World investment report | unctad
The World Investment Report focuses on trends in foreign direct investment (FDI) worldwide, at the regional and country levels and emerging measures to improve its contribution to development.
Click on the «Reports» tab below to download a free copy of this report. Overviews of the report are also available in all official UN languages.
Analysis of the trends in FDI during the previous year, with especial emphasis on the development implications.
Ranking of the largest transnational corporations in the world.
In-depth analysis of a selected topic related to FDI.
Policy analysis and recommendations.
Statistical annex with data on FDI flows and stocks at the country level.
Доклад юнктад о мировых инвестициях
Мероприятие организовал ИНИОН РАН.
Ведущий презентации – врио директора ИНИОН РАН, член-корр. РАН А.В. Кузнецов – осветил основные положения опубликованного 16 июня доклада и выступил модератором последующей дискуссии.
В её рамках В.Б. Белов остановился на вопросах введения с октября 2020 года механизма контроля за прямыми инвестициями в странах ЕС и перспективах привлекательности хозяйственно-политического пространства Евросоюза для иностранных инвесторов в условиях его экологической и цифровой трансформации.
В мероприятии приняли участие ведущие отечественные специалисты по международному переплетению капиталов, а также сотрудники ЮНКТАД.
§
15 июня 2020 года Российский центр науки и культуры в Брюсселе при поддержке Института Европы РАН и Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова (ИМЭМО РАН) провели онлайн-дискуссию форума «Европейский Меридиан XXI» с ведущими аналитическими центрами России и ЕС на тему: «Гуманитарное сотрудничество и публичная дипломатия во время пандемического кризиса: вызовы, практики, тенденции».
Пандемический кризис, беспрецедентный в современной истории, затронул все сферы общественной жизни. Спикеры поделились своим анализом того, каковы могут быть социальные последствия пандемии и какова должна быть роль публичной дипломатии европейских стран и России в организации своевременного и адаптированного реагирования на этот беспрецедентный кризис. Экспертами дискуссии стали представители ведущих европейских и российских аналитические центров, фабрик мысли, университетов, ключевых национальных музеев и культурных площадок.
В приветственной речи Александр ТОКОВИНИН, Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Королевстве Бельгия, подчеркнул: «Общепризнанно, что пандемия коронавируса и ее экономические и другие последствия ускоряют перемены в мире, ставят множество важных вопросов, в том числе и в международных отношениях. Поиск ответов на эти вопросы представляет большой вызов для экспертного сообщества. Угроза нарастания беспорядков и хаоса в мировой политике делает логичным предположение о том, что укрепление реалистической политики было бы правильным направлением. В этой связи я считаю, что следует более серьезно подумать о возобновлении конструктивного сотрудничества на европейском континенте таким образом, чтобы оно помогло справиться с нынешним кризисом в его различных измерениях».
Об открывшихся во время пандемии возможностях говорила Элеонора МИТРОФАНОВА, Чрезвычайный и Полномочный Посол, руководитель Федерального агентства Россотрудничество 2022-2020 гг.: «С началом пандемии международное взаимодействие в сфере науки, культуры, образования получило совершенно новые векторы развития, очень неожиданные. Нам казалось, что пандемия сейчас прервет работу, запланированные проекты, но оказалось, наоборот, произошла активизация. В области науки произошла переориентация и переход на онлайн-кооперации: активно используются цифровые платформы, а во многих институтах открылся доступ к данным и публикациям. В условиях пандемии расширилась международная кооперация в области образования. В частности, ЮНЕСКО объявило об объединении своих сил с силами гражданского общества и партнеров в широкую коалицию по вопросам образования, цель которой – поддержка инициатив стран по расширению применения дистанционного образования и по поддержке детей и молодежи как группы риска в отношении к доступу к образованию».
Ведущим дискуссии выступил Федор ЛУКЬЯНОВ, один из основных российских политологов, профессор-исследователь ВШЭ, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»: «Солидарность сейчас важна не столько между странами, сколько внутри обществ, и мы видим, что многие общества сталкиваются со значительными внутренними проблемами – Россия не исключение, но, я бы сказал, что наш опыт в этом отношении лучше, чем можно было ожидать. В других странах мы видим очень негативные тенденции. И солидарность внутри обществ будет гораздо важнее в ближайшие месяцы и даже годы, чем солидарность между странами».
О солидарности как основном уроке пандемии говорил Алексей ГРОМЫКО, директор Института Европы РАН (Россия): «Урок пандемии – уровень ответственности общества. Только вместе общество может преодолеть проблему такого масштаба. Коллективные действия – ответ на основные вызовы нашим странам. И здесь публичная дипломатия играет чрезвычайно важную роль. Пандемия дала шанс продемонстрировать, есть ли у нас ощущение солидарности, что, в свою очередь, работает против различий и разобщенности. К сожалению, кризис во многом продемонстрировал пренебрежение солидарностью в пользу геополитического противостояния. Но на уровне обществ и интеграционных объединений солидарность была очевидна, пусть и не поначалу».
