутбуком и не превратится наутро в тысячу. Но если запрограммировать бактерию, то завтра их будут миллиарды», – сказал Хуан.

Похоже на сюжет фантастического фильма, но я вынужден постоянно напоминать себе, что это вовсе не фантастика. Эта технология уже используется в производстве одежды. «Все эти воздухопроницаемые и эластичные ткани, из которых шьется спортивная одежда “Under Armour”, изготовлены не из продуктов нефтепереработки, а из бактерий», – сказал мне Хуан. В Японии бактерии производят синтетический шелк, который прочнее стали. Генетически модифицированные домашние животные используются как фабрики по производству медицинских препаратов. В Новой Англии существует ферма, где коровы производят молоко, которое, возможно, способно излечивать рак.

Все, что человеческий разум способен понять и во что способен поверить, достижимо.

Наполеон Хилл

Как я уже говорил, перед нами совершенно новый мир, и он будет становиться все прекраснее. Успехи нанотехнологий и трехмерной печати приведут к тому, что когда‑нибудь медицинские приборы, не превышающие по размеру кровяные тельца, будут курсировать по нашему телу, излечивая людей от болезни Паркинсона и слабоумия. Крошечные имплантированные компьютеры заменят нервные клетки, поврежденные в результате заболеваний. Вживленные миниатюрные слуховые аппараты не только восстановят утраченный слух, но и позволят слышать ранее недоступные нам звуки, издаваемые, например, китами. По словам Рэя, уже ведутся работы по созданию генетически модифицированных красных кровяных телец, которые смогут переносить достаточное количество кислорода, чтобы позволить ныряльщику, не дыша, проводить под водой 40 минут. Они могут также спасти солдату жизнь на поле боя.

Ученые работают над тем, чтобы с помощью 3D‑принтеров создавать запасные органы и части тела, которыми можно будет воспользоваться в случае необходимости без опасных и дорогих операций по пересадке донорских органов. Доктор Энтони Атала, директор Института регенеративной медицины в Уэйк‑Форесте, утверждает: «Теоретически все, что растет внутри организма, может быть выращено вне его». Он уже изготавливает в своих лабораториях полностью работоспособные мочевые пузыри и пересаживает их пациентам. За последние 15 лет ни одна из тканей, выращенных из стволовых клеток, не была отторгнута организмом. Доктор Атала и другие исследователи уже работают над более сложными органами, такими как сердце, почки и печень. Когда‑нибудь в случае инфаркта или другой болезни, поразившей сердечные клапаны, врач просто выпишет вам новые. А может быть, для вас будет выращено целое сердце.

Если у вас есть деньги, то некоторые из этих чудесных методов лечения доступны уже сегодня. Человеку вживляется так называемая внеклеточная матрица, изготовленная из клеток мочевого пузыря свиньи. Помещенные на эту матрицу собственные стволовые клетки человека прорастают сквозь нее, образуя мышцы, связки и даже кости. Этот метод уже использовался для восстановления утраченных кончиков пальцев! Не за горами то время, когда он будет доступен каждому.

Концепция регенеративной медицины проста. Наше тело способно восстанавливать себя. Нам необходимо только понять, как использовать для этого живущие внутри нас стволовые клетки. Мы знаем, что, когда у ребенка выпадают молочные зубы, на их месте вырастают новые. Но знаете ли вы, что, по данным профессора Питтсбургского университета Стивена Бэдилака, если новорожденный ребенок по каким‑то причинам утрачивает палец, то на его месте может вырасти новый? По достижении двухлетнего возраста эта способность теряется, поэтому возникает вопрос: как ее возродить? Саламандры заново отращивают оторванный хвост, так почему человек не может отрастить себе новую конечность или спинномозговые нервы? Если мы научимся в полной мере использовать стволовые клетки, возможности медицины станут поистине безграничными.

Рэй Курцвейл говорит, что, надеясь на новые открытия в области медицины, которые продлят нашу жизнь, мы должны заботиться о своем здоровье уже сейчас. Это необходимо, чтобы дожить до тех времен, когда появятся новые технологии. Если вы родились в начале нынешнего века, то, скорее всего, доживете. Если же вы принадлежите к поколению беби‑бумеров, то еще не поздно сесть на тренажер и перейти на здоровое питание. Рэй в соавторстве с одним врачом пишет книгу под названием «Девять шагов на пути к вечной жизни», в которой излагаются стратегии укрепления здоровья, позволяющие дожить до новых медицинских открытий и существенно увеличить продолжительность жизни.

Перед собой же он поставил цель дожить до того дня, когда компьютеры станут умнее человека. И ждать осталось уже не долго.

Компьютеры внутри нас

Чтобы что‑то усвоить, нам порой требуются часы, а компьютеры уже сегодня справляются с этим за секунды. Но к 2020 году, по словам Рэя, компьютер за тысячу долларов будет обладать такой же мощью разума, как и человеческий мозг. А к 2030 году сможет оперировать знаниями всего человечества.

К тому времени мы уже будем не в состоянии выявить разницу между человеческим и искусственным мышлением, но опасаться этого не стоит. Почему? Потому, что компьютеры станут частью нас самих, делая нас умнее, сильнее, здоровее и счастливее. Вы считаете, что это нереально? Но как вы себя чувствуете, когда у вас под рукой нет смартфона? Немного не в своей тарелке? Дело в том, что технологии уже стали неотъемлемой частью нашей жизни. Смартфон является как бы нашим «внешним мозгом» – портативной памятью, где хранится так много личной информации, что обойтись без нее уже невозможно. А в ближайшие 20 лет мы перейдем от мобильных телефонов к вживляемым компьютерам.

Представьте себе мир, в котором вам не понадобится читать эту книгу – достаточно будет просто загрузить ее содержание в свой мозг (думаю, многие уже с нетерпением ждут этого дня, глядя на толщину книги!). Вы сможете перекачать свои мысли и всю свою личность в «облако», где они будут храниться вечно. По мнению Рэя Курцвейла и других великих мыслителей и футуристов, это будет означать полное слияние людей и машин, или сингулярность. Когда это произойдет (если произойдет)? Рэй предсказывает, что в 2045 году.

Тот, кто знает, для чего надо жить, практически всегда поймет как.

Виктор Франкл

Будем ли мы жить безопаснее, свободнее, счастливее, если технологии решат проблему дефицита ресурсов? Конечно. Дефицит пробуждает в человеке инстинкт выживания, активизирует самые древние и глубокие части его мозга, которые заставляют его решать дилемму: «либо ты, либо я». Это качество помогает выжить, но зачастую выносит на поверхность самые негативные черты личности, живущей в «цивилизованном» обществе. Наш мозг сформировался 2 миллиона лет назад и с тех пор не очень изменился. Поэтому агрессия и войны всегда будут вызовом, стоящим перед человечеством. Однако с устранением дефицита, возможно, исчезнет спусковой механизм, порождающий насилие.

Согласно статистическим данным, более широкий доступ к новым технологиям делает людей счастливее. Результаты опросов свидетельствуют о том, что в период с 1981 по 2007 год индекс счастья вырос в сорока пяти из 52 стран. А что происходило в эти годы? Правильно, цифровая революция. По миру распространялась технологическая волна, совершался переход от промышленного общества к информационному. Оценивая полученные результаты, ученые писали, что «экономическое развитие, демократизация и рост общественной толерантности приводят к тому, что у людей появляется больше возможностей свободного выбора, что, в свою очередь, вызывает у них ощущение счастья». Тот же опрос показал, что индекс счастья не связан с количеством денег. Так, например, жители Филиппин в среднем считали себя более счастливыми, чем жители США. Счастье объясняется скорее наличием внутренних ценностей, чем высоким ВВП.

Все мы знаем, что работа ради обеспечения средств существования отнимает у нас самый ценный ресурс – время. Я уже говорил о том, что в недавнем прошлом большинство американцев были фермерами и 80 процентов своего времени копались в земле, обеспечивая себе пропитание. Сегодня, чтобы заработать себе на еду, мы тратим около 7 процентов рабочего времени. Чем выше технический уровень, тем больше у нас остается свободного времени для учебы, развития, роста, общения с окружающими – всего того, что делает жизнь полной и насыщенной.

Но рост количества свободного времени имеет и обратную сторону.

Развитие искусственного разума и роботизация распространяются на все большее число областей, где раньше трудились люди. Проведенное в Оксфордском университете исследование показывает, что 47 процентов рынка труда в США в ближайшем будущем будет механизировано. Фактически это означает, что половина всех рабочих будет заменена роботами! Обществу надо будет всерьез обеспокоиться поиском занятий для каждого человека. Всем придется переучиваться для усвоения новых навыков. Несомненно, этот процесс будет болезненным.

Но что может произойти, если в будущем понятие работы как таковой исчезнет, а компьютеры и роботы возьмут на себя весь физический труд и большую часть умственного? Неужели нам в этом случае останется только разъезжать на автомобилях, которыми не надо будет управлять, и ждать, пока беспилотные летательные аппараты доставят нам продукты на дом? Интересный вопрос. Ведь человек обретает силу, только преодолевая сопротивление.

Более десяти лет назад я обсуждал этот вопрос с Рэем Курцвейлом, и он напомнил мне эпизод из телесериала «Сумеречная зона», который смотрел еще в детстве. Не знаю, помните ли вы этот фильм, но в нем были очень интересные серии, каждая из которых заканчивалась сценой, от которой мурашки ползли по коже. В эпизоде, о котором идет речь, заядлый азартный игрок умирает и предстает перед ангелом в белом одеянии, который заводит его в роскошное казино (именно так и должен выглядеть рай в представлении игрока). Там его приводят в комнату, где он находит в шкафу множество шикарных костюмов и туфель. Все они оказываются ему в самый раз. Затем он открывает ящик стола и видит, что тот набит деньгами. Столько денег ему никогда не доводилось держать в руках. Одевшись и набив карманы деньгами, он спускается к игровым столам, где все его радостно приветствуют. Ему улыбаются красивые женщины. О чем еще можно мечтать? Он садится играть в блек‑джек и с первого же раза набирает 21 очко. Отлично! Он сгребает к себе выигранные фишки. Очередная игра – 21 очко. Следующая – опять 21. И так 10 раз подряд. С ума сойти! Перед ним уже целая гора фишек. Он заказывает выпивку, закуску, женщин, и все его желания моментально выполняются. В ту ночь он засыпает абсолютно счастливым и, естественно, не в одиночестве.

Так продолжается день за днем. Через несколько месяцев он вновь сидит за игровым столом. Крупье спрашивает:

– Хотите сыграть в блек‑джек?

– Давайте в блек‑джек, – вздыхает игрок.

– Двадцать одно! – восклицает крупье. – Вы выиграли!

– Ну еще бы! Я всегда выигрываю! И мне это уже надоело! Что бы ни происходило, я все время в выигрыше!

Он обращается к сопровождающему его ангелу в белом и просит позвать главного. Когда тот появляется, наш игрок разражается гневной тирадой:

– Да сколько же можно? Так ведь и рехнуться недолго! Тут, должно быть, какая‑то ошибка. В конце концов, я был не таким уж и хорошим человеком. Просто я, наверное, не туда попал. Я не заслуживаю рая!

– А почему вы думаете, что вы в раю? – усмехаясь, отвечает ангел.

Так что же произойдет, если мы будем получать все, чего захотим, не прилагая к этому никаких усилий? Через некоторое время эта ситуация покажется нам адом, не правда ли? У нас возникнет новая проблема: как найти смысл существования в мире изобилия? Возможно, вызовом, который возникнет перед людьми в будущем, окажется отнюдь не дефицит. Обилие материальных вещей – это не решение. Питер Диамандис говорит: «Под изобилием надо понимать насыщение жизни не вещами, а возможностями».

Поэтому в заключительных главах мы займемся поиском смысла жизни, который поможет нам радоваться и тяжелым испытаниям, и необыкновенным возможностям, находить в себе силы во времена дефицита и изобилия. Необходимо понять, что главное богатство – это жизнь, наполненная смыслом, свершениями и страстью.

Глава 7.2

Сила страсти

Человек велик лишь тогда, когда его поступки продиктованы страстью.

Бенджамин Дизраэли

Мы с вами прошли длинный путь! Это было невероятное путешествие, и я горжусь тем, что вы выбрали меня в качестве проводника.

Вы избавились от мифов, которые затрудняли продвижение к финансовой свободе, поднялись на вершину горы, научившись накапливать и инвестировать деньги, узнали, каким образом можно безопасно спуститься с нее, обеспечив себе безбедное существование, не работая (или работая, если труд доставляет вам радость, а не диктуется необходимостью).

Вы познакомились с такими финансовыми гениями и замечательными людьми, как Рэй Далио, Пол Тюдор Джонс, Мэри Каллахан Эрдоус, Карл Айкан, Дэвид Свенсен, Джек Богл, Чарльз Шваб, которые помогут вам в пути. Надеюсь, на протяжении своей жизни вы еще не раз будете обращаться к семи простым шагам, с которыми познакомились в данной книге. Это поможет вам придерживаться избранного курса. В ее конце я поместил памятку, которая поможет вам отслеживать свои результаты и планировать новые действия. Используйте ее, чтобы убедиться в том, что вы по‑прежнему верны простым принципам, обеспечивающим вашу свободу. Возвращайтесь к этой книге и перечитывайте ее, напоминая себе о том, что вы не жертва обстоятельств, а творец собственной жизни. Не забывайте, что сила не в знаниях, а в действиях! Действия одерживают верх над знаниями на каждом шагу!

Для меня это путешествие стало кульминацией нескольких десятков лет, в течение которых я учился сам и учил других. Я писал свою книгу с любовью и дарю вам ее от всего сердца, надеясь, что вы передадите этот дар окружающим. Ведь самое большее, что вы можете сделать для людей, – это прожить свою жизнь так, чтобы начатое вами дело росло и развивалось еще долгие годы.

В конце путешествия хочу еще раз напомнить вам о том, для чего оно совершалось.

Счастье никто не получает сразу. Оно приходит благодаря вашим действиям.

Далай‑лама

Мне посчастливилось работать с самыми разными людьми: ведущими политиками, финансистами, артистами, спортсменами и религиозными деятелями. Как‑то, работая на Ближнем Востоке, я собрал в рамках программы лидерства молодых израильтян и палестинцев. Поначалу они выражали неприкрытую ненависть друг к другу, но уже через неделю стали большими друзьями (а спустя девять лет все так же продолжали вместе работать над различными мирными проектами).

Узнав об этом, далай‑лама приехал ко мне в гости в Сан‑Вэлли, а затем пригласил меня принять участие в межконфессиональной конференции в Сан‑Франциско, которая состоялась в апреле 2006 года. В том году на протяжении одной недели отмечались большие церковные праздники трех основных религий: христианская Пасха, иудейский Песах и день рождения пророка Мухаммеда. Время проведения было выбрано как нельзя лучше, так как целью конференции было улучшение взаимопонимания между различными вероисповеданиями.

Далай‑лама, облаченный в красное с желтым одеяние, встретил меня в холле отеля «Mark Hopkins» улыбкой и объятиями. Он весь излучал тепло и радость, являя собой живое «искусство счастья», которое он проповедует. В конференции принимало участие более тысячи человек, но я имел честь присутствовать на встрече в узком кругу, которую далай‑лама проводил для 25 ведущих теологов и духовных лидеров мира, среди которых были индусы, буддисты, англиканцы, служители языческих верований, католики, иудеи, сунниты, шииты и многие другие.

Это было незабываемое мероприятие. Начало было мирным и вежливым, как на любой другой конференции, но затем начались мелкие препирательства, вспомнились конфликты, которым насчитывается уже не один век. На поверхность всплыли идеологические разногласия и догмы. Беседа становилась все более горячей, все говорили наперебой, и никто по‑настоящему не слушал друг друга.

Наконец далай‑лама поднял руку, словно ученик в классе. Он размахивал ею, и с его лица не сходила довольная улыбка. Постепенно все обратили на него внимание и притихли, устыдившись своей несдержанности в присутствии устроителя встречи. Когда наступила тишина, он опустил руку.

