Елена Волотовская: «Мы – за создание красивых рыночных историй»

Мы живём во время удивительного гуманизма работодателей. Трендом стало повсеместное желаний компаний снижать давление на людей и обеспечивать их рабочим окружением, трудиться в котором легко и приятно. И я сейчас не про превращение офисов в Диснейленд с кучей развлечений, слава богу, эта практика себя изживает. Сейчас принято не прессовать команду, не давить на людей — даже в такой безжалостной системе, как отделы продаж, снижение прессинга иногда даёт положительный результат. Например, не так давно начальник отдела продаж одной телеком-компании рассказал, как снизил KPI своим сотрудникам, одновременно уменьшив премиальную часть зарплаты и увеличив фиксированную. Он получил рост продаж и повышение лояльности команды. Этакий корпоративный коммунизм процветает. Все хотят быть добрыми и хорошими.

Увы, атмосфера любви и всеобщей радости совершенно не работает в стартапах. Венчурная индустрия, по всей видимости, останется в стороне от миролюбивого тренда. Очень часто единственной энергией для развития проекта оказывается стресс основателя. Точнее, то состояние, которое наступает после него. Почему так?

Давайте проследим типичный путь становления основателя стартапа. Чаще всего он начинается с победы в каком-либо смотре-конкурсе проектов либо в хакатоне. Эксперты высказываются о проекте в позитивном ключе, их в заметке про стартап цитирует парочка тематических ресурсов. Проект выделяют из общей массы, а основатель получает признание собственной исключительности. Это чертовски приятно и поднимает самооценку. На волне воодушевления основатель стучится в СМИ первого эшелона, получает большую публикацию о проекте в соответствующей рубрике и неплохую прибавку к трафику на сайте. Жизнь удалась — он звезда!

Примелькавшийся на информационном поле проект с лёгкостью получает инвестиции от бизнес-ангела или фонда. Несколько тучных лет российского венчурного бизнеса научили основателя легко относиться к деньгам инвестора. Даже провал со стартапом — это в его картине мира никакая не трагедия и не личное фиаско, а часть правил игры. Инвестор был готов рискнуть этими деньгами, он понимал, на что идёт: «Это венчур, детка!» И если провал-таки состоялся, ничего не мешает пойти на рынок поднимать деньги на новый проект, козырнув статусом «серийного предпринимателя с опытом создания проектов в IT». Короче, каким бы ни был исход, он не сулит никакой фрустрации. Основатель сам для себя всё равно остаётся хорошим парнем и может спокойно спать по ночам, укрепившись во мнении, что он крутой технологический предприниматель.

На самом деле нет.
Та цепь действий, которые он предпринял — это бизнес наоборот: сначала в проекте возникают деньги, а потом проект начинает «пилить продукт» и пытается его продавать. В обычном бизнесе всё происходит иначе. Например, человек задумал создать свою сырную ферму. Он переезжает в деревню, на собственные сбережения покупает коров и коз, закладывает квартиру, чтобы купить технику и оборудование, начинает производить продукт и пытается его продавать сам либо через розничные сети. Этот путь полон боли и страданий.

Венчурная индустрия устроена так, что деньги часто приходят в большом количестве до того, как бывает готов продукт, и до того, как начинают проверяться гипотезы, связанные с продажами. Фаундер, разумеется, записывает эти деньги себе в актив и полностью расслабляется: «Я заслужил!» Пазл складывается: победа в хакатоне, хорошая пресса, участие в конференциях, полученные несколько миллионов рублей в виде инвестиций. Которые — внимание! — даже не нужно отдавать. Здравствуй, зона комфорта.

Так вот, зона комфорта — это местность, нахождение в которой для предпринимателя абсолютно нетипично. Поэтому хороший инвестор стремится вытряхнуть основателя стартапа из зоны комфорта. И вовсе не потому, что желает ему зла. Просто сложные ситуации, связанный с ними «нервяк» и попытка что-то предпринять, чтобы из этих сложных ситуаций вырулить, — это единственный способ заставить основателя перестать думать так, как он привык. То есть считать себя гениальным просто потому, что раньше его все хвалили и у него всё получалось. Предпринимательство — это не детский сад. Здесь нужно платить за свои ошибки своим временем, деньгами, репутацией.

Последствия сильного стресса помогает людям делать невозможные вещи. Пару месяцев назад мне попалась на глаза история американского триатлониста-любителя Джона Глисона, которого во время тренировки сбила машина. С чудовищными травмами Джон попал в больницу. Когда он пришёл в себя, он понял, что прежняя жизнь кончилась. Он испытал сильнейший стресс, но сумел с ним справиться и начал учиться жить в своём искалеченном теле. Через год после инцидента Джон вернулся на работу в свой инвестбанк и даже продолжил занятия спортом. Учитывая характер травм, это невероятное достижение, которое будет покруче победы в Ironman.