Зиглинда ГШТОЛЬ, директор по исследованиям Департамента международных отношений и дипломатических исследований ЕС Колледжа Европы (Европа), напомнила аудитории европейское определение публичной дипломатии: «Публичная дипломатия может быть определена как процессы общения правительств со различными аудиториями, попытки создать условия для понимания своих идей, институтов, политики или культуры – в том числе, создать условия для доверия. А солидарность может иметь своей основой гуманитарную помощь – потому что эта помощь по определению беспристрастна, нейтральна и не вызывает дискриминацию».
Павел ШЕВЦОВ, и.о. руководителя Россотрудничество, подчеркнул роль Федерального агентства в организации образовательных процессов и обеспечении доступа иностранной аудитории к высшему образованию в России, а также содействию международному сотрудничеству регионов РФ. Он отметил, что данные направления сотрудничества во многом перешли в онлайн-форматы во время пандемического кризиса, но не утратили свои обороты.
Пандемия рассматривалась не только как проблема, но и как возможность в выступлении Кэролайн ГАЛАКТЕРОС, основателя и президента аналитического центра «GEOPRAGMA» (Франция): «Это проблема, но и возможность. Пожалуй, в первый раз мы увидели столь высокий уровень обмена данными среди ученых по всему миру. Нам нужно построить общую систему предупреждения на нашем континенте – между Европой, Россией и Азией. Крайне важным становится виртуальное сотрудничество. Но это не должно быть единственным способом связи. Оно недостаточно реально, чтобы можно было установить настоящий контакт. Пандемия будет иметь очень важное последствие – она всем показала, что солидарность необходима. Чтобы выжить, нужно быть готовым защитить других – надеть маску, соблюдать дистанцию и так далее. Эта самый эффективный способ позаботиться о себе».
На тему социальных сдвигов во время пандемии выступил Марко МАРТИНЬЕЛЛО, директор Центра этнических и миграционных исследований Льежского университета (Бельгия). Ирина СЕМЕНЕНКО, заместитель директора по научной работе Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук, проанализировала ответственность государств, обществ и индивида по отношению к пандемии и миру в целом. Иван ТИМОФЕЕВ, программный директор Российского совета по международным делам, говорил о Ковид-19 как триггере или причине больших общественных трансформаций.
Экспертный вклад в обсуждение цифровизации и перевода в онлайн форматы культур, пространств и событий внес Марк ФРАНКО, советник по культурной дипломатии Центра изящных искусств Брюсселя BOZAR, старший научный сотрудник Королевского института международных отношений (Институт Эгмонта) (Бельгия): «Культурная дипломатия может сделать многое, прежде всего – предоставить множеству людей доступ к культурным событиям, сделать эти события, без преувеличения, доступными всему миру, и это, в конечном итоге, улучшит взаимопонимание между людьми. Важно, что доступность культурных событий перестала сейчас быть монополией крупных культурных институтов. Мы все – и разработчики культурной политики, и традиционные учреждения культуры – должны делать все возможное, чтобы привлечь небольшие молодые инновационные группы, которые показывают, чем культура живет сейчас».
Алексей ЛЕБЕДЕВ, директор АНО «Русские сезоны», подчеркнул масштабность охвата аудитории, смотрящей онлайн-показы, а также возможность представления не только крупных федеральных постановок, но и региональных площадок, он также отметил, что необходима монетизация онлайн культурных мероприятий, так как сфера культуры нуждается в развитии.
В дискуссии также приняли участие Генри САРДАРЯН, декан Факультета управления и политики МГИМО(У) МИД России, Алессандро МАЦЦОЛА, социолог Центра этнических и миграционных исследований, Льежский университет, Бельгия, Гилдхоллская школа, Лондон, Великобритания.
Для участия в конференции зарегистрировались более 200 участников из разных стран мира: Австрии, Армении, Белоруссии, Бельгии, Болгарии, Боснии и Герцеговины, Великобритании, Венгрии, Германии, Греции, Индии, Испании, Казахстана, Канады, Кипра, Латвии, Люксембурга, Малайзии, Мексики, Нидерландов, Перу, России, Румынии, Сербии, США, Таджикистана, Турции, Узбекистана, Франции, Хорватии, Швеции, Японии.
Мероприятие прошло на высоком уровне и вызвало большой интерес аудитории. Количество просмотров дискуссии в социальных сетях превышает 800 человек.
https://ruscentre.be/news/mezhdunarodnaja-ekspertnaja-ploschadka-evropeiskii-meridian-xxi-sostojalas-v-onlain-formate.html
Видео-вебинар
https://www.facebook.com/watch/live/?v=271103777428734&ref=external
§
Приток инвестиций в европу сократился вдвое
Фото:biznes-bolika.ru
Прямые иностранные инвестиции (ПИИ) сокращаются уже в течение 3 лет. При этом в 2022 году эксперты ожидают небольшой рост. Такой прогноз содержит ежегодный Доклад ЮНКТАД о мировых инвестициях. В Москве его представил ВРИО директора ИНИОН РАН Алексей Кузнецов.