«Леди и джентльмены, – обратился он к собравшимся. – Думаю, есть одна вещь, с которой согласятся все. Мы представляем здесь великие религии мира, многие из нас являются лидерами своих конфессий. Каждый гордится своими традициями. Но я считаю, что нам нельзя упускать из виду главную цель любой религии и желание всех народов, которые мы представляем: все хотят быть счастливыми. Можно ли найти общий знаменатель между афганским пастухом и финансистом из Нью‑Йорка, вождем африканского племени и многодетной матерью из Аргентины, парижским кутюрье и перуанским ткачом? Все они хотят счастья. В этом суть всего. Если все, что мы говорим и делаем, добавит этому миру несчастий, значит, мы не справились со своей задачей».

Но что является источником счастья?

§

Важно всегда помнить, что ваша истинная и главная цель – это радость, свобода, безопасность и любовь. Каждый из нас находит свой путь, который, как мы считаем, должен привести к счастью и исполнению нашего жизненного предназначения. Таких путей много. Одни приходят к счастью через религию, природу и взаимоотношения с людьми. Для других счастье – это красивое тело, деньги, титулы, дети, достижения в бизнесе. Но каждый в глубине души понимает, что подлинное богатство не может быть измерено количеством денег на банковском счете или стоимостью накопленных активов.

В чем же заключается главный секрет богатой жизни? В том, что человек должен радоваться своему богатству и делиться им. Одно старое изречение гласит: если учеба дает тебе только знания, то ты так и останешься глупцом, а если подталкивает к поступкам, то обретешь богатство. Помните, что награду приносят действия, а не рассуждения.

Поэтому прежде, чем вы отложите эту книгу в сторону, пройдитесь по памятке в конце и убедитесь в том, что усвоили семь простых шагов, которые приведут вас к той жизни, о которой вы мечтаете и которой заслуживаете.

А затем сделайте глубокий вдох и вспомните, для чего все это нужно.

Богатство – это способность жить полной жизнью.

Генри Дэвид Торо

Все мы знаем, что богатство бывает разное: эмоциональное, коммуникативное, интеллектуальное, физическое. Оно может выражаться в энергии, силе, жизнерадостности и, разумеется, в духовности, то есть в понимании того, что в нашей жизни заложен глубинный смысл, нечто более высокое, чем мы сами. Одна из самых распространенных ошибок заключается в том, что человек фокусируется на какой‑то одной форме богатства за счет других.

В действительности эта книга вовсе не о деньгах, а о качестве жизни. До сих пор мы говорили главным образом об освоении правил денежных игр и о финансовой независимости, потому что деньги оказывают большое влияние на все, начиная от психологии и здоровья и заканчивая человеческими отношениями. Но важно помнить и то, что жизнь не будет полной, если вы не усвоите правила общения, духовности и здоровья.

Глупо ставить перед собой цель оказаться самым богатым человеком на кладбище.

Я никогда не забуду, как 30 лет назад повел своих детей на представление цирка дю Солей. Нам повезло достать билеты на самые лучшие места прямо рядом с манежем. До артистов можно было буквально дотянуться рукой.

Перед началом представления я заметил, что три места рядом с нами пустуют, и подумал: «Неужели кому‑то не захотелось поприсутствовать на таком зрелище? Однако спустя пару минут по лестнице спустился человек невероятной толщины, который передвигался с помощью палки и двух помощников. Он весил не меньше 180 килограммов. Отдуваясь и вытирая пот, он сел, заняв все три свободных места. Краем уха я услышал, как кто‑то за мной шепотом сказал, что это самый богатый человек в Канаде. Да, он действительно был богат, но только в финансовом отношении. И все же, несмотря на его миллиарды, в тот момент я мог думать лишь о том, как тяжело ему живется. И все только потому, что он сосредоточился на деньгах и совершенно запустил свое здоровье. Он в буквальном смысле убивал себя! Этот человек освоил только один аспект жизни и был не в состоянии радоваться тому, чем обладали мы.

Мы живы лишь в те моменты, когда в душе сознаем собственную ценность.

Торнтон Уайлдер

Что толку в больших достижениях, если ваша жизнь лишена баланса? Зачем побеждать в игре, если у вас нет времени насладиться победой? Нет ничего хуже богатого человека, который хронически раздражен и недоволен. Такому состоянию не может быть объяснений, но я очень часто сталкиваюсь с подобным феноменом. Это результат несбалансированной жизни, в которой слишком много ожиданий и слишком мало радости от уже сделанного. Без благодарности за то, что мы уже имеем, невозможно ощутить жизнь во всей полноте. Джон Темплтон сказал однажды: «Если у вас есть миллиард долларов, но отсутствует благодарность, вы бедный человек. Если же у вас мало денег, но вы благодарны и за то, что имеете, то по‑настоящему богаты».

Воспитываете ли вы в себе чувство благодарности? Начните следить за тем, что определяет ваши мысли и эмоции.

Качество нашей жизни в конечном счете определяется решениями, которые мы принимаем. Работая на протяжении многих лет с людьми, я пришел к выводу, что существует три ключевых решения, которые нам приходится принимать в каждый момент жизни. Если это делается неосознанно, наша жизнь складывается так же, как и у большинства людей: мы теряем физическую форму, обрастаем финансовыми проблемами, эмоционально истощаемся, наша личная жизнь становится скучной и однообразной.

Но если вы принимаете эти решения осознанно, то жизнь меняется буквально мгновенно! Что же это за решения, от которых зависит качество жизни и которые определяют, каким вы себя чувствуете – богатым или бедным?

§

Нас постоянно окружают миллионы вещей и явлений. Мы можем сконцентрироваться на том, что происходит прямо здесь и сейчас, на том, что нам будет необходимо в будущем, или на том, что было в прошлом. Мы можем сфокусировать свое внимание на решении крупных проблем, на созерцании красоты текущего момента или на сожалениях по поводу какой‑то неудачи в прошлом. Если мы не руководим своим вниманием осознанно, им постоянно пытается завладеть окружающая обстановка.

Миллиарды долларов тратятся на рекламу, которая специально рассчитана на привлечение внимания. То же самое можно сказать о средствах массовой информации, рассказывающих вам страшные истории: «Ваш ребенок может умереть от фруктового сока! Смотрите в 11 часов!» Зачем это делается? Журналисты работают по принципу «чем больше крови, тем интереснее». Если и этого недостаточно, то в борьбу за наше внимание вступают социальные сети. Но необходимо помнить, что ваша энергия течет туда, куда направлено внимание. От того, на чем и как вы концентрируетесь, зависит ваша жизнь.

Давайте рассмотрим две модели внимания, которые определяют, насколько вы веселы, счастливы, разочарованы, обозлены, подавлены или удовлетворены.

Первый вопрос: на чем преимущественно сосредоточены ваши мысли – на том, что у вас есть, или на том, чего не хватает? Я уверен, что вы думаете и о том и о другом, но, если внимательно присмотреться к своим мыслям, можно обнаружить, что одной стороне уделяется больше внимания, чем другой.

Даже если вы находитесь в крайне тяжелой ситуации, в вашей жизни есть множество вещей, за которые можно испытывать чувство благодарности. Предположим, вы испытываете финансовые трудности. Возможно, уместно напомнить себе, что даже если вы зарабатываете всего 34 тысячи долларов в год, то в мировом масштабе входите в 1 процент людей с самым высоким уровнем дохода. Да, средний заработок людей на нашей планете составляет всего 1480 долларов в месяц. Фактически половина населения Земли, более 3 миллиардов человек, живет менее чем на 2,5 доллара в день, что составляет в год чуть больше 900 долларов. Чашка кофе в «Starbucks» стоит в среднем 3,25 доллара. Если вы в состоянии себе это позволить, то тратите на одну чашку больше, чем половина населения мира на ежедневное пропитание.

Это уже позволяет взглянуть на свою ситуацию другими глазами, не правда ли? Если вы собираетесь выйти на Уолл‑стрит с акцией протеста против аппетитов 1 процента богатеев, задумайтесь о том, что 99 процентов населения Земли с удовольствием поменялись бы с вами местами!

Как Стивен Нельсон разбирает по косточкам сообщество Bogleheads: nakhusha — LiveJournal

Но если серьезно, то вместо того, чтобы размышлять о том, чего вам не хватает, и завидовать тем, кто находится в лучшей финансовой ситуации, лучше было бы подумать о том, что в вашей жизни есть множество прекрасных вещей, которые не имеют ничего общего с деньгами. Вы должны быть благодарны за то, что здоровы, что у вас есть друзья, благоприятные возможности, своя голова на плечах. Вы можете ездить по дорогам, которых сами не строили, читать книги, которые писал кто‑то другой, затратив на это целые годы, пользоваться интернетом, который вам не пришлось изобретать самим.

На что обычно направлено ваше внимание? На то, что у вас есть, или на то, чего вам не хватает?

Благодарность за все, чем вы обладаете, создает новый эмоциональный уровень, позволяющий чувствовать себя довольным и богатым. Если вы читаете эту книгу, могу предположить, что вы относитесь как раз к этой категории, но вопрос в том, испытываете ли вы благодарность всем своим разумом, телом, сердцем и душой. Именно такая глубокая благодарность, а не просто понимание умом, создает чувство радости и приносит плоды, которые совсем необязательно должны выражаться в том, что вы заработаете лишний доллар или лишние 10 миллионов.

Давайте теперь обратимся ко второй модели внимания, которая влияет на качество жизни. На чем вы концентрируете свое внимание: на том, что способны контролировать, или на том, что не поддается вашему контролю? Я понимаю, что ответ зависит от контекста, который может измениться в любую секунду, но вопрос задан в общем плане. К чему вы склоняетесь больше? Будьте честны с самими собой.

Если мысли крутятся главным образом вокруг того, что вы не можете контролировать, то в вашей жизни, без сомнения, будет больше стрессов. Вы можете контролировать многие аспекты своей жизни, но не способны, например, управлять рынком, состоянием здоровья близких людей или настроением детей.

Да, мы можем влиять на многие вещи, но не управлять ими. Чем больше жизненных аспектов находится вне нашего контроля, тем острее мы ощущаем собственное бессилие. Наша самооценка, по сути, зависит от того, управляем ли мы происходящими событиями.

Как только вы сосредоточите на чем‑то свое внимание, ваш мозг должен будет принять второе решение.

§

Что это значит? В конечном счете то, как мы оцениваем свою жизнь, не имеет ничего общего с происходящими событиями, финансовым состоянием и успехом. Качество жизни определяется тем, какое значение мы придаем подобным вещам. В большинстве случаев это происходит неосознанно, на уровне подсознания.

Если случается какое‑то событие, нарушающее привычный ход жизни, например дорожная авария, болезнь, потеря работы, это для вас конец или начало? Если человек вступает с вами в дискуссию, считаете ли вы, что он оскорбляет вас, учит чему‑то новому или искренне заботится о вас? Как вы расцениваете неудачи – как Божью кару, испытание или благоприятную возможность? Ваша жизнь зависит от того, что вы о ней думаете, поскольку значение, которое вы придаете тем или иным событиям, вызывает специфические чувства и эмоции, а именно они и определяют качество жизни.

Придаваемое событиям значение влияет не только на наши чувства, но и на взаимоотношения с окружающими. Одни люди считают, что первые 10 лет семейной жизни – это лишь начало, что супруги только‑только начали понимать друг друга и готовы углублять свои отношения. А вот другим хватает и десяти дней. Первую же ссору они воспринимают как конец отношений.

А теперь скажите: как эти две точки зрения способны повлиять на ваше поведение? Небольшое отличие в восприятии может в мгновение ока изменить всю вашу жизнь. Что вы готовы сделать для любимой женщины в самом начале отношений, когда вы еще по уши влюблены друг в друга? Да все, что угодно! Если она попросит вас вынести мусор, вы тут же вскочите с места и скажете: «С удовольствием, дорогая, лишь бы тебе было хорошо!» Но через семь дней (7 или 70 лет) можно услышать совершенно другое: «Я тебе что, уборщик?» Люди не понимают, куда уходит страсть из их отношений. Мне часто приходится иметь дело с супружескими парами, переживающими непростой период, и я всегда говорю им: «Если вы будете поступать так же, как в начале ваших отношений, то у них не будет конца, потому что на начальной стадии вы старались больше дать друг другу, чем взять. Вы не думали о том, кто кому дает больше. Вам намного важнее было доставить друг другу удовольствие, а от этого вы и сами становились счастливее».

Давайте посмотрим, как эти два решения (об объекте сосредоточения и о придаваемом значении) в своей совокупности становятся причиной одной из самых больших проблем современного общества – депрессии. Я убежден, что вас и самих удивляет, почему богатые и знаменитые люди, у которых, казалось бы, есть все, страдают от депрессии. Разве можно себе представить, что кумир миллионов людей, на счетах которого лежат десятки миллионов долларов, вдруг придет к мысли о самоубийстве? Однако мы постоянно наблюдаем подобные случаи, происходящие вроде бы с умными людьми – бизнесменами, актерами, деятелями шоу‑бизнеса. Почему такое происходит даже при наличии современных методов лечения?

На своих семинарах я всегда спрашиваю слушателей: «У кого среди знакомых есть люди, принимающие антидепрессанты, но при этом испытывающие депрессию?» Где бы я ни задавал этот вопрос, в зале, насчитывающем 5 или даже 10 тысяч людей, поднимается примерно 85–90 процентов рук. Разве так может быть? Ведь есть же медикаменты, которые должны улучшить их самочувствие и настроение.

Надо сказать, что антидепрессанты снабжены предупреждениями о побочных эффектах, одним из которых являются суицидальные наклонности. Однако это не главное. Сколько бы таблеток вы ни принимали, чувство отчаяния никуда не денется, если ваши мысли сосредоточены только на том, чего вам не хватает и что вы не в силах контролировать. Если же к этому добавить еще и мысль о том, что жизнь вообще не имеет смысла, получается эмоциональный коктейль, с которым не справится ни один антидепрессант.

Однако я с полной уверенностью могу утверждать, что тот же самый человек сможет отыскать смысл жизни и преодолеть любые испытания, выпавшие на его долю, если придаст событиям другое значение, если будет думать о том, что он кому‑то нужен, что его кто‑то любит, что он еще отдал миру не все, на что способен, и что все еще может измениться. Откуда я это знаю? Я уже 38 лет работаю с людьми, и ни один человек из тысяч тех, кто обращался ко мне, не покончил жизнь самоубийством. Думаю, что таких и не будет (постучу по дереву: гарантий здесь быть не может). Если удается переключить внимание на другие вещи и побудить человека иначе оценивать события, то из его жизни исчезают всякие ограничения[19].

Смена фокуса и восприятия в течение нескольких минут изменяет биохимические процессы в организме. Научившись этому, вы сможете по желанию менять эмоциональную окраску своей жизни. Чем же еще можно объяснить силу и красоту таких людей, как великий психолог и мыслитель Виктор Франкл, переживший ужасы Освенцима? Даже испытывая самые ужасные страдания, он и подобные ему люди умели найти более глубокий и высокий смысл жизни, который состоял в том, что надо не просто выжить, но и спасти множество будущих поколений, сказав им: «Это никогда не должно повториться». Смысл можно найти во всем, даже в боли. Если это удалось, ощущение боли может остаться, но страдания исчезнут.

Поэтому старайтесь контролировать свои мысли, всегда помня о том, что значение, которое мы придаем событиям, влияет на эмоции, а эмоции влияют на качество жизни. Делайте осознанный выбор. Находите ободряющий смысл во всем, и богатство в самом глубоком значении этого слова не обойдет вас стороной.

§

Придав правильное значение событию, вы создаете соответствующую эмоцию. Эта эмоция приводит вас в состояние, в котором вам предстоит принять третье решение: что необходимо сделать? Наши действия во многом зависят от эмоционального состояния, в котором мы находимся. Если вы злитесь, то поступите совершенно не так, как если бы находились в веселом расположении духа.