Когда ваш проект получает инвестиции, это совсем даже не радость. Просто вы пока не осознаёте тяжесть ответственности. Ваша жизнь уже не будет такой, как прежде. Помимо всех прочих обстоятельств в ней появляется инвестор, который не оставляет вам выбора и требует достижения конкретных результатов в конкретных временных рамках. Готовьтесь к тому, что инвестору будет всё равно, каким молодцом вы были в прошлом. Ваш предыдущий опыт окажется невостребован. Самое лучшее, что вы сможете сделать, — отбросить его и начать с нуля. Смиритесь с этим и научитесь жить в состоянии восстановления после стресса. Наступление такого состояния легко определить — вы погружены в ощущение, словно всё происходит не с вами. Жить в таком «третьем состоянии» психики — это сильное испытание для эмоционального интеллекта. Если вы не готовы, если вы хотите оставаться хорошим сами для себя и не желаете покидать зону комфорта, денег у нормальных инвесторов лучше не просить.

Фотография на обложке: silverjohn/Depositphotos

«Вместо картриджей такие устройства используют контейнеры с чернилами, объём которых более чем в 10 раз превышает объём картриджей, а стоимость таких контейнеров значительно ниже, так как в них нет дорогостоящих чипов и датчиков. Это делает печать очень экономичной, а стоимость владения устройством — низкой. Да, «входная» цена покупки получается чуть выше, но с учётом набора чернил в комплекте поставки и объёмов печати на пару лет вперёд такие решения оказываются значительно выгоднее», — отметил он.

При изучении мнений потенциальных покупателей в Epson выяснили, что в большинстве своём компании не заинтересованы в цветной печати, поскольку воспринимают ее как «ненужную переплату». В результате Epson решили подстроиться под покупателей и предложить им не только цветные бескартриджные, но и монохромные принтеры и многофункциональные устройства. В компании их называют «монохромной фабрикой печати Epson».

Устройства оказались востребованы и в государственных, и коммерческих организациях за счёт более выгодной стоимости владения (TCO). К примеру, в комплекте поставки МФУ Epson M2170 вместо инсталляционных пробников, как это обычно бывает у картриджных моделей, идёт двойной набор чернил на 11 000 отпечатков. «Монохромная фабрика печати Epson» сможет удовлетворить потребности малых и средних офисов. Для тех, кому нужны более высокие нагрузки, компания Epson готова предложить цветные и чёрно-белые устройства серии RIPS и Enterprise со скоростью печати до 100 страниц в минуту и рекомендуемой ежемесячной нагрузкой до 100 000 страниц в месяц.

Цифровизация процессов.

Переход в онлайн позволил некоторым компаниям упростить процессы работы с клиентами. С таким преимуществом удалёнки, в частности, столкнулись в компании FinHelp, о чём «Секрету» рассказал её генеральный директор Павел Вешаев.
«Наш основной сегмент — это собственники среднего бизнеса с оборотом от 500 млн рублей в год. И если раньше они довольно тяжело шли на онлайн-контакт, предпочитая для любых вопросов личные встречи, то после массовой удалёнки работа через Zoom стала вполне приемлемой, и это очень упростило и ускорило процесс работы с клиентами, в том числе открыло гораздо более широкие возможности для работы с региональными бизнесами», — сказал он.

Дистанционный режим работы ускорил развитие информационной системы и в компании — производителе фанеры «Свеза», отметила главный менеджер по работе с персоналом фирмы Варвара Филиппова. В организации наладили новый формат работы с документацией и электронный обмен данными. Возможность дистанционно проводить согласования как преимущество удалёнки отметила и менеджер по развитию программы лояльности маркетплейса goods.ru Анастасия Чернышёва.

Процесс цифровизации затронул и образовательные учреждения, которые задумались о разработке формата гибридного обучения. К примеру, дистанционный филиал появился в «Компьютерной академии Шаг», рассказал её генеральный директор Павел Специан. Такое решение приняли в том числе на случай очередного локдауна.

Цифровизация добралась и до судебной системы, отметил управляющий партнёр коллегии адвокатов «Параграф» Арташес Дадаян. На удалёнке специалисты сразу же начали инициировать процессы в разных российских регионах через видео-конференц-связь. Такой способ в дальнейшем признали эффективным из-за экономии времени и собранности участников, у которых не осталось лишнего времени на свободные размышления.

Рост показателей.

Все опрошенные «Секретом» предприниматели и топ-менеджеры рассказали о сохранении или увеличении производственных и финансовых показателей за минувший год. В частности, компания FinHelp по итогам 2020 года зафиксировала рост на 50%, а производитель фанеры «Свеза» привлёк свыше 150 новых клиентов, вышел на рынки семи новых для себя стран и нарастил консолидированную выручку.

Фонд Softline Venture Partners закрыл в 2020 году рекордное количество сделок, рассказала его глава, вице-президент по инвестициям ГК Softline Елена Волотовская. Средний чек при этом остался на прежнем уровне. Рост числа продаж и клиентов наблюдают и в компании «АйдоЛаб». Нарастили продажи в телекоммуникационной компании ОБИТ, отметил её генеральный директор Андрей Гук. К примеру, услуги аренды виртуальных серверов в среднем покупали на 30% чаще.
Упрощённый процесс найма

Дистанционка позволила нанимать сотрудников или договариваться об аутсорсе с людьми из любого города или региона России, отметил основатель и генеральный директор научно-производственного центра «НовАТранс» Рафаил Валиев. Аналогичную тенденцию заметили и в кадровом холдинге Ancor.

Помимо того что сотрудники могут работать из любой точки мира при условии доступа в интернет, специалисты-удалёнщики получают зарплаты на столичном уровне вне зависимости от места пр