«Мы ожидаем оживление инвестиций в Европу, и рост количества сообщений о новых инвестиционных проектах говорит о том, что мы, скорее всего, снова будем наблюдать рост ПИИ» (Джеймс Чжань, директор отдела инвестиций и предпринимательства ЮНКТАД)
Согласно приведенным оценкам, поток ПИИ в развитые страны сократился на 27% до 557 миллиардов долларов. В то время как инвестиции в развивающиеся страны сохранили положительную динамику – 2%. В результате приток инвестиций в развивающиеся страны (их доля в прошлом году составила 54%) превысил импорт ПИИ в развитые. Такие показатели в развивающихся странах аналитики связывают с инвестициями в промышленность азиатских стран. Они отмечают, что ПИИ самый устойчивый источник финансирования для развивающихся стран: более важный, чем поступления от мигрантов. Больше всего инвестируют в сферу услуг и промышленность (химическую и пищевую). «Сырьевая сфера на вторых ролях», — подчеркнул Алексей Кузнецов.
США по-прежнему лидер по притоку ПИИ — 252 млрд. долларов, у Китая и Гонконга 139 и 116 соответственно (по данным доклада ЮНКТАД)
Причиной падение привлекательности развитых стран в прошлом году эксперты назвали вывод доходов американских компаний из Европы вследствие налоговых реформ США. Приток ПИИ, по их данным, уменьшился вдвое и составил 172 миллиарда долларов. Самые значительные сокращения произошли в Швейцарии и Ирландии. Импорт ПИИ в Великобританию понизился на 36% (до 64 миллиардов долларов). Однако пока эксперты не готовы сказать, что «брексит» окажет существенное влияние на инвестиции в долгосрочной перспективе.
«Одна пятая мировой экономики контролируется иностранным капиталом» (Алексей Кузнецов)
В России приток иностранных инвестиций сократился вдвое с 26 до 13 миллиардов долларов. Россия на 20-м месте среди получателей ПИИ. Экспорт инвестиций при этом существенно не менялся и в прошлом году превысил импорт в 3 раза (36 миллиардов долларов). Аналитики ЮНКТАД отмечают, что это связано не только с санкционной политикой, но, возможно, даже большую роль сыграла деофшоризация российской экономики. Так, переход с кипрской юрисдикции на российскую неизбежно влечет снижение показателей притока иностранных инвестиций.
Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.
Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs
Современные тенденции глобального движения инвестиций и позиции россии в этом процессе
Макроэкономика
СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ГЛОБАЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ ИНВЕСТИЦИЙ И ПОЗИЦИИ РОССИИ В ЭТОМ ПРОЦЕССЕ
А. А. ПАХОМОВ К. М. БАГДАСАРЯН
На фоне стагнации в сфере глобального движения капиталов позиции Российской Федерации в этом процессе продолжают ослабевать. Это обусловлено прежде всего экономической нестабильностью в стране, неблагоприятным деловым климатом, торгово-политическими санкциями, а также отсутствием внятной государственной политики в отношении привлечения прямых иностранных инвестиций и экспорта предпринимательского капитала из России в целях расширения международной кооперации.
Ключевые слова: прямые иностранные инвестиции, Россия, Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), глобальное движение инвестиций, репатриация капиталов, реинвестирование доходов.
Согласно данным Доклада о мировых инвестициях ЮНКТАД-2022 глобальные объемы прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в 2022 г. снижались третий год подряд и уменьшились по сравнению с предыдущим годом на 13% — до 1,3 трлн. долл. — минимального уровня с 2004 г. [5]. Во многом этот тренд связан с геополитическими и внешнеторговыми рисками, которые, возможно, продолжат негативно отражаться на движении инвестиций в ближайшие годы. Глобальный климат для международной торговли и инвестиций уже не такой благоприятный, как был раньше, когда мировая экономика росла благодаря экспорту товаров и услуг, отмечает генеральный директор ЮНКТАД М. Китуйи1.
Существенное влияние на перераспределение глобальных потоков капитала в 2022 г. оказала также налоговая реформа президента США Д. Трампа, стимулирующая репатриацию зарубежных американских капиталов (нераспределенных прибылей)в страну. Подписанный 22 декабря 2022 г. закон «О сокращении налогов и создании новых рабочих мест» внес
серьезные поправки в налоговый кодекс США. Это отразилось на инвестиционной активности американских многонациональных корпораций (МНК) и их зарубежных филиалов, а также, возможно, активизировало развитие решоринга (возврата производственных мощностей) в страну2.
Кроме того, усилились протекционистские тенденции: если в 2003 г. лишь 10% используемых странами мира мер ограничивали иностранные инвестиции, то в настоящее время -34%, при этом две трети из 31 рестриктивной меры в 2022 г. приняли развитые страны. В общей сложности в прошлом году национальные регуляторы запретили международные слияния и поглощения (М&А) на 153 млрд. долл., что вдвое больше, чем в 2022 г., под предлогом национальной безопасности или из-за антимонопольных соображений. США, Германия и ряд других европейских стран стали осторожнее относиться к зарубежным, особенно китайским, инвестициям, опасаясь, что иностранцы получат доступ к важным технологиям и активам. В итоге весной текущего
Пахомов Александр Александрович, ведущий научный сотрудник РАНХиГС при Президенте Российской Федерации, д-р экон. наук (Москва), e-mail: pakhomov-aa@ranepa.ru; Багдасарян Княз Мнацаканович, научный сотрудник РАНХиГС при Президенте Российской Федерации (Москва), е-mail: bagdasaryan-km@ranepa.ru
1 Global foreign direct investment slides for third consecutive year. UNCTAD/PRESS/PR/2022/013. Geneva, 12 June 2022.
2 Там же.