Если вы хотите действовать правильно, измените фокусировку внимания и придайте событиям позитивное значение. Но даже два рассерженных человека могут повести себя по‑разному. Один отступит, а второй полезет напролом. Один в состоянии злости молчит, а другой кричит и проявляет агрессию. Кто‑то сдерживает свои эмоции, чтобы затем добиться своего при первой же возможности или даже отомстить. А кто‑то идет в спортивный зал, чтобы выпустить пар.

Откуда берутся все эти модели поведения? Как правило, мы копируем поведение людей, которых уважаем и любим, которыми восхищаемся. А как обстоит дело с теми, кто нас отталкивает или раздражает? Обычно мы не берем с них пример, но нередко бывает и так, что мы перенимаем негативные образцы поведения, свидетелями которых были в детстве.

Очень важно понимать модель своего поведения в состоянии злости, грусти, одиночества, поскольку, не зная, как вы можете себя повести, вы не сможете изменить свои поступки. Кроме того, если вы не знаете, какое значение имеют упомянутые три решения, вы можете найти для себя ролевую модель, которая не способствует реализации ваших жизненных целей. Я могу с уверенностью сказать, что люди, поддерживающие хорошие отношения с окружающими, сосредоточены совсем на других вещах и придают им совершенно иное значение, чем те, кто постоянно ссорится, конфликтует и осуждает других. Это очевидно. Если вы хорошо поймете разницу в том, как люди принимают эти три решения, перед вами откроется путь к позитивным изменениям во всех сферах.

В 18 лет я решил, что у меня в жизни не будет ни одного плохого дня. Я окунулся в бескрайнее море благодарности и до сих пор не выплыл из него.

Патч Адамс

Как использовать это для улучшения качества жизни? Оказывается, можно не только научиться сознательно концентрировать свое внимание на нужных вещах, приводить себя в нужное эмоциональное состояние и совершать нужные поступки, но и сделать это своей привычкой. Ведь важно не просто вызывать в себе определенные эмоции, но и жить с ними. Это похоже на то, как спортсмен тренирует свои мышцы. Вы должны упражняться, если хотите, чтобы ваша личная, профессиональная и интимная жизнь была насыщенной, радостной, счастливой и успешной. Вы должны развить свое умение фокусировать внимание на тех или иных вещах и придавать им определенное значение.

Данная практика основывается на психологической концепции фиксирования установки, которая заключается в том, что создается прочная связь между стимулами (словами, идеями, ощущениями) и нашей реакцией на них (эмоциями, мотивами и действиями).

Вы, должно быть, удивитесь, узнав, что многие ваши мысли (которые вы считаете своими ) являются следствием внешнего воздействия или сознательного манипулирования со стороны других людей. Позвольте привести пример.

Два психолога провели эксперимент[20], в ходе которого испытуемым давали чашку с горячим или холодным кофе. Затем им предлагали прочитать описание некого вымышленного лица и вынести суждение о его характере. Результаты оказались поразительными! Те, кто держал в руках чашку с горячим кофе, наделяли это лицо такими чертами, как «теплота» и «щедрость», а те, у кого был холодный кофе, говорили о нем как о «черством» и «эгоистичном» человеке.

В другом эксперименте, проведенном в Вашингтонском университете, женщинам азиатского происхождения предлагали пройти математический тест. Перед этим они заполняли анкету. Если в анкете указывалась только этническая принадлежность, результаты теста были на 20 процентов выше по сравнению с группой, где дополнительно назывался еще и пол. Такова сила фиксирования установки, основанного на культурной традиции. Она влияет на подсознание, ограничивая или, наоборот, стимулируя наш истинный потенциал.

Мы можем использовать этот феномен, каждый день выполняя 10‑минутное упражнение, в ходе которого разум и сердце настраиваются на благодарность – эмоцию, изгоняющую злость и страх. Помните, что, если вы испытываете чувство благодарности, у вас не получится одновременно злиться и бояться. Это невозможно!

Я начинаю каждый свой день с упражнения, длящегося минимум 10 минут. Я останавливаюсь, закрываю глаза и примерно 3 минуты думаю о том, за что могу быть благодарным: за ощущение ветерка на лице, за любовь, которая есть в моей жизни, за все возможности, которые у меня появляются. Я не сосредоточиваюсь на каких‑то больших делах, а только подмечаю всякие мелочи, которые делают жизнь богаче. Следующие три минуты прошу о здоровье и удаче для всех, кого люблю: для семьи, друзей, клиентов и даже незнакомых людей, с которыми сегодня встречусь. Всем им я посылаю свою любовь и благодарность, всем им желаю процветания, как бы наивно это ни звучало.

Оставшееся время я посвящаю трем своим самым большим желаниям, которые мне хочется воплотить в жизнь. Я мысленно представляю себе, что уже исполнил их, и ощущаю при этом радость и благодарность. Фиксирование установки имеет большое значение. Если вы будете выполнять его в течение десяти дней, оно войдет у вас в привычку.

Это простое упражнение очень важно, поскольку многие люди говорят, что им свойственно чувство благодарности, но они просто не находят времени, чтобы выразить его. А ведь утратить чувство красоты и благодарности очень легко! Если мы не будем каждый день сознательно засевать свой разум правильными семенами, в нем прорастут «сорняки»: разочарование, злость, стресс, одиночество. Сорняки не надо сеять – они растут сами по себе. Благодаря своему наставнику Джиму Рону я усвоил: надо каждый день стоять на страже у ворот своего разума и принимать решения относительно того, какие мысли и убеждения можно в него впускать. Ведь именно они определяют, чувствуете ли вы себя богатым и успешным.

И наконец, если вы хотите быть по‑настоящему счастливыми, надо выйти за рамки своих нужд и забот.

Человеческий разум – удивительное творение. Он представляет собой механизм выживания, который подмечает, что правильно, а что неправильно, к чему следует стремиться, а чего избегать. Вы постоянно развиваетесь, но структура мозга остается той же, что и 2 миллиона лет назад. Этого мало, если вы хотите жить насыщенной и счастливой жизнью. Вы должны установить над разумом сознательный контроль. Сделать это можно (помимо фиксирования установки) путем реализации двух высших из шести базовых человеческих потребностей – потребности в развитии и стремлении внести свой вклад в жизнь окружающих.

Основная причина, побуждающая человека развиваться, заключается, на мой взгляд, в том, что, развиваясь, мы обязательно должны чем‑то делиться с другими. Именно в этом состоит глубинный смысл жизни. Конечно, приятно что‑то получать, но ничто не может сравниться с блаженством, когда вы что‑то отдаете окружающим, глубоко трогая их душу.

Великим способен стать каждый, потому что каждый может служить другим людям.

Мартин Лютер Кинг

Но, пожалуй, самым ярким подтверждением этой теории являются случаи, когда люди готовы отдать свою жизнь за то, во что они верят. Одним из моих величайших кумиров прошлого века был борец за права человека Мартин Лютер Кинг. Недавно его старший сын, которого тоже, кстати, зовут Мартин Лютер Кинг, приезжал ко мне на Фиджи, и я имел возможность рассказать ему, как вдохновляла меня жизнь его отца, наполненная чистой страстью. Он знал, для чего живет. Тогда я был еще ребенком, но до сих пор помню его слова: «Если человек не открыл для себя нечто такое, за что он готов умереть, он не способен полноценно жить».

Подлинное богатство приходит в вашу жизнь, когда вы обнаруживаете в ней то, ради чего стоит жить, а если надо, то и умереть. В этот момент вы избавляетесь от тирании своего разума, страхов и ограничений. Да, я согласен, это нелегко. Но хорошо знаю, что многие из нас готовы были бы отдать жизнь за своих детей, родителей или супругов. Если вы нашли свою миссию, которая овладела вами без остатка, значит, обнаружили источник энергии и смысла жизни, с которым ничто не может сравниться.

Сила страсти

Возможно, вы слышали о пакистанской девушке по имени Малала Юсуфзай. Террорист выстрелил ей в голову за то, что она имела смелость заявить, что девочки имеют право учиться в школе. Пуля попала Малале в глаз и пробила череп. Девушка едва не умерла, но мозг каким‑то чудом не был затронут. Она выжила после ужасной раны и стала международно признанным борцом за права девочек и женщин. Ранивший ее человек до сих пор на свободе, и талибы по‑прежнему угрожают ей смертью, но она открыто презирает их. В 16 лет Малала выступила в ООН и заявила, что никого не боится. «Они думают, что пули могут заставить нас замолчать, но они ошибаются. Вместо одного замолчавшего рождаются тысячи голосов. Террористы думали, что могут заставить меня отказаться от своих целей и убеждений, но моя жизнь не изменилась, если не считать того, что из нее ушли слабость, страх и безнадежность. На их месте родились сила, страсть и смелость».

Репортер CNN Кристиан Аманпур спросила у Малалы, не боится ли она за свою жизнь. Малала ответила: «Да, меня могут убить. Но они убьют только Малалу, а не мою борьбу за образование, за мир и права человека. Дело борьбы за равенство будет жить… Они могут убить мое тело, но мечту убить невозможно».

Эта шестнадцатилетняя девушка хорошо освоила умение принимать три решения. Она сфокусирована на главном деле. У нее есть миссия, которая придает смысл жизни. И она действует, не испытывая страха.

Конечно, жизнь не требует от каждого таких жертв, как от Малалы, но любой человек может сделать выбор в пользу смелости, страсти и благодарности. А в завершение нашего путешествия к богатству я хочу поделиться с вами самым главным секретом.

Глава 7.3

Последний секрет

Наше существование строится на том, что мы зарабатываем, а жизнь – на том, что отдаем.

Уинстон Черчилль

Делая вместе с вами последние шаги в нашем путешествии, я призываю вас подумать о том, к чему вы испытываете самую сильную страсть в этом мире. О чем вы больше всего заботитесь? Что вас больше всего радует? Что вы хотели бы оставить после себя? Какие поступки могли бы вызвать у вас гордость за себя? Что вы хотели бы совершить, чтобы понять, что жизнь прожита не напрасно?

Все эти вопросы подводят нас к завершающему секрету подлинного богатства. Но сразу предупреждаю, что он может противоречить вашему здравому смыслу. Мы много говорили о том, как копить и инвестировать деньги, как создать их критическую массу, которая принесет вам свободу и повысит качество жизни. Одновременно звучала мысль о том, что счастье за деньги не купишь. В ходе одного из опросов большинство людей высказали мнение, что если их доход удвоится, то и счастья будет вдвое больше. Однако исследования показывают, что на самом деле из числа людей, доход которых увеличился с 25 до 55 тысяч долларов в год, лишь 9 процентов заявили, что стали более счастливыми. Тем не менее, в одной из самых часто цитируемых научных работ говорится о том, что по достижении уровня заработка в 75 тысяч долларов дальнейшее повышение дохода не оказывает видимого влияния на степень удовлетворенности американцев жизнью.

«И что же из этого следует?» – можете спросить вы.

Согласно недавним исследованиям, деньги все‑такимогутпринести счастье. Ученые доказали, что порадовать могут даже лишние 5 долларов в день. Каким образом? Оказывается, дело не в количестве потраченных денег, а в том, как их тратить. «Каждый день выбор объектов расходования денег вызывает в организме человека целый каскад биологических и эмоциональных реакций, которые можно определить по составу слюны, – пишут Элизабет Данн и Майкл Нортон из Гарвардского университета в своей блестящей книге “Счастливые деньги: Наука разумного расходования” (“Happy Money: The Science of Smarter Spending”). – Хотя за бо льшую сумму можно купить больше разных вещей – от вкусной еды до более комфортабельного дома. Реальная сила денег заключается не в их количестве, а в том, как мы их тратим».

С помощью научных методов доказано, что существует много способов расходования денег, которые усиливают ощущение счастья. Я не буду перечислять их все, а ограничусь только тремя самыми важными.

1. – Инвестирование в опыт. В отличие от материальных приобретений, речь идет о путешествиях, освоении новых умений, учебе на всевозможных курсах.

2. – «Покупка» свободного времени. При любой возможности нанимайте кого‑нибудь для выполнения работ, которые не доставляют вам удовольствия (например, чистка унитазов или засорившихся раковин). Уплаченные деньги трансформируются при этом в свободное время, которое можно посвятить любимым занятиям.

Но знаете ли вы, какой еще способ расходования денег может доставить вам огромное удовольствие?

3. – Инвестирование в других людей. Да, отдавая деньги окружающим, можно испытывать подлинное счастье!

Исследования показывают, что чем больше вы отдаете другим, тем счастливее становитесь сами. Создается своего рода замкнутый круг. На основе экспериментов Данн и Нортон демонстрируют, что люди испытывают большее удовлетворение, тратя деньги на других, а не на себя. И речь идет не просто о субъективных ощущениях, а об объективных показателях здоровья.

§

По данным авторов, этот феномен прослеживается на всех континентах и во всех культурах, в бедных и богатых странах, у людей, принадлежащих к высшим и низшим слоям общества, у молодых и старых. При этом размеры затрат не имеют существенного значения.

В ходе одного эксперимента авторы вручили каждому из участников от 5 до 20 долларов, которые надо было потратить в течение дня. Одной половине было сказано купить что‑то для себя, а второй – для кого‑нибудь другого. «В тот вечер люди, потратившие деньги на других, написали в отчетах, что чувствовали себя на протяжении дня значительно счастливее, чем те, кто совершал покупки для себя».

Коллега авторов Лара Экнин, психолог из Университета имени Саймона Фрейзера, провела другой эксперимент, в ходе которого участникам были вручены абонементы на посещение кофейни «Starbucks» стоимостью 10 долларов.

● Первая группа испытуемых получила задание использовать абонементы для себя.

● Вторая группа получила разрешение пригласить кого‑нибудь на кофе.

● В третьей группе участник должен был отдать абонемент кому‑то из знакомых, но имел право пойти вместе с ним в кофейню, если пригласят.

● Четвертая группа получила задание пригласить с собой другого человека, но расплачиваться абонементом только за себя.

Как вы думаете, участники какой группы чувствовали себя в итоге счастливее всех? Правильно, те, что угощали кофе своих друзей и знакомых. По данным автора, люди испытывают наибольшее удовлетворение, когда они не просто тратят деньги на окружающих, но и «имеют возможность наблюдать, как реагируют люди на их акты щедрости».

Ощущение счастья, которое мы испытываем, помогая другим, не только более выражено, но и дольше длится. Когда я затронул тему денег и счастья в беседе с известным экономистом Дэном Ариэли, он сказал: «Если спросить у людей, от чего они будут испытывать большее удовольствие: от покупки какой‑нибудь вещи для себя или для других, – они ответят: “Разумеется, для себя”. Но это неправда. Исследования показывают, что, купив что‑то для себя, люди радуются несколько минут или от силы несколько часов. Если же они купят хотя бы самый маленький подарок для кого‑то другого, ощущение счастья длится минимум до вечера, а зачастую несколько дней или даже недель».

Дэн также рассказал мне об изящном эксперименте, в котором работникам одной компании выдали премии в размере 3 тысяч долларов. Одним было разрешено тратить эти деньги на себя, а другим – только на благотворительные цели. Угадайте, кто чувствовал себя более счастливым?

«На протяжении шести месяцев люди из второй группы писали в отчетах, что ощущают значительно бо льшую удовлетворенность, – рассказывает Дэн. – Я думаю, все объясняется тем, что это сильнее связывает их с окружающими, а такая связь, в свою очередь, обеспечивает целый ряд преимуществ для них самих».

Когда вы тратите деньги на других людей, особенно на незнакомых, а не на родных и близких, ощущение счастья возрастает в геометрической прогрессии. По интенсивности его можно сравнить с ситуацией, когда вам вдвое или втрое увеличили зарплату.

В своей собственной практике я наблюдал немало удивительных случаев, сопровождавших акты дарения. Когда человек поднимается над проблемами собственного выживания и успеха и начинает действовать в интересах окружающих, у него сразу же пропадает страх, уходят все разочарования, боли и несчастья. Я искренне убежден, что, когда вы делитесь с другими людьми, сама жизнь, Бог и Вселенная начинают действовать в ваших интересах. Не забывайте, что жизнь поддерживает то, что помогает ее развитию.

Я хочу рассказать вам о мальчике, который буквально начал жить заново после того, как его сердце и душа почти умерли после ужасной стрельбы в школе Ньютауна. Он сумел избавиться от боли и нашел новый смысл и вдохновение, посвятив свою жизнь другим людям.

Сильнее боли

Дж. Т. Льюис, которого все зовут просто Джей Ти, никогда не забудет 14 декабря 2022 года. В то утро свихнувшийся вооруженный преступник ворвался в начальную школу и убил 26 человек, в том числе 20 детей в возрасте от пяти до десяти лет, после чего застрелился сам. В какой‑то момент Джесс, шестилетний брат Джея Ти, заметил, что у нападавшего заклинило пистолет, и крикнул своим одноклассникам, чтобы они убегали. Этот смелый малыш спас тем утром много жизней, но, к сожалению, не смог спасти свою. Убийца повернулся к Джессу и застрелил его.

Представьте, как бы вы себя чувствовали, если бы Джесс был вашим сыном или братом. Я познакомился с тринадцатилетним Джеем Ти и его матерью Скарлетт, прилетев в Ньютаун на годовщину этого страшного события, чтобы помочь группе выживших справиться с последствиями трагедии. Как я и ожидал, семьи жертв были подавлены горем. Но, поговорив с Джеем Ти, я с удивлением обнаружил, что его боль и страдания претерпели поразительную трансформацию после общения с группой сирот из Руанды. Молодые люди узнали о потере Джея Ти и решили через океан обратиться к нему со словами поддержки.

Про бизнес:  Брокерский счет: что это такое и зачем он нужен, как на нем заработать

Эти осиротевшие дети смогли выжить после одной из самых страшных трагедий в истории человечества. В 1994 году в результате массового геноцида, длившегося 100 дней, в Руанде погибло около миллиона человек из народности тутси. Их убили соседи, хуту. Связавшись с Джеем Ти по скайпу, девочка по имени Шанталь сказала, что тоже скорбит по поводу потери им брата, но хочет, чтобы он знал, что никто не может отнять у человека радость жизни и счастье, кроме него самого. Никакой убийца не в состоянии это сделать.

Она рассказала ему свою историю. Ей было всего восемь лет, когда она стала очевидцем смерти своих родителей, которых жестоко зарубили нападавшие, вооруженные мачете. Затем убийцы взялись за нее. Они полоснули ей мачете по шее и скинули ее тело в общую могилу. Задыхаясь под тяжестью мертвых тел и истекая кровью, Шанталь все же смогла выбраться из могилы и убежать в близлежащие горы. Прячась в лесу, она видела, как огонь дом за домом уничтожает деревню, которую она называла своим домом, и слышала крики людей, которые были ей близки и дороги. Она целый месяц жила в лесу, ожидая окончания бойни.

Разумеется, у девочки, ставшей очевидцем убийства своих родителей, душевная рана могла остаться на всю жизнь и она могла жить в вечном страхе, но все обернулось иначе. Шанталь оказалась мастером в принятии трех решений, которые определили ее дальнейшее существование.

Она сказала Джею Ти: «Я знаю, что тебе трудно мне поверить, но ты можешь прямо сейчас избавиться от страданий и начать новую, счастливую жизнь. Надо просто каждый день тренироваться, вызывая в себе чувства благодарности, прощения и сочувствия. Будь благодарен за то, что у тебя есть, и не сожалей по поводу того, чего ты лишен. Ты должен простить убийцу и его семью и найти способ служить другим людям. Это избавит тебя от боли». Когда Шанталь это говорила, ее лицо светилось радостью. Джей Ти просто не мог поверить своим глазам, зная о том, что ей пришлось пережить ужасы, которых он был не в состоянии даже представить. Но если ей удалось избавиться от боли, значит, сможет и он. Теперь была его очередь.

Но как это сделать? Джей Ти решил, что должен найти способ вернуть долг этой девушке, которая дотянулась до него через тысячи километров, чтобы передать свою любовь именно тогда, когда он больше всего нуждался в поддержке. Шанталь нашла смысл жизни. Она увидела свое предназначение в том, чтобы помогать другим детям, осиротевшим в результате геноцида. Это стало ее миссией, которая позволила ей отвлечься от собственных переживаний по поводу утраты.

Ее пример служения другим людям глубоко тронул Джея Ти, и он решил во что бы то ни стало отплатить ей добром. Он должен был обеспечить этой замечательной девушке лучшее будущее. Приняв такое решение, Джей стал работать день и ночь, чтобы собрать деньги на ее обучение в колледже. Уже через несколько месяцев тринадцатилетнему мальчику удалось скопить 2100 долларов. Этого должно было хватить на первый год учебы! Когда он сообщил об этом Шанталь по скайпу, та была очень тронута, но, как и для многих других молодых людей в странах третьего мира, высшее образование не казалось ей самым практичным решением, потому что к тому времени она уже начала свой малый торговый бизнес (как вы, наверное, догадываетесь, у молодой женщины с такими сильными волевыми качествами должна быть и предпринимательская жилка). Поэтому, продолжая традицию служения окружающим, Шанталь передала эти деньги своей лучшей подруге Бетти – еще одной сироте, которая тоже участвовала в разговоре с Джеем Ти.

Я был в таком восторге от поступка Джея Ти, что тут же решил оплатить еще три года учебы для Бетти и помочь Шанталь построить новый магазин и дом, где она могла бы жить с усыновленными сиротами.

Сегодня мы продолжаем сотрудничать в поиске новых ресурсов для 75 тысяч осиротевших жертв геноцида[21].

Я рассказываю все это, чтобы вы поняли: человек способен превозмочь свою боль, если вновь научится ценить красоту жизни и помогать окружающим. Все его дары другим людям вернутся к нему сторицей. Главное – искренне захотеть поделиться с ними. Сделав это своей миссией, вы обретете непреодолимую силу. Именно так можно стать по‑настоящему богатым. Жизнь в этом случае становится не просто развлечением, а приобретает смысл.

Щедрость и здоровье

Разумеется, говоря о необходимости делиться, я имею в виду не только деньги, но и время, эмоции, общение с детьми и супругами, друзьями и партнерами. Наша работа – это тоже предложение своих услуг окружающим. Каждому из нас есть чем поделиться с ними , будь то песня, стихи, транснациональный бизнес, консультации, услуги врача или учителя. Вообще‑то плоды нашего труда – это самый ценный после любви дар окружающим. Но оказывается, что добровольная и бескорыстная волонтерская деятельность тоже может принести вам существенную «выгоду».

Моя подруга Арианна Хаффингтон в своей блестящей книге «Процветание» («Thrive») ссылается на результаты исследований, которые доказывают, что волонтерство улучшает физическое и психическое здоровье. Особенно мне нравится исследование, проведенное в 2022 году медицинской школой Эксетерского университета. Из его результатов следует, что волонтерская деятельность позволяет снизить заболеваемость депрессией, улучшает самочувствие и на 22 процента сокращает смертность! Хаффингтон пишет: «Участие в волонтерском движении хотя бы раз в неделю не только улучшает здоровье, но и позволяет повысить ежегодный доход с 20 до 75 тысяч долларов!»

Так в чем же состоит последний секрет богатства? Богатство растет быстрее, если вы умеете не только брать, но и отдавать (в любой форме). Секрет полноценной жизни состоит в том, что надо уметь делать не только деньги, но и добро. Все мы знаем, как трансформировалось наше общество, когда очень богатые люди наконец проснулись и сказали себе: «Жизнь заключается не только в нас самих».

Я не стремлюсь к тому, чтобы быть самым богатым на кладбище. Мне важнее каждый вечер, когда я ложусь спать, говорить себе, что сегодня мы сделали что‑то хорошее.

Стив Джобс

До XIX века благотворительностью занимались главным образом религиозные организации. Так продолжалось, пока не появился стальной магнат Эндрю Карнеги. Короли и аристократы не были заинтересованы в том, чтобы делиться своим богатством с обществом. Они старались приберечь все для себя и своих наследников. Тех же взглядов придерживалось и большинство бизнесменов. Но Карнеги стал родоначальником эры филантропии, в которой мы живем сегодня.

Он был прожженным дельцом, не знавшим жалости, но из стали, которую он производил, строились железные дороги и небоскребы, изменившие облик Америки. Он приносил обществу пользу, и это повышало его прибыли. В конце концов Карнеги стал богатейшим на то время человеком в мире. Он достиг такого уровня, что мог иметь все, что только пожелает. Но денег было слишком много, и Карнеги понял, что его богатство потеряет всякую ценность и смысл, если будет использоваться только для удовлетворения собственных нужд. В результате первую половину своей жизни Карнеги потратил на то, чтобы скопить богатство, а вторую – на то, чтобы его раздать. Трансформацию своего сознания он описал в книге «Евангелие богатства», которую всем было бы полезно почитать и сейчас. Мой друг Роберт Шиллер, лауреат Нобелевской премии и профессор экономики Йельского университета, настаивает на том, чтобы ее прочитали все его студенты, так как они должны знать, что капитализм способен нести добро. Книга Карнеги изменила общество и оказала влияние на других деятелей бизнеса, в частности на его главного соперника Джона Д. Рокфеллера, который, вдохновившись этими идеями, начал вкладывать неимоверные средства в крупнейшие национальные благотворительные фонды. Карнеги создал новый стандарт, согласно которому значимость человека определяется не тем, что он имеет, а тем, что он отдает обществу. Сам он сосредоточился преимущественно на сфере образования. За счет пожертвований Карнеги количество библиотек в США еще при его жизни увеличилось вдвое, что внесло огромный вклад в рост интеллекта населения, пока не появился интернет.

Эстафету Карнеги подхватил в наше время мой друг Чак Фини. Он отдал на благотворительные цели бо льшую часть своего состояния, насчитывавшего 7,5 миллиарда долларов. От Карнеги его отличает лишь то, что до недавнего времени он никому об этом не говорил!

Когда я познакомился с Чаком, ему было 83 года. Он уже не мог подолгу говорить, но его дела были громче слов. Общение с ним сразу же убеждало в том, что человек не зря прожил свою жизнь. Это было заметно и по радостному блеску глаз, и по улыбке, и по тому ощущению доброты, которое от него исходило.

Чак Фини, в свою очередь, вдохновил новое поколение бизнесменов и промышленников. Его преемником, по мнению многих, стал Тед Тернер, пожертвовавший миллиард долларов на нужды Организации Объединенных Наций. После этого Билл Гейтс и Уоррен Баффет разработали «Клятву дарения», призвавшую богатых людей отдать не менее половины своего состояния на благотворительность. По последним данным, к ней присоединилось уже более 120 миллиардеров, в том числе и те, о ком говорится в этой книге: Рэй Далио, Т. Бун Пикенс, Сара Блейкли, Карл Айкан и Пол Тюдор Джонс.

Т. Бун Пикенс рассказал мне, что даже слегка переусердствовал со своей филантропией. Недавно он подарил полмиллиарда долларов своей альма‑матер – Оклахомскому университету, доведя таким образом общую сумму своих пожертвований до миллиарда долларов. А в последнее время он понес некоторые потери, и его личное состояние сократилось до 950 миллионов долларов, то есть оказалось меньше, чем сумма, потраченная на благотворительность! Но Буна это не тревожит. Ведь ему, в конце концов, всего 86 лет. «Не беспокойся, Тони, – сказал он мне. – В ближайшие годы я планирую заработать еще два миллиарда». Радость, которую он испытывает от своих пожертвований, затмевает сожаление по поводу потерь.

Самые богатые и влиятельные люди мира помогают решать острейшие проблемы, стоящие перед человечеством. Карнеги посвятил себя вопросам просвещения, Билл и Мелинда Гейтс финансируют стипендиальные фонды университетов и проекты по предотвращению эпидемий, Боно отдает все силы списанию долгов, которые лежат тяжким бременем на странах третьего мира. Но значит ли это, что в решении таких проблем могут участвовать только миллиардеры или звезды шоу‑бизнеса? В нашем мире, где все переплетено и взаимосвязано, это вовсе не обязательно. Объединив свои усилия с помощью новых технологий, мы все можем внести весомый вклад.

§

Я не знаю, какую миссию вы для себя избрали, но лично меня очень волнуют судьбы нуждающихся семей и детей. Нужно быть совершенно бессердечным человеком, чтобы не сочувствовать страдающим детям. Поэтому прошу вас уделить несколько минут тому, чтобы рассмотреть три самые большие проблемы, с которыми сегодня сталкиваются дети и их родители, а также те меры, которые мы можем без особых усилий принять для их решения.

Первое – это голод. Сколько, по‑вашему, людей отправляются каждый вечер спать голодными в богатейшей стране мира? Как бы невероятно это ни звучало, но, по данным Статистического бюро США, каждый четвертый американский ребенок в возрасте до пяти лет живет в бедности, а каждый десятый – в крайней нужде (то есть с уровнем годового дохода ниже 11 746 долларов, или 32 долларов в день, на семью из четырех человек).

Пятьдесят миллионов американцев, включая почти 17 миллионов детей, живут в условиях нехватки продуктов питания. Вот как описывал эту ситуацию член Нью‑Йоркской коалиции против голода в интервью Терезе Райли: «В этих семьях не хватает денег для регулярного получения необходимого питания. Им приходится экономить на еде и периодически пропускать прием пищи. Родители зачастую отказываются от еды, чтобы накормить детей». В то же самое время Конгресс США на 8,7 миллиарда долларов сократил ежегодные расходы на выдачу нуждающимся талонов на питание. Это значит, что у полумиллиона американских семей каждый месяц будет одна неделя без еды.

Я тоже жил в одной из таких семей. Именно поэтому так хочу сделать хоть что‑то, чтобы изменить ситуацию. Для меня это не статистические данные, а реально страдающие люди.

Я уже рассказывал вам, как в 11 лет День благодарения изменил всю мою жизнь. И дело не в том, что мне подарили продукты, а в том, что это сделал совершенно незнакомый человек. Тот эпизод оказал на меня огромное влияние. После этого я сам продолжаю постоянно делать такие подарки, и на протяжении последних 38 лет мне удалось обеспечить продуктами питания 42 миллиона человек. Я не стал ждать, пока разбогатею. Я начал бороться с этой проблемой, располагая лишь очень незначительной суммой.

Поначалу мне было трудно накормить даже две семьи, но я не останавливался и поставил перед собой задачу накормить четыре. В следующем году их стало восемь, потом шестнадцать. Когда я учредил собственную компанию и мой авторитет вырос, я стал обеспечивать продуктами питания миллион человек в год, а потом и 2 миллиона. Мои пожертвования росли нарастающими темпами, как и инвестиционные вложения. На сегодняшний день я выделил средства на продукты питания в общей сложности для 50 миллионов человек, а вместе с вами мы можем довести эту цифру до 100 миллионов. Когда‑то я был мальчиком, который нуждался в таких пожертвованиях, а сегодня сам могу кормить других, возвращая то добро, которое было проявлено в отношении нашей семьи.

В мире нет ничего сильнее, чем душа, в которой горит огонь страсти. Этот огонь разожгли во мне забота окружающих и книги. Они переносили меня из мира нужды в мир возможностей. Я мысленно ставил себя на место авторов, которым удалось изменить свою жизнь к лучшему. Следуя этой традиции, я обратился в издательство «Simon & Schuster» и сказал, что мне хотелось бы снабжать людей не только телесной, но и духовной пищей. Там откликнулись на мой призыв и решили выпустить благотворительный тираж моей книги «Заметки друга», посвященной личностному развитию. Я написал ее, чтобы люди, оказавшиеся в непростой ситуации, могли изменить свою жизнь к лучшему с помощью моих практических советов, стратегий и вдохновляющих историй. Этот тираж будет распространяться через сеть бесплатных столовых «Feeding America», которая признана самой большой и эффективной благотворительной организацией США для бездомных людей.

Но сейчас я прошу вас подумать над тем, чтобы стать моими долгосрочными партнерами в добрых делах. Эта простая стратегия позволит накормить 100 миллионов голодных. Она не потребует от вас каких‑то значительных пожертвований. Предлагаемый мною план позволяет спасать жизни, отдавая на благотворительные цели лишь сдачу после покупок. Как это сделать? Присоединяйтесь к моим кампаниям «Ликвидируем голод», «Ликвидируем болезни» и «Ликвидируем рабство»!