года Еврокомиссия приняла регламент для проверки ПИИ в государства блока.
В 2022 г. указанные выше негативные факторы больше всего воздействовали на развитые страны (особенно Европы), и потоки ПИИ в этой группе государств сократились на 27% -до 567 млрд. долл., а их доля в мировом капиталодвижении снизилась до 43%. Однако развитые страны по-прежнему определяют основные тренды в глобальном инвестиционном процессе. (См. рис. 1.)
Приток ПИИ в развивающиеся страны смог удержаться на стабильном уровне (рост на 2%) и увеличился до 706 млрд. долл. В итоге удельный вес развивающихся государств возрос до 54,4% глобальных потоков по сравнению 46,1% в 2022 г. Однако заметная часть этих инвестиций в настоящее время формируется МНК из развитых стран, оперирующих на местных рынках.
Напротив, динамично развивающиеся государства Азии в основном пытались стимулировать приток инвестиций. Так, выросли вложения во Вьетнам, Индию, Индонезию,
Таиланд, а также другие страны Юго-Восточной Азии, так как некоторые компании постепенно перемещают туда производство из Китая из-за роста стоимости рабочей силы в стране и ее разгоревшегося торгового конфликта с США. Однако у этих принимающих государств не хватает соответствующей инфраструктуры, поэтому пока сложно рассчитывать на устойчивый рост подобных инвестиций в данном регионе.
В странах с транзитной экономикой (по классификации ЮНКТАД3) приток ПИИ сократился на 28%, а их доля в общих потоках составила всего 2,6%. В основном это произошло из-за двукратного падения объемов ПИИ в Россию и, отчасти, в Казахстан (-18,3%) и Украину (-9,5%)4.
Хотя вложения в активы в США в 2022 г. уменьшились на 9% — до 252 млрд. долл., страна все равно уверенно лидирует в списке стран-реципиентов ПИИ, опережая идущий за ней Китай почти в два раза. Третье и четвертое места в рейтинге ЮНКТАД занимают Гонконг (Китай) и Сингапур. Всего треть из 20 ве-
Рис. 1. Динамика движения глобальных ПИИ по группам стран мира в 2007-2022 гг., млрд. долл.
2400
400
5 о
со о
Годы
-По миру в целом -Развитые экономики
-Развивающиеся экономики —Транзитные экономики
Источник: World Investment Report 2022 (UNCTAD).
3 Согласно классификации ЮНКТАД к государствам с транзитной экономикой относятся все страны СНГ и бывшей Югославии (за исключение членов ЕС), а также Албания.
4 Investment flows to transition economies continued to slide in 2022. UNCTAD. Geneva, 12 June 2022. URL: https://biznes-bolika.ru/en/ pages/newsdetails.aspx?OriginalVersionID=2113
дущих стран-получателей ПИИ в мире составляют динамично развивающиеся страны Азии5. (См. табл. 1.)
В 2022 г. Япония стала крупнейшим экспортером ПИИ, за ней следуют Китай и Франция. В свою очередь, китайские власти пытаются ограничить отток инвестиций за границу в целях расширения внутренних капиталовложений, из-за чего потоки ПИИ из страны за рубеж снижались второй год подряд: на 18% — до 130 млрд. долл. В связи с налоговой реформой Д. Трампа американские корпорации в массовом порядке репатриировали прибыль, из-за чего страна, которая в 2022 г. была лидером в мире по вывозу капитала, в прошедшем году стала чистым импортером ПИИ. (См. табл. 2.)
В этом списке треть стран также представлены государствами Азии.
Особое внимание следует обратить на восстановление в 2022 г. позиций Швейцарии и Ирландии после массированного оттока из них капиталов в предыдущем году. В случае успешного применения новой налоговой модели эти страны могут превратиться в центры притяжения капиталов, в том числе российского происхождения.
В 2022 г. ожидается умеренное восстановление притока ПИИ в развитых странах по мере ослабления эффекта налоговых реформ в США. Суммы объявленных проектов greenfield свидетельствуют о перспективных планах капиталовложений за рубежом, поскольку они
Таблица 1
Топ-20 стран — лидеров в мире по притоку ПИИ в 2022 и 2022 гг., млрд. долл.
Рейтинг (топ-20)*
Страна
Приток ПИИ
2022 г.
2022 г.
2022 г. в % к 2022 г.
1 (1) США 277 252 -9
2 (2) КНР 134 139 4
3 (3) Гонконг(Китай) 111 116 4
4 (5) Сингапур 76 78 3
5 (7) Нидерланды 58 70 21
6 (4) Великобритания 101 64 -37
7 (6) Бразилия 68 61 -10
8 (8) Австралия 42 60 43
9 (17) Испания 21 44 110
10 (9) Индия 40 42 5
11 (15) Канада 25 40 60
12 (13) Франция 30 37 23
13 (12) Мексика 32 32 0
14 (11) Германия 37 26 -30
15 (16) Италия 22 24 9
16 (18) Индонезия 21 22 5
17 (19) Израиль 18 22 22
18 (21) Вьетнам 14 16 14
19 (20) Республика Корея 18 14 -22
20 (14) Российская Федерация 26 13 -50
* — В скобках указан рейтинг 2022 г. Источник: World Investment Report 2022 (UNCTAD).
5 Global foreign direct investment slides for third consecutive year. UNCTAD/PRESS/PR/2022/018. Geneva, 12 June 2022. URL: https:/ /biznes-bolika.ru/en/pages/newsdetails.aspx?OriginalVersionID=2118
выросли в 2022 г. на 41% с минимума в 2022 г. Стоимость трансграничных слияний и поглощений выросла на 18%, в том числе за счет американских МНК, использующих ликвидность в своих иностранных филиалах.
Тем не менее рост ПИИ будет относительно скромным и может быть дополнительно сдержан другими факторами, такими как геополитические риски, эскалация торговой напряженности и глобальный сдвиг в сторону протекционистской политики. Эксперты ЮНКТАД ожидают, что в этом году ПИИ в мире могут вырасти на 10%. Но затем темпы роста, вероятно, замедлятся в среднем до 1%, как и в последние десять лет, если не учитывать очень крупные сделки (свыше 3 млрд. долл.) и вола-тильность финансовых потоков. (Для сравнения: в 2000-2007 гг. среднее значение роста
ПИИ составляло 8%, а в период до 2000 г. -более 20%.)
О схожем тренде свидетельствуют данные Института международных финансов (ИР): по его оценкам, приток ПИИ на развивающиеся рынки в прошлом году составил лишь 2% от ВВП — это самый низкий уровень с 1990-х годов. Эксперты связывают данную тенденцию с замедлением экономического роста этих стран и с торговыми конфликтами. Согласно прогнозу банка НБВС в текущем году показатель может снизиться до 1,5%, «учитывая беспокойство по поводу экономической активности в мире на фоне эскалации торговых конфликтов» [4].
Помимо этого спад в динамике мировых инвестиций связан со структурными изменениями в международном бизнесе. Необходи-
Рейтинг (топ-20)*
Страна
Экспорт ПИИ
2022 г.
2022 г.
2022 г. в % к 2022 г.
1 (2) Япония 160 143 -11
2 (3) КНР 158 130 -18
3 (9) Франция 41 102 149
4 (6) Гонконг(Китай) 87 85 -2
5 (5) Германия 92 77 -16
6 (14) Нидерланды 28 59 111
7 (7) Канада 80 50 -38
8 (4) Великобритания 118 50 -68
9 (13) Республика Корея 34 39 14
10 (8) Сингапур 44 37 -16
11 (12) Российская Федерация 34 36 6
12 (Ю) Испания 40 32 -20
13 (156) Швейцария -35 27 77
14 (28) Саудовская Аравия 7 21 200
15 (15) Италия 26 21 -19
16 (17) Швеция 20 23 15
17 (21) Тайвань(Китай) 12 18 50
18 (18) Таиланд 17 18 6
19 (20) ОАЭ 14 15 7
20 (157) Ирландия -39 13 33
* — В скобках указан рейтинг 2022 г. Источник: World Investment Report 2022 (UNCTAD).
Таблица 2
Топ-20 стран — лидеров в мире по экспорту ПИИ в 2022 и 2022 гг., млрд. долл.
мо отметить, что значительная часть продолжающегося расширения международного производства обусловлена не связанными с собственностью (non-equity) или нематериальными (intangible) активами. В частности, рейтинг 100 крупнейших МНК по размерам зарубежных активов за 2022 г. показывает снижение в нем числа промышленных компаний. Освоение инновационных технологий и цифровая трансформация в целом оказали существенное влияние на глобальное производство. Это способствовало увеличению доли нематериальных способов международного производства, поскольку при достижении эффективности трансграничных операций уменьшается потребность в материальных активах.
Вследствие увеличения доли нематериальных активов происходит уменьшение объемов ПИИ, замедляется мировая торговля товарами, ускоряются глобальные поставки услуг, а также происходит быстрый рост международных платежей (в том числе роялти, лицензи-
онных сборов). Также заметно растут международные инвестиции в НИОКР. (Динамика этих тенденций представлена на рис. 2.) Следует отметить, что иностранная добавленная стоимость в экспорте является стандартным показателем значимости глобальных цепочек добавленной стоимости (ЦДС). Так, доля глобальных ЦДС в торговле постепенно увеличивалась до 2022 г., однако в последние восемь лет этот показатель также продолжает падение по указанным выше причинам6.