§

У меня есть к вам предложение. Моя цель состоит в том, чтобы помочь вам разобраться в финансовых вопросах и вооружить планом, который позволит достичь финансовой безопасности, независимости и свободы для себя и своей семьи. Я одержим желанием сделать вашу жизнь лучше. И все это – в рамках одной книги (хотя, надо сказать, весьма толстой). Я хочу вдохновить вас подняться над бедностью и почувствовать себя богатыми людьми прямо сейчас! Для этого надо начать с искренней радостью делиться с окружающими своим достатком – каким бы скромным он ни был.Это должно совершаться не по принуждению, не из чувства долга или вины, а исключительно ради собственного удовольствия.

По данным Бюро трудовой статистики США, 124 миллиона семей в стране тратят на развлечения в среднем по 2604 доллара в год, то есть более 320 миллиардов. Представьте, что какая‑то часть этих средств пойдет на решение таких сложных проблем, как ликвидация голода, торговли людьми, обеспечение питьевой водой. В США на 1 доллар можно накормить бесплатным обедом 10 нуждающихся людей. Для 100 миллионов бесплатных обедов потребуется чуть больше 10 миллионов долларов, то есть всего 0,0034 процента тех средств, которые тратятся на развлечения. Это же просто мелочь, завалявшаяся в кармане! Поэтому я вступил в переговоры с лучшими умами в сфере бизнеса и маркетинга, в числе которых были Боб Карузо (бывший исполнительный директор одного из ста крупнейших хедж‑фондов мира «Highbridge Capital Management») и мой друг Марк Бениофф (филантроп, учредитель и глава Salesforce.com), с целью разработки технологии, позволяющей без всякого труда собирать эту мелочь, способную спасти множество жизней.

Потратив менее минуты, вы можете зайти на сайт www.swipeout.com и стать участником этой программы. Каждый раз, когда вы будете расплачиваться кредитной картой, стоимость вашей покупки будет автоматически округляться до следующего целого доллара[22]. Разница будет перечисляться на счета надежных благотворительных фондов, которые регулярно будут отчитываться перед вами, рассказывая жизненные истории людей, воспользовавшихся вашей помощью. Как работает эта система? Если вы, к примеру, выпили в «Starbucks» чашку кофе за 3,75 доллара, то 25 центов перечисляются на счет заранее выбранной вами благотворительной организации. Для среднестатистического потребителя сумма пожертвований составит порядка 20 долларов в месяц. Вы можете установить предельный лимит, но желательно, чтобы он был не менее 10 долларов.

Что можно сделать за 20 долларов в месяц?

● Приготовить 200 бесплатных обедов для голодных американцев (это 2400 обедов в год).

● Обеспечить чистой питьевой водой 10 детей в Индии (120 детей в год) и тем самым уберечь их от множества болезней.

● Спасти проданную в рабство камбоджийскую девочку и провести курс ее реабилитации.

Вот лишь три проблемы, с которыми сталкиваются дети и их семьи. Для Америки это в первую очередь голод. Именно поэтому я тесно сотрудничаю с организацией «Feeding America».

Самая большая беда для детей во всем мире – это болезни. Знаете ли вы, что загрязненная вода, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), является самой распространенной причиной смерти (3,4 миллиона человек каждый год)? Это значит, что из‑за нехватки чистой воды каждые 20 секунд где‑то в мире умирает один ребенок и что общее число умерших превышает количество жертв всех вооруженных конфликтов, происшедших после Второй мировой войны.

Поэтому второй важнейшей проблемой является снабжение чистой водой максимально возможного количества детей во всем мире. Есть множество организаций и технических решений, которые позволяют всего за 2 доллара обеспечить семью источником питьевой воды.

Какова цена свободы?

На протяжении всей книги мы с вами работали над проблемой достижения финансовой свободы. А что вы скажете, если я предложу вам каждый месяц использовать крошечную часть накопленных средств на то, чтобы вызволить из рабства одного из 8,4 миллиона детей? В 2008 году репортер «ABC News» Дэн Харрис с вымышленной легендой попытался выяснить, сколько времени и денег понадобится для того, чтобы приобрести малолетнего раба. Вылетев из Нью‑Йорка, он уже через 10 часов смог купить на Гаити ребенка, сторговавшись всего за 150 долларов. По его словам, в современном мире дешевле купить ребенка, чем iPod.

Невозможно даже вообразить себе, что такое может случиться с вашим собственным ребенком или другим дорогим для вас человеком. Но попробуйте представить, что ваши действия помогут освободить человека, который годами томится в рабстве. И это не просто слова. Пока вы спите, ваши пожертвования могут пойти на пользу тем, кто каждый день ведет войну с рабством.

Как же решить столь глобальные проблемы? Это возможно, если мы будем действовать сообща и пожертвуем небольшой частью своего свободного времени. В этом году вы, я и наши друзья совместными усилиями можем накормить 100 миллионов человек. А разве вам не хотелось бы поставить это дело на постоянную основу и кормить 100 миллионов человек каждый год? Я каждый день снабжаю свежей питьевой водой 100 тысяч человек в Индии. Это я считаю своей миссией. Но разве не здорово было бы давать чистую воду 3 миллионам человек в день? А что вы скажете насчет того, чтобы освободить из рабства 5 тысяч детей и обеспечить им обучение и нормальную жизнь?

Все это смогут сделать 100 тысяч человек, объединивших свои усилия. С того момента, как я основал свой благотворительный фонд, события начали разворачиваться в геометрической прогрессии. Если за 10 лет мы вышли на такой уровень, что смогли накормить миллион человек, то в ближайшем будущем дойдем до миллиарда, обеспечим 30 миллионов человек питьевой водой и освободим из рабства 50 тысяч детей. Конечно, это огромные цифры, но спасенная жизнь всего одного ребенка делает наши усилия не напрасными.

Что вы скажете на это? Большинство людей склонны преувеличивать возможные результаты своей деятельности в течение одного года и недооценивать их, когда речь идет о 10–20 годах.

Должен сказать вам, что, когда я обеспечил продуктами две семьи, мне сразу захотелось большего. Тогда я поставил перед собой цель накормить 100 нуждающихся семей. Потом эта цифра постепенно увеличивалась до тысячи, 10 тысяч, миллиона. По мере роста расширяются и возможности. Все зависит только от нас. Присоединитесь ко мне и, пожертвовав мелочью, измените мир.

Я обнаружила, что, помимо всей той пользы, которую пожертвования приносят дающему, они освобождают его душу.

Майя Энджелоу

Какую бы благотворительную организацию вы ни выбрали, необходимо принять осознанное решение инвестировать часть своего заработка в то, что не приносит вам непосредственной пользы, но зато помогает тому, кто действительно в ней нуждается. Это делается не для того, чтобы хорошо выглядеть в глазах окружающих, а для того, чтобы жить действительно полной жизнью.

В своей книге «Счастливые деньги» Данн и Мортон пишут: «Когда благотворительность является собственным выбором, когда она связывает нас с другими людьми, даже маленькие пожертвования могут доставить большое удовлетворение и создать эффект домино, вызвав целую лавину щедрости».

Вдохновившись этой идеей, Дэн Ариэли и его жена решили внедрить в своей семье простую систему, которая должна была приучить их сыновей к благотворительности. Получая деньги на карманные расходы, дети должны были разделить их между тремя копилками:

1‑я – для себя;

2‑я – для знакомых;

3‑я – для незнакомых.

Заметьте, что две трети получаемых денег предназначается для благотворительных целей, и это, по замыслу родителей, должно доставлять детям радость. Особо следует выделить третью копилку для незнакомых людей. Конечно, тратить деньги на друзей и родственников – это тоже хорошо, но именно третья копилка составляет истинную суть филантропии. Это высшая форма дарения, которая приносит наибольшее удовлетворение.

Кроме того, должен сказать, что особенно важно делиться с окружающими, когда вы сами испытываете нужду. Такие поступки развивают мозг, приучая его исходить из того, что у вас все равно больше денег, чем достаточно. А когда мозг в это поверит, мысль станет убеждением.

Джон Темплтон, будучи не только крупнейшим инвестором, но и одним из самых замечательных людей, 30 лет назад рассказал мне, что не встречал в своей жизни ни одного человека, который уплачивал бы церковную десятину (отдавал на нужды церкви и благотворительности от 8 до 10 процентов всех своих заработков) и через 10 лет не стал бы богатым. И все же многие говорят: «Когда стану богаче, тогда и начну делиться». Мне в свое время тоже были свойственны подобные мысли, но сегодня я с уверенностью могу утверждать: начинать надо прямо сейчас, даже если вы чувствуете, что пока не можете себе этого позволить. Почему? Потому, что, как я уже говорил в первой главе, если вы не готовы поделиться 10 центами с доллара, то никогда не пожертвуете миллиона с 10 миллионов и не сможете отдать 10 миллионов из ста.

Как пробудить в себе чувство благотворительности? Как найти для этого время и энергию? Можно просто откладывать на эти цели часть своих заработков, а можно присоединиться к программе SwipeOut и, как уже было описано выше, автоматически перечислять сдачу с покупок. Пожалуйста, сделайте это прямо сейчас, чтобы изменить мир к лучшему. И помните, что самую большую пользу это принесет именно вам. Жизнь филантропа начинается с простого маленького шага. Давайте сделаем его вместе.

Я думаю не о несчастьях, а о красоте, которая пока еще осталась.

Анна Франк

Кстати, я не всегда думал подобным образом о благодарности и благотворительности. Мне приходилось жить в нужде. Оглядываясь назад, не могу сказать, что моя жизнь была легкой, но она всегда была счастливой, даже если тогда я этого не понимал. Я рос в обстановке вечной нехватки денег, поэтому усердно работал, чтобы выбраться из нищеты. Но я не понимал, что успех приходит не постепенно, а скачками.

Порой требуется много времени, чтобы не просто понять, а по‑настоящему усвоить что‑то и сделать это неотъемлемой частью своей жизни. В самом начале своей карьеры я пережил ряд досадных неудач. Как я на это отреагировал? Ну уж, во всяком случае, не со светлым чувством благодарности в душе! Я был зол, разочарован, расстроен. Все складывалось не так, как хотелось. А денег оставалось все меньше!

Однажды поздней ночью я ехал по 57‑й автостраде вблизи Помоны и думал: «Что же не так? Ведь я работаю не покладая рук. Чего мне не хватает? Почему ничего не выходит? Почему не удается ничего из задуманного?» И вдруг у меня из глаз потекли слезы, причем с такой силой, что пришлось остановиться на обочине. Я вытащил дневник, который повсюду ношу с собой (он сохранился до сих пор), и при тусклом свете лампочки в салоне нацарапал огромными буквами на всю страницу: «СЕКРЕТ ЖИЗНИ В ТОМ, ЧТОБЫ ДЕЛИТЬСЯ С ДРУГИМИ».

Да! Я вспомнил уже подзабытый мною смысл жизни. Вспомнил, что жизнь – это не только я, но и все мы.

Снова выехав на дорогу, я почувствовал прилив сил и энтузиазма. Во мне возродилось понимание своей миссии. Некоторое время после этого дела шли неплохо. Но, к сожалению, написанные мною слова были лишь концепцией. Это понимание еще не укоренилось во мне. Мне пришлось столкнуться с новыми трудностями в работе, и через полгода я потерял все деньги. Уже в скором времени я спал на полу в пустой холостяцкой квартире площадью 37 квадратных метров в Винисе. Я кипел от негодования и обвинял всех подряд за те неудачи, с которыми сталкивается каждый, кто ставит перед собой более или менее значимую цель. Я считал, что люди манипулируют мною и используют меня в своих интересах. «Если бы не они, у меня все было бы в порядке!» – думал я. Меня охватила жалость к самому себе. Чем больше во мне накапливалось раздражения и разочарования, тем хуже шли дела.

Чтобы избавиться от тягостных мыслей, я пристрастился к еде, особенно к фастфуду. Всего за несколько месяцев поправился на 17 килограммов, а это не такая уж простая задача. Для этого надо съедать горы пищи и как можно меньше двигаться! Потом поймал себя на том, что целыми днями смотрю телевизор, хотя раньше посмеивался над подобными привычками. Если я не ел, то смотрел мыльные оперы. Меня затянул сериал «Главный госпиталь». Если вы уже достаточно долго живете, то помните свадьбу его главных героев Люка и Лоры. Так вот, я видел ее вместе с вами!

Сейчас я с юмором (и некоторой долей стыда) вспоминаю, как низко пал. В конце концов у меня осталось всего 19 долларов с какой‑то мелочью и никаких перспектив в жизни. Особенно я злился на одного своего друга, который занял у меня 1200 долларов, когда я был при деньгах, но так и не вернул их, когда я оказался на мели. Пытался звонить ему, но он не отвечал на звонки. Я был в бешенстве: «Что же теперь делать? Мне даже поесть не на что!»

Но меня всегда отличал прагматичный склад ума. Я подумал: «Ну хорошо: в семнадцать лет у меня тоже не было ни денег, ни дома. Как же я тогда обходился?» Я ходил в столовые, где был устроен шведский стол, и за небольшие деньги наедался до отвала. Это идея!

Я жил неподалеку от живописной гавани Марина‑дель‑Рей, где причаливали яхты богачей из Лос‑Анджелеса. На берегу стоял ресторан «Эль‑Торито» с роскошным шведским столом, за который надо было заплатить около 6 долларов. Мне не хотелось тратить деньги на бензин и парковку, поэтому я прошел 5 километров до ресторана пешком. Сев за столик у окна, я нагружал себе тарелку за тарелкой и ел, словно в последний раз (что, в общем‑то, было недалеко от истины).

Поглощая еду, я смотрел на проплывающие яхты и мечтал о красивой жизни. Мое настроение начало постепенно улучшаться, злость куда‑то уходила. Заканчивая обед, я заметил маленького мальчика лет семи‑восьми в красивом костюме. Он как раз открывал дверь, пропуская вперед свою молодую мать. Проведя ее с важным видом к столу, он вежливо подвинул стул, когда она садилась. У мальчика были хорошие манеры, он буквально воплощал собой чистоту и достоинство. Я был искренне растроган тем, как он вел себя с матерью.

Расплатившись за свой обед, я подошел к их столу и сказал мальчику:

– Извините, я хотел бы высказать свое уважение такому истинному джентльмену, как вы. Не каждый умеет так обходиться с дамами.

– Это моя мама, – признался он.

– Тем более! Как здорово, что вы пригласили свою маму на обед!

Помедлив немного, он тихо сказал:

– Вообще‑то я ее не приглашал. Мне ведь нечем заплатить за обед, я еще не работаю.

– У вас есть чем заплатить, – ответил я, залез в карман, выгреб оставшиеся 13 долларов с мелочью и положил на стол.

– Я не могу этого взять, – сказал он, глядя на меня снизу вверх.

– Безусловно можете.

– Почему?

– Потому, что я старше, – ответил я, широко улыбаясь.

Он недоуменно посмотрел на меня, а потом рассмеялся. Я повернулся и пошел к выходу. Домой несся, словно на крыльях! Конечно, это был безрассудный поступок, потому что у меня больше не осталось ни гроша, но зато я чувствовал себя абсолютно свободным!

Тот день навсегда изменил мою жизнь, потому что я впервые почувствовал себя богачом.

Я окончательно освободился от мыслей о бедности и деньгах, которые буквально терроризировали меня. Теперь я мог расставаться с деньгами без страха. В душе появилась уверенность, что я не пропаду. Я знал, что этот случай в моей жизни произошел не случайно, как не случайно и то, что вы сейчас читаете эти строки.

Теперь я понял, что раньше моя голова была настолько забита мыслями о том, где взять денег, что совершенно забыл, что ими надо делиться. А теперь словно заново родился и очистил свою душу.