Приток ПИИ в Россию в 2022 г. снизился вдвое — по данным ЮНКТАД, примерно до 13 млрд. долл., и страна формально опустилась в рейтинге организации с 14-го места в 2022 г. на 20-ю позицию в 2022 г.7. Иностранных инвесторов по-прежнему беспокоят геополитические риски и медленный рост российской экономики. Поэтому покупки российских активов зарубежными компаниями упали на 79% — до 2,7 млрд. долл. [1]. Самой крупной транзакцией в стране стало приобретение японской корпорацией Japan Tobacco Inc. российского произ-
Рис. 2. Индикаторы международного производства по «осязаемости» активов в 2022-2022 гг. (2022 г.=100)
Годы
-Роялти и лицензионные платежи -Мировая торговля товарами
-Мировая торговля услугами —Базовый тренд ПИИ
Источник: UNCTAD Investment Trends Monitor,Special Davos Edition. 2022 FDI fall part of longer-term decline. Geneva. 21 January 2022. No. 31. Р. 4.
6 UNCTAD Investment Trends Monitor, Special Davos Edition. 2022 FDI fall part of longer-term decline. Geneva. 21 January 2022. No. 31. Рр. 3-4.
7 Однако в рейтинге ЮНКТАД не учтены данные по Британским Виргинским и Каймановым островам, которые опережают Россию. Также экспертами организации сделан досчет объемов ПИИ, которые превышают данные ЦБ РФ в 1,5 раза. В итоге реальные позиции России по притоку и оттоку ПИИ в мире ниже.
водителя сигарет АО «Донской табак» за 1,6 млрд. долл.
С другой стороны, по данным ЦБ РФ, приток прямых иностранных инвестиций в Россию снизился до 8,8 млрд. долл. (до 0,5% ВВП) по сравнению с 28,6 млрд. долл. годом ранее (1,8% ВВП)8. Это минимальное значение ПИИ, поступивших в Россию за последние десять лет. В итоге в 2022 г. исходящие прямые инвестиции достигли 31,9 млрд. долл., а чистый отток в 2022 г. составил 23,1 млрд. долл. (1,4% ВВП) против 8,2 млрд. долл. в 2022 г., что значительно ниже показателей, наблюдавшихся до 2022 г.
В части структуры ПИИ произошли значительное сокращение вложений в долговые инструменты и снижение доли участия в капитале, тогда как удельный вес реинвестированных доходов сохранился на уровне предыдущих лет (17 млрд. долл.). Эксперты Банка России связывают это с прекращением многолетней тенденции, когда российские капиталы возвращались в экономику через зарубежные офшоры [2].
Приток ПИИ в Россию в первом квартале 2022 г. (по методологии платежного баланса) показал, что вложения в небанковский сектор в этот период, по оценкам ЦБ РФ, увеличились до 11,5 млрд. долл. по сравнению с 6,4 млрд. долл. за аналогичный период 2022 г. Однако значительная доля таких инвестиций была связана с рядом внутригрупповых сделок крупных компаний, поэтому преждевременно говорить об устойчивом росте ПИИ. Чистый отток капитала из России в первом полугодии 2022 г., по оценке ЦБ РФ, увеличился в 2,5 раза — до 27,3 млрд. долл. — по сравнению с аналогичным периодом 2022 г., когда он составил 11,1 млрд, долл. Банк России отмечает, что определяющую роль в формировании отрицательного сальдо сыграли операции банков по
размещению средств за рубежом и погашению обязательств перед нерезидентами9.
Таким образом, если пять лет назад большой отток средств за границу сопровождался практически сопоставимым притоком их в Россию, что во многом объяснялось БРУ-сдел-ками отечественных компаний через офшоры, то на современном этапе наблюдается стабильное сокращение притока ПИИ в Россию при небольшом уменьшении их оттока за границу. Об этом свидетельствуют и изменения в географическом распределении прямых иностранных инвестиций. Так, в 2022 г. наибольшее падение притока ПИИ наблюдалось из традиционных офшорных зон — преимущественно с Кипра (-10,3 млрд. долл.) и Ирландии (-3,8 млрд. долл.). В предыдущие годы в России более чем в два раза сократились накопленные инвестиции с Британских Виргинских островов.
Традиционно динамика притока-оттока ПИИ с Кипра достаточно серьезно влияет на общие масштабы и тенденции движения капиталов в России: отрицательное сальдо операций с этой страной в 2022 г. стало самым крупным за 12 лет подсчетов по всем странам мира. Ужесточение банковских норм, подписание двусторонних соглашений и введение системы обмена налоговой информацией, по мнению экспертов, делают работу бизнеса по традиционным серым схемам через Кипр неэффективной.
Также происходит перераспределение точек локации российского капитала, поэтому на экономику и финансовый сектор России отток инвестиций на Кипр решающего влияния пока не окажет. Некоторые офшорные юрисдикции, наоборот, показали приток ПИИ в Россию. Среди них — Багамы ( 923 млн. долл.), Бермуды ( 814 млн. долл.), Британские Виргинские острова ( 1,5 млрд. долл.) и Ни-
8 В динамично развивающихся странах мира с сопоставимым для России уровнем развития этот показатель сейчас превышает 2% ВВП, и, как показывает мировая практика, для ускоренного роста необходим объем притока ПИИ в размере 5-6% ВВП.