Я отбросил прочь все оправдания и обвинения. Я уже ни на кого не злился и ни о чем не сожалел. Вы, пожалуй, можете сказать, что мой поступок был не слишком умным, поскольку у меня не было ни малейшего понятия о том, что буду есть в следующий раз. Но мне это даже не приходило в голову. Меня переполняло радостное чувство, будто я отогнал от себя ночной кошмар. Исчезли все мысли о том, что во всех моих бедах виноват кто‑то другой.

В тот вечер я составил план дальнейших действий. Я точно знал, что необходимо сделать, чтобы найти работу, и был уверен, что мне это удастся. Правда, надо было еще как‑то дожить до зарплаты или хотя бы до следующего обеда.

И тут случилось чудо. На следующее утро я обнаружил в почтовом ящике письмо. Оно было от моего друга, который очень извинялся за то, что не ответил на мои звонки. Он писал, что я выручил его, когда он был в нужде, а теперь друг узнал, что я и сам попал в неприятную ситуацию. В связи с этим он возвращает мне долг и кое‑что сверх того.

Я заглянул в конверт. Там лежал чек на 1300 долларов. Этого было достаточно, чтобы продержаться месяц или даже больше. По моим щекам покатились слезы облегчения. И я подумал: «Что же это может значить?»

Возможно, это было случайным совпадением, но я предпочитаю думать, что между этими двумя событиями была связь и что я был вознагражден за свою готовность жертвовать, причем не из чувства долга или страха, а по велению души и сердца.

Могу честно вам сказать, что после этого в жизни у меня, как и у всех, было немало трудных дней в экономическом и эмоциональном плане, но я больше никогда не возвращался к мыслям о бедности и не собираюсь делать это впредь.

Мысль, которую я стараюсь донести до вас в этой книге, очень проста. Она выражается в той фразе, которую я записал в своем дневнике, стоя на обочине: «Секрет жизни в том, чтобы делиться с другими».

Делитесь свободно, открыто, легко и радостно. Делитесь даже тогда, когда вам кажется, что делиться нечем, – и вы обнаружите море изобилия в окружающей жизни и внутри себя. Все, что происходит в жизни, случается не с вами , а для вас. Осознав это, вы станете богатым человеком.

Постижение этой истины позволило мне понять, что я живу для того, чтобы творить добро. Моя жизнь обрела глубокий смысл. Он состоит в том, чтобы каждый день хоть как‑то улучшать жизнь людей, с которыми меня сводит судьба.

Эту книгу я написал, руководствуясь тем же желанием. Я хочу, чтобы каждая глава, каждая страница, каждая изложенная концепция помогали вам понять, кто вы и для чего живете, и чтобы ваша жизнь была полна созидания и щедрости.

Я от всей души хочу, чтобы книга помогла вам улучшить качество своей жизни и жизни ваших родных и близких. В этом я вижу цель своего служения окружающим.

Надеюсь, что когда‑нибудь наши с вами пути пересекутся. Возможно, мы встретимся с вами на одном из моих семинаров или просто посреди улицы, и я с радостью выслушаю историю о том, как вы использовали изложенные в книге принципы для улучшения своей жизни.

Прощаясь с вами, я желаю, чтобы ваша жизнь была наполнена изобилием, радостью, страстью, вызовами, возможностями, ростом и щедростью. Пусть она будет замечательной и неповторимой.

С любовью и наилучшими пожеланиями, Тони Роббинс

Раз уж вы пришли в этот мир, живите полной жизнью. Испытайте все. Заботьтесь о себе и своих друзьях. Веселитесь, совершайте безрассудные поступки, ошибайтесь! Ошибки будут случаться обязательно, поэтому радуйтесь и им. Учитесь на них, находите корни проблем и устраняйте их. Не пытайтесь быть совершенным. Просто будьте хорошим человеком.

Тони Роббинс

Памятка

Семь простых шагов к успеху

Ниже следует краткое изложение содержания книги, которое вы можете использовать в любое время, чтобы понять, на каком этапе находитесь и что еще необходимо сделать на пути к финансовой свободе. Еще раз взгляните на семь простых шагов и убедитесь, что не просто понимаете эти принципы, но и следуете им.

1‑й шаг. Примите самое важное финансовое решение в жизни

1. Решили ли вы для себя, что станете инвестором, а не просто потребителем?

2. Приняли ли вы решение откладывать определенный процент заработков в свой фонд свободы?

3. Если откладываемая сумма слишком мала, договорились ли вы со своим работодателем об использовании программы «Завтра экономьте больше»?

2‑й шаг. Станьте инсайдером: выучите правила, прежде чем вступать в игру

1. Знакомы ли вы с семью мифами и защищены ли от их влияния? Предлагаю вам мини‑тест:

А. Какой процент взаимных фондов способен одерживать верх над рынком на протяжении десяти лет подряд?

Б. Какое значение имеют комиссионные сборы фондов и каков средний показатель комиссии во взаимных фондах?

В. Если сумма всех сборов фонда составляет не 3 процента, а один, как это скажется на конечной сумме?

Г. Проверили ли вы своего брокера? Выяснили ли с помощью имеющихся в интернете программ истинную величину своих текущих расходов и степень риска по сравнению с показателями простых и недорогих инвестиционных фондов за последние 15 лет?

Д. Известна ли вам разница между заявленной в рекламных материалах доходностью фонда и тем, что получаете на самом деле?

Е. Знаете ли вы разницу между брокером и независимым финансовым консультантом?

Ж. Являются ли фонды заданной даты лучшим решением?

З. Как по максимуму использовать возможности программы 401(k) и не имеет ли смысла перейти на Roth 401(k)?

И. Необходимо ли идти на большой риск ради повышения дохода? Какие инструменты позволяют пользоваться тенденциями роста рынка без риска потерь при его снижении?

К. Определили ли вы, какие негативные убеждения и эмоции мешали вам в прошлом, и сумели ли от них избавиться?

2. Нашли ли вы независимого финансового консультанта, действующего в ваших интересах?

3. Если вы являетесь владельцем компании или участвуете в программе 401(k), нашли ли время, чтобы сравнить свои результаты с результатами рынка?

4. Если вы владеете бизнесом, выполняете ли вы требования закона, обязывающего сравнивать свою программу 401(k) с другими? Не забывайте, что, по данным Министерства труда США, в 75 процентах проверенных программ 401(k) были выявлены нарушения этого требования, средняя сумма штрафа за которые составила 600 тысяч долларов.

3‑й шаг. Убедитесь, что выигрыш возможен

1. Убедились ли вы, что выигрыш возможен?

А. Знаете ли вы реальную сумму своего дохода и накоплений? Выяснили ли вы, сколько денег вам в действительности понадобится для достижения финансовой безопасности, достатка и независимости? Провели ли вы необходимые расчеты?

Б. Если нет, сделайте это прямо сейчас.

В. Помните, что для достижения успеха требуется ясное понимание.

2. Определившись с суммой, провели ли вы расчеты и составили ли план, позволяющий понять, сколько лет вам потребуется для достижения финансовой безопасности или независимости при консервативном, умеренном и агрессивном подходе к инвестициям? Если нет, сделайте это прямо сейчас.

3. Знакомы ли вы с пятью факторами ускорения плана и как намерены их использовать, чтобы быстрее достичь финансовой безопасности или независимости?

А. Экономьте больше:

● Проанализировали ли вы уже все возможности экономии? Закладную на дом? Ежедневные покупки?

● Включились ли вы в программу «Завтра экономьте больше» на тот случай, если на сегодняшний день у вас исчерпаны все возможности экономии, но в будущем можно ожидать повышения дохода?

● Есть ли такие статьи расходов, от которых можно с легкостью отказаться (40 долларов, сэкономленных на пицце вместо ресторана, бутилированная вода, «Starbucks»)? Подсчитали ли вы, сколько денег можете дополнительно вложить в этом случае в свой фонд свободы и насколько быстрее достигнете своих целей? Помните, что 40 долларов в неделю – это дополнительно 500 тысяч к пенсионным накоплениям. Вы можете не делать всего этого, если способны осуществить свой план и без дополнительной экономии. Вышеперечисленные опции нужны лишь в том случае, если поставленная цель труднодостижима.

Б. Зарабатывайте больше. Нашли ли вы возможность повысить свою ценность на рынке труда? Нет ли необходимости переквалифицироваться и перейти в другую отрасль? Какие еще способы дополнительного заработка существуют?

В. Сократите налоги и комиссионные расходы. Есть ли у вас возможность использовать на практике знания, касающиеся уменьшения налогов и комиссий?

Г. Добейтесь большей доходности вложений. Есть ли возможность получать больший доход от инвестиций без лишнего риска? Возможно, среди предложенных вариантов портфелей есть тот, который позволит получать больше и одновременно защитит вас от колебаний рынка.

Д. Измените образ жизни к лучшему. Вы еще не думали о переезде в другое место, где жить дешевле, но лучше? Учли ли вы возможности ухода от налогов в различных штатах с целью направления сэкономленных средств на инвестиции, обеспечивающие вашей семье финансовую безопасность и свободу?

4‑й шаг. Примите самое важное инвестиционное решение в жизни

1. Распределили ли вы активы таким образом, чтобы не потерять слишком много при любом раскладе? (Не кладите все яйца в одну корзину.)

2. Приняли ли вы решение, какой процент средств будет вложен в корзину с безопасными активами и какие виды инвестиций вы для нее изберете, чтобы обеспечить надежность при максимально возможной доходности? Диверсифицированы ли ваши активы в корзине с безопасными вложениями?

3. Решили ли вы, какой процент средств вложите в корзину риска и роста и из каких категорий активов она будет состоять? Диверсифицированы ли активы в корзине риска и роста?

4. Определили ли вы степень своей склонности к риску?

5. Учли ли вы свой возраст и количество лет, оставшихся до пенсии? (Если вы молоды, то можете позволить себе инвестировать более агрессивно, так как у вас еще есть возможность восстановить возможные потери. Если же дело идет к пенсии, времени остается меньше и вам, пожалуй, следует уделить больше внимания корзине с безопасными активами.)

6. Подсчитали ли вы размер необходимых вам регулярных денежных поступлений и играет ли этот фактор роль в определении уровня консервативности при распределении активов?

7. Определили ли вы соотношение активов в корзине безопасности и корзине риска и роста (50:50, 60:40, 70:30, 30:70, 40:60, 80:20)?

8. Составили ли вы список краткосрочных и долгосрочных целей для корзины мечты? Придется ли вам какое‑то время ждать исполнения своих желаний или кое‑что можно реализовать прямо сейчас?

9. Намерены ли вы наполнять свою корзину мечты мелкими суммами сбережений или неожиданными доходами из корзины риска и роста?

10. Ребалансировка и усреднение долларовой стоимости.

А. Вкладываете ли вы постоянно одно и то же количество денег независимо от состояния рынка? Помните, что попытка угадать «правильный» момент никогда не приносит успеха.

Б. Осуществляете ли вы регулярную ребалансировку портфеля или это делает за вас финансовый консультант. В любом случае это крайне необходимо для оптимизации доходов и сведения к минимуму риска волатильности.

5‑й шаг. Создайте пожизненный источник дохода

1. Достоинства всесезонного подхода:

А. Нашли ли вы время прочитать и понять суть всесезонной тактики Рэя Далио и применить ее на практике? За последние 30 лет эта тактика демонстрировала доходность в 85 процентах случаев и лишь четырежды приносила потери, причем самая крупная из них не превышала 3,93 процента.

Б. Нашли ли вы время, чтобы сравнить свои текущие доходы с результатами всесезонного портфеля (и других вариантов распределения активов), а также оценить, что требуется для того, чтобы всего за несколько минут сформировать всесезонный портфель?

2. Страхование дохода:

А. Сделали ли вы самую важную вещь? Уверены ли вы, что ваши сбережения не закончатся еще до смерти? Смогли ли вы гарантировать себе пожизненный доход?

Б. Знаете ли вы разницу между немедленными и отсроченными аннуитетами? Определили ли вы, какие из них являются оптимальными для вас вариантами с учетом вашего возраста?

В. Рассмотрели ли вы возможность приобретения гибридного аннуитета или применения стратегии, которая обеспечивает использование возможностей при росте рынка и оберегает от потерь при его падении? Эта версия аннуитета теперь не зависит от возраста вкладчика и не требует единовременного вложения крупных сумм.

Г. Знаете ли вы, какой доход можно получать в будущем, вкладывая в аннуитеты всего 300 долларов в месяц?

3. Секреты сверхбогачей:

А. Исследовали ли вы возможность сокращения времени для достижения финансовой свободы на 30–50 процентов за счет полисов страхования жизни, предоставляющих налоговые льготы? Помните, что закрытые полисы страхования жизни дают высокий доход, но очень дороги. В то же время полисы, предлагаемые страховой компанией TIAA‑CREF, доступны каждому. Если вы еще не знакомы с этими инструментами, обратитесь к квалифицированному финансовому консультанту.

Б. Готовы ли вы внести 250 долларов для оформления договора прижизненной доверительной собственности, чтобы еще при жизни передать активы своим родным и избавить их от дорогостоящей процедуры доказывания завещания в суде, которая может длиться целый год? Обеспечили ли вы защиту состояния не только для себя, но и для своих внуков и правнуков?

6‑й шаг. Вкладывайте деньги, как 0,001 процента инвесторов

1. Нашли ли вы время, чтобы прочитать короткие интервью с двенадцатью самыми видными финансистами мира и величайшими инвесторами в истории?

2. Кого в финансовом мире называют повелителем Вселенной? Какую доходность он демонстрирует в сравнении с любыми другими инвесторами, включая Уоррена Баффета, и каким образом вы можете вкладывать деньги вместе с ним?

3. Чему вы научились в плане распределения активов у Дэвида Свенсена и Мэри Каллахан Эрдоус?

4. Чему вы научились у мастеров инвестирования Джека Богла и Марка Фабера?

5. Усвоили ли вы простую стратегию Уоррена Баффета, которую он рекомендует всем, включая собственную жену и тех, кто будет осуществлять доверительное управление его наследством?

6. Понимаете ли вы суть асимметричного соотношения риска и выгоды?

7. Усвоили ли вы курс МВА стоимостью 100 тысяч долларов, который преподал вам Пол Тюдор Джонс и который заключается в том, что соотношение риска и выгоды должно составлять не менее 1:5, а инвестиции всегда должны соответствовать тенденциям рынка?

8. Посмотрели ли вы фильм Рэя Далио «Как работает машина экономики»?

9. Усвоили ли вы концепцию Кайла Бэсса об инвестировании без потерь? Вспомните пример с никелевыми монетами, в котором правительство США выступает в роли вечного гаранта инвестиции, потенциальная доходность которой составляет 20–30 процентов.

10. Понятны ли вам уроки Чарльза Шваба и сэра Джона Темплтона, сводящиеся к тому, что самая худшая обстановка на рынке, когда кажется, что мир катится к своему концу, предоставляет самые благоприятные возможности, как это было, например, в период Второй мировой войны, инфляции в Южной Америке, Великой депрессии, а также в послевоенной Японии? Усвоили ли вы стратегическую концепцию Темплтона, которая позволила ему стать первым в истории инвестором‑миллиардером?

11. Что вы можете предпринять уже сегодня, чтобы вкладывать деньги, как 0,001 процента инвесторов?

7‑й шаг. Действуйте, радуйтесь жизни и делитесь с окружающими!

1. Ваш скрытый актив:

А. Уяснили ли вы, что будущее лучше, чем можно себе представить?

Б. Понятно ли вам, что при всех вызовах и проблемах технология продолжает улучшать качество жизни каждого человека на нашей планете?

2. Приняли ли вы решение ощущать себя богатым человеком уже сейчас, а не когда‑нибудь в будущем и быть благодарным за то, что вы уже имеете?

3. Готовы ли вы, не ожидая будущих благ, радоваться жизни прямо сейчас? Настроены ли вы на постоянный прогресс? Прогресс равнозначен счастью. Жизнь – это непрерывное развитие, дающее возможность делиться с окружающими.

4. Осознали ли вы, в чем ваша миссия и высшее предназначение? Задумываетесь ли вы о том, что оставите после себя?

5. Приняли ли вы решение пожертвовать сдачей от покупок для того, чтобы изменить мир?

6. Усвоили ли вы истину, которая позволит вам почувствовать себя богатым прямо сейчас: секрет жизни в том, чтобы делиться с другими?

Перед вами краткий обзор всего, что вы прочитали. Если вы чувствуете, что чего‑то не поняли, вернитесь назад и прочитайте еще раз. Помните, что повторение – мать учения, а сила приобретается в действиях.

Друзья, знайте, что вы не предоставлены самим себе. Вы можете пользоваться различными источниками информации, но, что бы вы ни выбрали, необходимо как можно быстрее переходить от рассуждений к делу, предварительно убедившись в том, что люди, к услугам которых вы обращаетесь, действуют в ваших интересах. Отправной точкой должно быть подыскание надежного независимого финансового консультанта, который поможет вам составить или усовершенствовать план действий.

Приведенная выше памятка не является исчерпывающей. Она служит лишь спусковым механизмом для начала вашего роста и развития. Помните, что сила не в знании, а в его практическом применении. Старайтесь каждый день, каждую неделю добиваться хоть небольшого прогресса и тогда сможете одолеть путь к финансовой свободе.

Я надеюсь, что когда‑нибудь мы встретимся с вами лично, а пока продолжайте двигаться вперед и вверх, осваивайте денежные игры и живите полной жизнью.

Об авторе

Тони Роббинс – автор бестселлеров, предприниматель и филантроп. Более 37 лет миллионы людей имеют возможность присутствовать на его выступлениях и других мероприятиях, посвященных бизнесу и личностному развитию, где он демонстрирует теплое отношение к слушателям, юмор и силу, способную изменить их жизни. Он считается ведущим стратегом в вопросах организации жизни и бизнеса. К нему обращаются за консультациями самые известные спортсмены мира, звезды шоу‑бизнеса, руководители компаний, входящих в перечень «Fortune 500», главы государств и правительств.

Роббинс является учредителем и партнером более десятка компаний, работающих в самых разных отраслях – от пятизвездочного курорта на Фиджи до фирмы, изготавливающей человеческие протезы с помощью трехмерных принтеров. С помощью своего благотворительного фонда «Anthony Robbins Foundation» и других партнерских организаций он каждый год обеспечивает продуктами питания 4 миллиона человек в 56 странах. Он также осуществляет благотворительные программы более чем в 1500 школах, 700 тюрьмах и 50 тысячах различных организаций и приютов для бездомных.

[1] За исключением немногих так называемых «единорогов» – небольшой обособленной группы финансовых кудесников, о деятельности которых широкой публике ничего не известно (но я познакомлю вас с ними в последующих главах).

[2] Интернет‑сайт Investopedia пишет: «При активном менеджменте инвестиционные фонды покупают и продают активы, проводя аналитические исследования, составляя прогнозы и используя собственные оценки и опыт. Пассивный менеджмент, в отличие от активного, заключается во вложении денег в биржевые индексы».

[3] Активные менеджеры инвестиционных фондов полагаются в вопросах купли, продажи и удержания акций на собственные знания и опыт. Они полагают, что такой подход позволит им одержать победу над рынком.

[4] Потери или недополученная выгода страховой компании в случае смерти клиента.

[5] Разумеется, иногда бывает, что фонд держит у себя какой‑то актив продолжительное время, и в этом случае начисляется налог на долгосрочный прирост капитала.

[6] Аккредитованным инвестором является физическое лицо, которое обладает личным состоянием (за вычетом стоимости жилой недвижимости), составляющим не менее миллио

Дэвид свенсен: мистер надежность

Свенсен прославился среди инвесторов и финансистов разработанной им в соавторстве с Дином Такахаши (Dean Takahashi) «Йельской моделью» (The Yale Model) управления средствами.

«Модель», о которой мы обязательно поговорим ниже, представляет собой четкое и наглядное пособие по инвестированию в надежные активы – такие, которые позволят инвестору ни при каких разумно допустимых обстоятельствах не потерять деньги.

Советами Свенсена сегодня активно пользуются университеты и общественные организации, например Фонд Рокфеллера (Rockefeller Foundation) или фонд Карнеги (Carnegie Corporation).

Профессорская семья

Биография Свенсена очень проста и со стороны не выглядит слишком интересной. Старший из шести детей, он родился в 1954 году на Среднем Западе в семье интеллектуалов. Отец и дед Свенсена были профессорами химии в местном университете, а мать после воспитания детей посвятила себя церкви и стала лютеранским священником.

Семья всегда вела активную общественную работу: занималась культурным обменом, принимала детей из разных стран и помогла переехать в Висконсин более чем 100 беженцам из других государств.

Поэтому, когда главе Йельского инвестфонда пеняют на то, что его принципы не характерны для инвестбанкира, он улыбается и сетует на свой «генетический дефект» и то, как его воспитали родители.

«Очень рано я узнал от своих родителей, что в жизни существует очень много важных вещей, а далеко не все они измеряются в долларах и центах», — говорит он. Наверно, именно в этой фразе и следует искать корни инвестиционной стратегии Свенсена и причины его «странного» для главы инвестфонда поведения.

Йельская любовь с первого взгляда

В 1975 году Дэвид закончил Университет штата Висконсин в городе Ривер-Фоллз (University of Wisconsin, River Falls), в котором его отец был деканом одного из факультетов, и поступил в аспирантуру в Йеле.

Там он в 1980 и получил докторскую степень, написав диссертацию по методам оценки стоимости корпоративных облигаций.

По словам Свенсена, в Йель он влюбился буквально с первого появления в университете. «Я никогда не встречал в одном месте столько умных людей, которым нравились различные идеи и интеллектуальные споры», — вспоминает будущий глава университетского фонда.

Именно на интеллектуальной почве Свенсен завязал дружбу с учившимся в Беркли (Berkeley College) своим будущим соавтором Дином Такахаши, который позже станет его заместителем в инвестфонде.

Другим другом Свенсена, который немало повлиял на его мышление и точку зрения на инвестиции, стал нобелевский лауреат Джеймс Тобин (James Tobin). Он также был очень скромен в быту и исповедовал высокоморальные принципы, что делало его почти музейной редкостью среди современных циничных экономистов.

Дауншифтинг

Что касается работы на финансовом рынке, то в 1979-1982 году Свенсен служил в Salomon Brothers, где занимался разработкой новых финансовых схем.

Потом, в 1982-1985 годах, дослужился до вице-президента отдела корпоративных бумаг Lehmann Brothers. «Мне нравился соревновательный дух Уолл-Стрит», — признает он. Однако тут же констатирует, что это было далеко не самое подходящее для него место, потому что на бирже все сводилось к одному: заработать как можно больше денег для себя.

У Свенсена же были менее эгоистичные стремления. К примеру, он вспоминает, что в юности очень хотел быть сенатором от штата Висконсин, чтобы иметь возможность работать на благо общества.

Так что совершенно неудивительно, что в 1985 году, в возрасте 31 года бывший вице-президент Lehmann Brothers с восторгом принял предложение любимого университета и надолго связал себя с Йелем, став в нем не только профессором, но и главой университетского инвестиционного фонда.

Его доходы в результате «дауншифтинга» снизились примерно в пять раз. Но разве деньги имеют значение, когда тебя есть работа твоей мечты?

Надо сказать, что решение о найме Свенсена в Йеле далеко не всем понравилось: многие сочли его слишком молодым. Однако плюсами были его университетское прошлое и аналитический склад ума.

К тому же ситуация в Йельском инвестфонде в то время складывалась далеко не лучшим образом. С 1968 по 1979 год активы фонда сократились на 45% — как по причине высокой инфляции и сложной ситуации на фондовом рынке, так и из-за того, что нанятая Йелем сторонняя управляющая компания категорически не справлялась со своей задачей.

Позже дела также шли так себе. В итоге, в момент, когда Свенсен взял руководство на себя, в фонде насчитывались лишь жалкие $1,3 млрд.

Философия Свенсена

Как уже было сказано, воспитанный в интеллектуальной среде, глава Йельского инвестфонда отличается весьма нестандартными взглядами на фондовый рынок.

В своей книге «Unconventional Success: A Fundamental Approach to Personal Investment» («Нешаблонный успех: фундаментальный подход к вопросу личных инвестиций») Свенсен сетует на «аморальность» современного фондового рынка и американского инвестиционного бизнеса в целом, где все сводится к собственному обогащению.

Особенно резко он критикует «взаимные фонды» (mutual funds), где инвестору, по его словам, «просто не найти себе настоящих друзей».

Руководство этих фондов, сетует Свенсен, берет с инвесторов слишком большую плату за управление, но при этом далеко не всегда способно обыграть рынок, обеспечив высокую доходность. Достается в книге и аналитикам Merrill Lynch, которые «сливают» на рынок информацию в интересах своих клиентов, и администрации Джорджа Буша, которая, по мнению автора, ведет себя безответственно, и многим другим.

Этический подход

Неудивительно, что с такими взглядами Свенсена в Йельском фонде достаточно строго подходят к соблюдению этики инвестирования.

К примеру, в период с 1978 по 1994 год фонд избавился от акций 17 компаний, когда становилось известно, что они ведут бизнес в Южной Африке и сотрудничают с режимом апартеида.

Впрочем, сам Свенсен и его инвестиционная политика все равно нередко подвергаются критике со стороны более «жёстких» этиков. Несколько лет назад активисты студенческого движения Йеля обвинили фонд в том, что он инвестирует средства в нефть и лесоперерабатывающую промышленность, и тем самым вредит экологии планеты.

Нападки случались и из-за того, что в Йеле, в отличие от коллег из Гарвардского инвестфонда, долгое время держали в портфеле акции табачных компаний (хотя Свенсен говорит, что сейчас в портфеле фонда таких акций нет).

Представители университетских профсоюзов в свою очередь недовольны излишней секретностью инвестиций Свенсена и тем, что им достается слишком мало от заработков фонда.

В 2003 году во время очередной забастовки восемь уволенных из Йеля сотрудников даже забаррикадировались ночью в офисе Свенсена, требуя повышенных выплат. Главе инвестфонда пришлось лично выйти к недовольным и объяснить, что ни он, ни его фонд не имеют к размеру выплат ни малейшего отношения.

Некоторые основания для недовольства Свенсеном у простых сотрудников Йеля все же могли возникнуть. Несмотря на свой «дауншифтинг», в 2002-2003 годах он получал за работу директора фонда порядка $1 млн в год – самую высокую зарплату среди сотрудников Йельского университета (сейчас — $1,3 млн).

Правда его коллеги, руководящие инвестиционным фондом Гарварда, зарабатывали в то время $15-$20 млн, а лучшие управляющие частными фондами на Уолл-Стрит — все $100 млн в год.

Но кого в Йеле волновали заработки незнакомых инвестбанкиров с Уолл-Стрит, когда более чем доступная для критики мишень ежедневно разгуливала по дорожкам университетского кампуса?

Специализация и диверсификация

Средства университета под управлением Свенсена находятся не едином фонде, а в виде тысяч мелких фондов, каждый из которых предназначен для специфических целей – от оплаты стипендий студентам, грантов профессорам и различных премий до фонда, который занимается обслуживанием газонов в кампусе или сценическими постановками в университетском театре.

Штат, управляющий этим совокупным Йельским фондом, весьма невелик: лишь около 20 человек. Правда, на контрактной основе в фонде работает еще около сотни экономистов, которые занимаются непосредственно инвестированием денег в различные компании.

Для этой «контрактной» работы Свенсен предпочитает нанимать людей, которые управляют специализированными фондами. К примеру, один из «контракторов» Йельского фонда занимается инвестициями в небольшие энергетические компании в Канаде, другой – биотехнологиями, третий — инвестициями в недвижимость.

Свенсен подчеркивает, что при управлении университетским фондом перед ним стоят две разные задачи: «Необходимо с одной стороны сохранить покупательную силу портфеля, а с другой – выделять из фонда в качестве операционного бюджета столько, сколько это необходимо», — замечает он.

С этой целью в Йеле используют сложную формулу для подсчета того, какая часть фонда может быть и будет потрачена университетом на различные цели в течение года – с тем, чтобы выделить эти средства и спокойно инвестировать все остальное.

В 1985 году, когда Свенсен возглавил инвестфонд Йельского университета, Йель мог тратить без риска для потери своего состояния лишь $46 млн в год – около 10% своего суммарного бюджета.

Несколько лет назад эта «безопасная» сумма выросла уже до $502 млн. – около 31% бюджета, значительно более $1 млн. в день. Результат – налицо: в университете ремонтируются здания, закупается новое оборудование, растут стипендии бедным и иностранным студентам.

Джеймс То́бин (англ. James Tobin; 5 марта 1918, Шампань, Иллинойс — 11 марта 2002, Нью-Хейвен, Коннектикут) — американский экономист.Сегодня фонд выбирает активы для инвестиций именно исходя из описанной выше двунаправленной стратегии. Для этого пришлось кардинальным образом поменять структуру портфеля.

В начале 80-х Йель держал более трёх четвертей своих средств в акциях американских компаний, облигациях и наличной валюте. По мнению Свенсена и Такахаши, это и было ключевой ошибкой: портфель не был достаточно диверсифицирован. «Не надо класть все яйца в одну корзину», — цитирует Свенсен по этому поводу любимое выражение Джеймса Тобина.

Помещая слишком большую часть портфеля в американские ценные бумаги, фонд ставил себя в зависимость от ситуации на одном рынке и упускал выгодные возможности на иностранных площадках, а также в таких секторах, как недвижимость, газ, нефть, лесоперерабатывающая промышленность и даже – в венчурных фондах.

Свенсон, в свою очередь, был убежден в необходимости подобных инвестиций, потому что именно они «страхуют» фонд от потерь в периоды экономического спада. Поэтому с течением времени инвестиционный фонд Йеля все больше диверсифицировал свой портфель, и именно из этой стратегии и родилась «Йельская модель».

Йельская модель

Согласно Йельской модели, инвестору следует разделить свой портфель на пять или шесть равных частей («корзин») и инвестировать каждую из них в активы иного типа:

1. Акции отечественных компаний (в случае Свенсена – американских). Выбирать следует акции, которые обеспечивают высокий доход, надежную защиту от инфляции, и компании, в которых соблюден баланс интересов между менеджментом и акционерами (30% фонда);

2. Акции международных корпораций. При выборе следует руководствоваться теми же принципами, что и в №1, тем более что доходность международных компаний обычно не отличается от доходности аналогичных американских.

Однако следует учесть, что во многих иностранных компаниях баланс интересов акционеров и менеджмента не соблюдается в той же мере, что и в США (15% фонда);

3. Акции компаний развивающихся рынков. Высокорисковая, но одновременно и высокодоходная часть портфеля (5% фонда);

4. Недвижимость. Доходность и степень риска этих инструментов – примерно средняя между акциями и облигациями (20% фонда);

5. Американские государственные облигации (UST). Защищают портфель при падении фондового рынка (15% фонда);

6. Американские государственные облигации, защищенные от инфляции (TIPS). Самая надежная часть портфеля и прекрасная страховка на случай резкого роста инфляции (15% фонда).

Интересно, что Свенсен не советует инвесторам зацикливаться на ликвидности инструментов в своем портфеле: по его словам, ликвидные инструменты редко бывают доходными. Поэтому его Йельский портфель был гораздо менее ликвидным по сравнению с конкурентами (в том числе из-за той же недвижимости).

Однако при этом университету никогда не приходилось продавать активы «второпях», — в первую очередь потому что фонд тщательно планировал расходы на предстоящий год.

В своих советах частному инвестору, следующему Йельской модели, Свенсен также рекомендовал регулярно проводить «балансировку» портфеля, чтобы ни один из шести секторов не перевешивал остальные, и в случае отсутствия уверенности в рынке инвестировать в индексные фонды и ETF.

Однако здесь надо соблюдать осторожность, потому что некоторые индексы недостаточно достоверны, а некоторые компании взимают с инвесторов значительные средства за вступление в такие фонды;

Во времена, когда Свенсен только начинал работу в фонде, его подход сочли едва ли не революционным. Однако он упирал на то, что именно так советует поступать теория управления деньгами, и в итоге оказался прав.