9 Оценка ключевых агрегатов платежного баланса Российской Федерации в январе-июне 2022 года / Банк России (09.07.2022). URL: https://www.cbr.ru/statistics/macro_itm/svs/bop-eval/
дерланды ( 7,9 млрд. долл.). Зафиксирован также приток инвестиций из Великобритании ( 2,5 млрд. долл.), Франции ( 1,1 млрд. долл.) и Швейцарии ( 1,7 млрд. долл.).
Резкое сокращение ПИИ в страну в прошлом году частично связано с тем, что ряд компаний с активами в России перерегистрировались из зарубежных юрисдикций в российскую (эти инвестиции формально перестали быть иностранными, став внутренними). Кроме того, некоторые зарубежные инвесторы продали свои активы в России отечественным предпринимателям.
Это один из результатов деятельности российского правительства, которое различными мерами стимулирует добровольно-принудительную репатриацию отечественных капиталов, прежде всего из офшорных юрисдикций, в том числе по мотивам санкций, и перерегистрацию российских компаний в стране, в том числе во внутренних офшорах10. Свою роль здесь сыграло и начало автоматического обмена налоговой информацией под эгидой ОЭСР между многими странами мира и Россией. В 2022 г. приток ПИИ в страну может возрасти на фоне низкой базы в предыдущем году и за счет нескольких крупных контрактов в СПГ-проектах.
Исходящие прямые инвестиции из России в другие страны, по оценке ЮНКТАД, в 2022 г. составили 36,4 млрд. долл. ( 7% по сравнению с предыдущим годом). В сфере экспорта капитала Россия сохраняет достаточно высокие позиции в мировом рейтинге (формально 11-е место в 2022 г. и 12-я позиция в 2022 г.)11. Однако за этими значительными цифрами скрывается не только вывоз предпринимательского капитала, а совокупный отток инвестиций в различных формах из страны.
Этот объем в основном был обеспечен реинвестированием российских компаний в су-
ществующие зарубежные проекты, а также предоставлением внутрикорпоративных займов иностранным «дочкам». При этом отечественные компании достаточно сдержанно инвестировали в новые зарубежные проекты в условиях официальной политики деофшори-зации и международных санкций. Ожидается, что вывоз ПИИ из России в 2022 г. может вырасти, о чем свидетельствуют обязательства в рамках новых нефтехимических и энергетических проектов, где отечественные компании обладают конкурентными преимуществами.
В этой связи показательна динамика участия Российской Федерации в международном обмене товарами, услугами и ПИИ в 2022— 2022 гг. (См. табл. 3.) За истекшие годы позиции России по сравнению с посткризисным периодом, когда были достигнуты наиболее значительные результаты страны в глобальном измерении, по большинству макроэкономических параметров заметно ухудшились (более подробно см. в [3]).
По данным Банка России, по накопленным иностранным инвестициям в российскую экономику на 1 января 2022 г. лидирует Кипр (135,5 млрд. долл., или 27% суммарных объемов). В списке ведущих зарубежных инвесторов в Россию -также офшорные юрисдикции: Люксембург (10,0%), Багамы (7,9%), Бермуды (6,1%), Ирландия (5,4%). Например, США и Китай находятся в этом рейтинге только на 18-м и 22-м местах (3,9 и 2,6 млрд. долл. соответственно, что составляет менее 1% от всех аккумулированных зарубежных инвестиций в России)12.
Помимо этого курс российского руководства «разворота на Восток», провозглашенный в середине 2022 г., не способствовал существенному росту инвестиций из стран Азии. Так, за истекшие пять лет доля крупнейших азиатских государств в накопленных прямых
10 Ведомости. 14.07.2022.
11 По данным ЦБ РФ, отток прямых инвестиций из страны в 2022 г. сократился на 13,3% — до 31,9 млрд. долл.
12 По итогам 2022 г., согласно статистике Центробанка, общий объем прямых иностранных инвестиций из КНР в Россию сократился на 24% — с 3,6 до 2,6 млрд. долл.
инвестициях в стране увеличилась с 2 до 3%. Роль стран СНГ в двусторонних потоках ПИИ с Россией еще менее значительна.
Развитые страны, прежде всего Западной Европы, были и остаются, несмотря на санк-ционное противостояние, основным источником реальных ПИИ для России. Однако более важным является тот факт, что эти инвестиции привносят в экономику страны необходимые технологии, управленческий опыт и кадры. Развитые государства, в свою очередь, являются основным местом приложения предпринимательского капитала из России. Также сохраняется значимость офшорных юрисдикций в движении инвестиций для экономики страны, включая репатриацию отечественных капиталов.
Дополнительной и актуальной проблемой исследования входящих и исходящих ПИИ в России является неполная и не вполне транс-парантная статистика Банка России в этой сфере. Так, весной 2022 г. появилось сразу несколько исследований, представивших альтернативные подсчеты ПИИ в России в географическом разрезе, в том числе по принципу стра-
ны — непосредственного конечного инвестора (ultimate investing country)13.