Диверсификация и использование «шести корзин» позволяла Йельскому фонду относительно безболезненно преодолевать кризисы. К примеру, в 2002 году, когда большинство фондов, аналогичных Йельскому, понесли тяжелые потери, Свенсену удалось получить хоть небольшую, но прибыль в 0,7%.

Миссия

Сегодня Свенсен не только успешно управляет университетским фондом, но и каждый год читает в Йеле свой курс лекций по управлению портфельными инвестициями (который обычно сочетается с курсом практических занятий на эту же тему).

Сам он говорит, что очень любит преподавать, и даже книги свои написал исключительно по той причине, что ему хочется научить людей правильно инвестировать. Ведь индивидуальным инвесторам подчас бывает очень сложно получить по-настоящему хороший совет.

И добавляет, что ему лично в работе очень важно ощущение «миссии». Именно поэтому он активно консультирует по вопросам инвестиций многие общественные организации, а также администрации штатов Коннектикут и Массачусетс.

В быту Свенсен по-прежнему отличается скромностью. Он никогда не покупал дорогих домов, машин, не швыряет миллионы на благотворительность, и говорит, что самое большое удовольствие ему доставляет учить своих трёх детей играть в футбол.

«Когда я вижу, как мои коллеги уходят из университетов, чтобы делать ровно то, что они делали ранее, но за большие деньги, я чувствую разочарование», — замечает он. Стройный, с тихим голосом и мягкими манерами, Свенсен выглядит и одевается как типичных университетский профессор, которым по сути и является. 

§

Причем в качестве дополнительной «опции» я бы предложил следующее:
бенефициаром денег должны быть заявлены не вы, а лицо без связей с
Россией, во всех отношениях не подозрительное. Никаких «русских денег».
Может быть, у компании бизнес с Россией, но никаких «русских денег»:
это очень важно.

Вы скажете, этого сложно добиться? А кому сейчас легко? Не нравится
мой совет, превращайтесь в вечного странника, этакого финансового
Одиссея, блуждающего по оффшорным островам в поисках счастья. И будет
ваше сердце екать на каждую новость о борьбе с оффшорными территориями,
об очередном черном списке, об очередной стране, решившей променять
беспошлинный режим для своих бананов на отказ от банковской тайны.

Естественно, над каждым элементом безопасности ваших денег нужно
работать. Непросто войти в нормальный банк, не пользуясь посредниками,
традиционно работающими с русскими деньгами, Еще сложнее войти туда без
ведома самого банка, то есть под прикрытием правдоподобного
номинального владельца. Доказательство чистоты капитала требует по
крайней мере годичной подготовки. Объяснение финансовых оборотов
требует постоянного привлечения компетентных, но в то же время очень
верных вам юристов, которые не побегут вопить при первых звуках грома,
что их заставляли рисовать контракты под невнятные проводки. А еще
лучше, чтобы юристы, особенно если вы привлекаете крупную западную
фирму, знали только тот минимум о вас и ваших финансах, который
достаточен для их компетентной работы, но не более. 

Еще раз повторю: нет стран, неудобных для

хранения
денег

, есть неправильное использование этих стран, Даже в Америке можно
при желании размещать свой капитал, если следовать тамошним правилам
игры. Так учитесь правилам игры: время, когда местное законодательство
о секретности и податливые банкиры решали за вас ваши проблемы,
безвозвратно ушло, Зачем вы бежите из Швейцарии, прочитав, как там
преследуют «Мабетекс», «Андаву» и Ельцинских родственников? Вы хоть
когда-нибудь пробовали научиться правильно держать деньги в Швейцарии?

Те, кого я только что упомянул, не пробовали, они шли, раскрыв рот, под
вывеску «Швейцария», не беря на себя труд разобраться, как там себя
вести, Поэтому их и преследуют, равно как и сотни других маркосов,
мобуту и Саддамов Хуссейнов. Пусть родственники Маркоса уволят своих
юристов, которые подали в банк форму с указанием их (родственников) в
качестве бенефициарных владельцев! Пусть ребята из Ирака повыгоняют на
хрен своих финансовых операторов, которые засветили счета прямыми
проводками с заведомо аффилированных с Ираком фирм! Вам-то не надо
записываться в эту «славную» компанию, вы-то умнее, я надеюсь.Теперь
коротко о тех правилах игры, которым надо научиться.

Изучите внимательно законодательство той страны, где собираетесь
размещать средства. Основные вопросы, на которые надо ответить,
следующие;

1. Правила идентификации бенефициарного владельца счета, степень проработки принципа «знай своего клиента»;

2. Законодательство о борьбе с отмыванием денег, установленные законом критерии «подозрительных операций»;

3. Участие в договорах о взаимной правовой помощи, на основании которых
информация может быть раскрыта властям другого государства.
Заметьте, в этих вопросах нет ни слова об изучении уровня
гарантированной законом банковской тайны. Единственная тайна, которую
вы можете себе позволить, это когда тот, кто может раскрыть секрет,
просто его не знает. Неважно, что написано в законодательстве или
правилах банковской практики: если обстоятельства сложатся не в вашу
пользу, обладающего информацией всегда можно заставить ей поделиться.

Второй вопрос, который надо изучить, это насколько
страна, в которой вы хотите открыть счет, настроена на работу с
нерезидентами. Например, Швейцария, Австрия и Дания имеют
соответствующую практику и нужным образом настроенную инфраструктуру,
Англия и Германия -в значительно меньшей степени. Поэтому счета на свои
компании более логично открывать в первых.

Теперь дам несколько практических советов по структурированию своих
финансовых потоков, но сначала хочу сделать одну важную оговорку. Давая
эти советы, я исхожу из того, что бизнес, финансовую оболочку которого
вы хотите оптимизировать, относится к немошенническим и некриминальным
видам деятельности. Понятно, что в России в любом бизнесе нужно платить
взятки и экономить на налогах, и в этом смысле любой бизнес в России
соприкасается с криминальным элементом.

Я имею в виду, что ваш бизнес по существу не относится к криминальному,
то есть это не рэкет, не торговля наркотой и так далее. Если это
торговля лесом, нефтью или зерном, это законный бизнес. Причина моей
оговорки в том, что если ваш бизнес (не дай Бог) криминален по
существу, то приведенные ниже советы вам помогут только отчасти, да и
не то чтобы мне очень хотелось вообще вам давать какие-то советы в этом
случае. Так вот, совет первый состоит в поддержании «гигиены связей». 

Помните, сколько людей попало в жернова
международных расследований только из-за того, что на их счет кто-то
заплатил через пресловутую фирму «Бенекс»? Сами люди, пока банк не
заморозил деньги, знать не знали, что сразу же после скандала им надо
было как можно скорее обнулять счета, соприкасавшиеся с «платежными
помойками» ВONУ. По моим сугубо конфиденциальным данным, сейчас в
Швейцарии миллионы долларов висят на счетах в замороженном виде в
результате бенексовских проводок: банки требуют документально доказать,
что эти деньги имеют чистое происхождение (в случае с Бенексом почти
нереально).

Если вы работаете с чистыми деньгами по методологии отмывания грязных —
это пойдет вам только на пользу, и ничего незаконного в этом нет,
состав преступления отсутствует. Так вот, если вам нужно заплатить на
непонятные реквизиты или принять платеж из источника, благоразумие
владельцев которого вызывает сомнения, заведите себе для этого
отдельные счета. Они должны быть в странах с минимумом банковского
контроля, открыты не на ваше имя и управляться не вашей подписью. Также
их необходимо периодически (частота зависит от того, сколько операций
вы проводите) закрывать и открывать новые, причем между старыми и
новыми счетами не должно быть связующих банковских проводок (проще
говоря, при закрытии старого счета не надо сбрасывать остаток на новый
счет).

В открытии счета на оффшорную компанию ничего
незаконного нет, в договоренности с третьими лицами об управлении этим
счетом — тоже. Закрыть счет вы тоже вправе, не нарушая никаких законов.
Если возникла необходимость перебросить деньги с этой группы счетов на
другую, о которой скажу ниже, то делать это надо по принципу «я тебе
здесь, ты мне там» (на жаргоне финансистов — «разорванная транзакция»
или «компенсационная сделка»). Понятно, что зачисление на другие счета
должно идти из проверенных источников. Разорванные транзакции не несут
в себе ничего незаконного, если не имеют цель скрыть доходы от
преступления.

Вторая группа счетов, которую надо выделить для хранения основных денег
и финансирования операций, подвергаемых официальному контролю или
аудиту, должна быть организована по совершенно иному принципу
Держателями счетов должны выступать компании из не вызывающих
подозрение территорий,, в качестве бенефициара счета можете указать
себя или свое доверенное лицо (и хотя в идеале банк не должен знать ни
того, ни другого, лучше управлять счетом самому, чем использовать
номинальных лиц, не научившись это делать профессионально).

Теперь сообщу очень важный принцип, который
поможет избежать накладок при работе с банками. Каждая проводка по
счету компании должна отражаться вами во внутренней бухгалтерии
фирмы-держателя счета, даже если законодательство страны регистрации
компании не требует сдачи никакой отчетности. Вторая часть этого
принципа; каждая проводка должна иметь понятное банку объяснение,
логично проистекающее из заявленной банку деятельности компании.

Банки теперь склонны рассматривать каждую компанию
как элемент понятного для них бизнеса и очень нервничают, если фирма,
заявленным бизнесом которой является торговля нефтью, вдруг стала
регулярно платить существенные суммы на производителя сотовых
телефонов. Это правило настолько серьезно, что его несоблюдение может
привести к аресту счета с передачей в местную прокуратуру материалов
для возбуждения расследования о возможном отмывании денег. Запустив
текущий учет, можно сильно оконфузиться, если банк потребует контракт
или инвойс под ту или иную проводку.

Бросаться в этот момент рисовать какой-либо документ, конечно, решение
вопроса, но потом вам очень сложно будет вплести наспех придуманную
бумагу в общий документооборот фирмы. Кстати, если банк спрашивает у
вас документацию по проводкам слишком часто (через раз-два), из такого
банка нужно уходить, ибо что-то тут не так: внутренняя организация
банка не позволяет ему тратить время сотрудников на постоянное изучение
коммерческих дел клиента, и, если это происходит, налицо какая-то
стран-ность. Может, они подловить вас на чем-то хотят, может, еще что,
но уходить надо обязательно.

Важный совет по поводу закрытия счета. Имейте в виду, что, когда банк
видит, что он теряет клиента, у него не остается ни малейшего желания
проявлять к вам учтивость и понимание Поэтому к закрытию счета надо
основательно подготовиться: последняя исходящая проводка должна быть
очень хорошо документирована и на 100% неподозрительна. Не делайте
последний платеж на компании, с которых потом не сможете получить
подписанные документы о произошедшей «сделке», — не давайте банку ни
малейшего шанса отработать на вас напоследок все свои приемы контроля
за законностью операций и подвесить платеж у себя на корсчете в
ожидании от вас письменных объяснений.

В целом же повторю, что беготней по разным странам вы только навредите
себе. Прежде чем списать со счетов банковскую систему той или иной
страны, попробуйте понять, как в ней можно безопасно находиться. Можно
сменить банк, в этом ничего плохого нет, а иногда это нужно делать в
обязательном порядке, но мотивацией такого поступка должно быть желание
сделать все в другом банке по правильному алгоритму, а не общее
чувство, что в Швейцарии (Англии, Австрии и пр.) больше нельзя держать
свои деньги, думая так, вы повторите в новой стране все свои старые
ошибки.

 
Как отмывать деньги?

Вот, только некоторые из них, показавшиеся нам особенно интересными:

Давайте сначала обратим внимание на фразу «доходов, полученных
преступным путем». Что же такое доходы, полученные преступным путем?

Нам кажется, что сюда относится не столько выручка
от продажи наркотиков, сколько уклонение от уплаты налогов. Наконец то
государственные органы России начинают учиться у своих зарубежных
коллег-бюрократов продвинутым и изощренным способам конфискации денег у
тех, у кого их много.

Известно, что одним из наиболее распространенных  и эффективных
способов уклонения от уплаты налогов является использование «левых»
компаний, зарегистрированных по утерянным и украденным паспортам или по
паспортам лиц, которые либо находятся на зоне, либо давным-давно ушли в
загробный мир. Новое положение по борьбе с отмыванием денег является
хорошим подспорьем налоговым органам по борьбе с фирмами-однодневками,
занимающимися обналичиванием денег, поступающих на их расчетные счета.

Возьмите, к примеру, следующий пункт, описывающий признаки
подозрительного поведения юридического лица, о чем банкам необходимо
«стучать» в комитет финансовой разведки:

отсутствие информации о клиенте (юридическом лице, в том числе
кредитной организации) в официальных справочных изданиях, а также
невозможность осуществить связь с клиентом по указанным им адресам и
телефонам;

Очень интересный способ выявления фирм-однодневок.

Только вот хотелось бы возразить чиновникам,
сидящим в Московских хоромах, что в настоящее время в виду наличия
определенных карающих положений налогового законодательства делать
бизнес только через реальные компании очень опасно. Можно потерять все
свои деньги и вылететь в трубу. И мы даже не имеем здесь в виду
конкуренцию, которая заставляет искать способы снижения налоговых
затрат с тем, чтобы снизить уровень цен до конкурентоспособного уровня.

А имеем мы в виду такие вещи, как определение рыночной цены и карающих
мер бюрократов, которым плевать на ваше положение и которые стремятся
любым способом конфисковать ваши деньги в виде штрафов. Или возьмите, к
примеру, такую вещь, как необходимость уплаты налога на прибыль даже в
том случае, если оплата за поставленный товар не поступила! Или
необходимость уплатить в бюджет НДС, исчисленный от реализации товара,
даже если (после истечения срока исковой давности) оплата за товар не
поступила на расчетный счет поставщика!

Какой дурак в таком случае будет регистрировать фирму на свое имя,
если он знает, что в случае «кидалова» он обязан будет уплатить в
бюджет неполученную прибыль и НДС! При таких абсурдных правилах игры
просто невозможно делать бизнес честно.

И вот появляется новый закон об отмывании, который, казалось бы, делает
ситуацию еще серьезнее. Однако давайте попробуем рассмотреть возникшую
ситуацию более внимательно: обо всех подозрительных операциях, список
которых приведен в законе и частично в данной статье, банки обязаны
сообщать «наверх» людям с погонами, которые будут решать и разбираться,
кого казнить,  кого миловать, а у кого — просто конфисковать деньги.

Но разрешите вас спросить, разве в России когда-то существовала
банковская тайна? Разве бывали такие времена, когда контролирующие
органы не могли узнать о ваших банковских операциях , проводимых через
Российские банки? Никогда такого не было и любой налоговый инспектор
всегда мог заявиться в тот или иной банк и получить интересующую его
информацию о каком-либо счете.

И раньше и сейчас каждый владелец счета обязан документально
подтверждать контролирующим органам о том, что его финансовые операции
соответствуют законодательству, если он не хочет получить огромный
штраф за нарушение финансовой дисциплины или порядок исчисления налогов.

И принятый недавно закон о борьбе с отмыванием денег ничего
принципиально не меняет. Новизна состоит только в том, что после
введения в силу нового законодательства необходимо быть еще более
осторожным и никогда не полагаться на «авось». Т.е. по всем банковским
операциям должна храниться оправдывающая документация (счета-фактуры,
договора и т.д.). А тем, кто работает через однодневки, необходимо
тщательно продумывать операции по запутыванию следов, которые они
оставляют в банках во время открытия в них счетов.

Так что по большому счету ничего особенно не изменилось. Государство
только разработало очередной механизм по сокращению времени между
налоговым преступлением и следующим после него наказанием, если конечно
есть кого наказывать. Покойничкам же все равно. Им никакие наказания не
страшны. Разве что может быть стоит ввести новый закон, наказывающий
покойников за регистрацию фирм-однодневок по их паспортам путем
нанесения надписей на их могилах?

Публикация данной статьи возможна только при наличии ссылки на источник: http://www.gloffs.com

Оцените статью
Бизнес Болика