Таким образом, в настоящее время меняется модель участия России в глобальном инвестиционном процессе. Под влиянием макроэкономических и геополитических проблем устойчиво снижается уровень притока реальных ПИИ и, отчасти, оттока прямых инвестиций из страны. Также под воздействием проводимой политики деофшоризации наметилась тенденция сокращения возврата в Россию отечественных капиталов из офшорных юрисдикций, которые ранее формировали относительно сбалансированное положение с ПИИ в стране. По этой же причине уменьшаются покупки новых активов российскими компаниями за рубежом.
В итоге Россия постепенно уходит на периферию мирового рынка капиталов и остается пассивным участником современных тенденций развития международных экономических отношений. И это положение определяет степень интеграции страны в мировую экономику и масштабы позитивных эффектов для развития национальной экономики. ■
Таблица 3
Динамика позиций России в международном обмене товарами, услугами и ПИИ в 2022-2022 гг.
Показатель 2022 г. 2022 г. 2022 г. 2022 г. 2022 г. 2022 г. 2022 г.
Объем ВВП 9/2,9 9/3,0 9/2,6 13/1,8 13/1,7 12/2,0 12/1,9
Экспорт товаров 8/2,9 10/2,8 11/2,6 14/2,1 18/1.8 15/2,0 14/2,3
Импорт товаров 17/1,8 16/1,8 17/1,6 24/1,1 24/1,2 20/1,3 22/1,3
Экспорт услуг 21/1,4 21/1,4 22/1,3 25/1,0 25/1,0 26/1,1 26/1,1
Импорт услуг 13/2,5 10/2,7 11/2,4 16/1,8 18/1,5 16/1,7 16/1,7
Экспорт ПИИ 14/2,2 6/5,1 7/4,9 17/1,6 16/1,7 13/2,4 13/3,6
Накопленные ПИИ за рубежом 19/1,5 19/1,5 19/1,3 21/1,1 19/1,2 19/1,2 20/1,1
Импорт ПИИ 12/2,0 10/3,7 14/2,1 26/0,6 15/1,9 15/1,7 22/1,0
Накопленные ПИИ в стране 16/1,9 17/1,9 21/1,1 22/1,0 19/1,4 19/1,3 20/1,3
Примечание. Первая цифра — место в международном рейтинге (с учетом офшорных юрисдикций), вторая -доля (в %) в мире по соответствующему показателю.
Источник: составлено авторами поданным: IMF (World Economic Outlook database, April 2022); WTO (International Trade and Market Access Data); UNCTAD (World Investment Report 2022: Annex Tables).
13 World Investment Report. Special Economic Zones. UNCTAD. Geneva. 2022. Pp. 29, 56; ежегодное исследование аудиторско-консалтинговой сети E&Y «Инвестиционная привлекательность стран Европы за 2022 год». URL: https://www.pwc.ru/ и пр.
Литература
1. Невельский А. Протекционизм развитых стран подрывает иностранные инвестиции // Ведомости. 14.07.2022.
2. О чем говорят тренды. Макроэкономика и рынки // Бюллетень Департамента исследований и прогнозирования Центрального банка Российской Федерации. 2022. № 3, апрель. С. 61-68.
3. Пахомов А.А. Конкурентоспособность российской экономики и отечественных компаний в глобальном измерении: внешнеэкономический аспект // Вестник Московского университета. Сер. 6: Экономика. 2022. № 2. С. 55-66.
4. Wolf Martin. The looming 100-year US-China conflict // The Financial Times. 2022. June 4.
5. World Investment Report. Special Economic Zones. UNCTAD. Geneva. 2022.
References
1. Nevelsky A. Developed countries protectionism undermines foreign investment // Vedomosti. 14.07.2022.
2. What trends say. Macroeconomics and markets // Bulletin of the Research and Forecasting Department of the Russian Central Bank. 2022. No. 3, April. Pp. 61-68.
3. Pakhomov A. Competitiveness of the Russian economy and national companies in the global dimension: foreign economic aspect // Bulletin of Moscow University. Series 6: Economics. 2022. No. 2. Pp. 55-66.
4. Wolf Martin. The looming 100-year US-China conflict // The Financial Times. 2022. June 4.
5. World Investment Report. Special Economic Zones. UNCTAD. Geneva. 2022.
Current Trends of Global Investment Movement and Positions of Russia in this Process
Alexander A. Pakhomov — Leading Researcher of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Doctor of Economic Sciences (Moscow, Russia). E-mail: рakhomov-aa@ranepa.ru Kniaz M. Bagdasaryan — Researcher of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (Moscow, Russia). E-mail: bagdasaryan-km@ranepa.ru
Against the background of stagnation in the global capital movement, the position of the Russian Federation in this process continues to weaken. This is primarily due to the economic instability in the country, unfavorable business climate, trade and political sanctions, as well as the lack of a clear state policy to attract foreign direct investment and outward capital from Russia in order to expand international cooperation.
Key words: foreign direct investment, Russia, UN Conference on trade and development (UNCTAD), global investment movement, repatriation of capital, reinvestment of income.
