Мультипликаторы – все, что вам нужно знать!

Мультипликаторы – все, что вам нужно знать! Инвестиции

Глава 3

3. 1. ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСУЛЬТАТИВНОГО КОНТАКТА

В 1975 г. С. Rogers (цит. по: Gelso, Fretz, 1992) задал
вопрос: «Можно ли утверждать, что существуют
необходимые и достаточные условия, способствующие
позитивным изменениям личности, которые можно было бы
четко определить и измерить?» На этот вопрос он сам
дал ответ, назвав шесть условий:

  1. Два лица находятся в психологическом контакте.

  2. Первый персонаж, назовем его «клиентом», пребывает в состоянии психического
    расстройства, раним и встревожен.

  3. Второй персонаж, назовем его «консультантом», активно участвует в общении.

  4. Консультант испытывает безусловное уважение к клиенту.

  5. Консультант переживает эмпатию, приняв точку зрения клиента, и дает это
    ему понять.

  6. Эмпатическое понимание и безусловное уважение консультанта передаются клиенту
    даже при минимальной выраженности.

Никакие другие условия не обязательны. Если в
определенный промежуток времени обеспечены данные шесть
условий, этого достаточно. Позитивные изменения
личности произойдут.

Итак, клиент должен быть в контакте с консультантом и
прийти в состояние, делающее его чувствительным к
помощи со стороны. Особенно важны 3-е, 4-е и 5-е
условия, обеспечивающие достаточный для помощи
консультативный контакт.

Доверительный контакт консультанта и клиента,
основанный на безусловном уважении, эмпатии, теплоте и
искренности консультанта по отношению к клиенту,
является неотъемлемой, а по мнению многих
профессионалов — существенной составляющей
психологического консультирования и психотерапии.

Консультативный контакт, хотя внешне кажется формальным
и весьма непродолжительным по сравнению со всей жизнью
клиента, все же является более тесным, интенсивным и
глубоким, нежели любая другая межличностная связь. В
консультировании клиент обращается к незнакомому
человеку и раскрывает ему мельчайшие подробности своей
личной жизни, о которых, может быть, никто больше не
знает.

Рассказанное клиентом часто представляет его не
в лучшем свете. Иногда в процессе консультирования
«всплывают» новые стороны личности, удивляющие,
огорчающие и даже шокирующие самого клиента. Все это
делает консультативный контакт интимным отношением
двоих людей, причем специфически интимным, непохожим на
привычные дружеские или любовные отношения. Эта
специфичность неплохо раскрыта Henry с соавт. (1973 г.;
цит. по: Kennedy, 1977):

«Уникальность природы терапевтического контакта зависит
от способности терапевта различать интимно-личностные и
интимно-терапевтические отношения. В противоположность
близким личным связям терапевтический контакт, хотя и
наполнен чувствами, является асимметричным, т.е.
только пациент раскрывает интимные подробности своей
жизни.

Психотерапевт же волен решать, насколько
раскрываться, и выбирать способ реагирования на
события, излагаемые клиентом, а может не реагировать
вообще. Контакт асимметричен еще и потому, что только
терапевт истолковывает смысл рассказанного и способен
оценить достижение терапевтических целей.

В итоге
терапевтический контакт устанавливается по правилам,
указанным терапевтом. Эти правила предусматривают
отношения, в которых терапевт имеет возможность узнать
о клиенте почти все, а клиент получает сведения о
терапевте всего лишь как о специалисте».

Теперь перейдем к определениям консультативного
контакта. Они разнообразны, но мы рассмотрим только два
наиболее обобщенных определения, отвечающие нашей точке
зрения на психологическое консультирование.

Консультативный контакт — это уникальный динамичный процесс, во время
которого один человек помогает другому использовать свои внутренние ресурсы
для развития в позитивном направлении и актуализировать потенциал осмысленной
жизни (George, Cristiani, 1990).

Консультативный контакт — это чувства и установки, которые участники
консультирования (консультант и клиент — Прим. авт.) испытывают один
по отношению к другому, и способ их выражения (Gelso, Carter, 1985).

Практически все определения указывают на несколько
уникальных черт консультативного контакта. George и
Cristiani (1990) выделили шесть основных параметров:

  • эмоциональность (консультативный контакт скорее эмоционален, чем когнитивен,
    он подразумевает исследование переживаний клиентов);
  • интенсивность (поскольку контакт представляет искреннее отношение и взаимный
    обмен переживаниями, он не может не быть интенсивным);
  • динамичность (при смене клиента меняется и специфика контакта);
  • конфиденциальность (обязательство консультанта не распространять сведения
    о клиенте способствует доверительности);
  • оказание поддержки (постоянная поддержка консультанта обеспечивает стабильность
    контакта, позволяющую клиенту рисковать и пытаться вести себя по-новому);
  • добросовестность.

Что делает консультативный контакт терапевтичным,
эффективным для решения психологических проблем
клиентов? Прежде всего то, что сам характер контакта
между консультантом и клиентом отражает особенности
отношений клиента с другими людьми, стиль и стереотипы
его общения — проблемы клиентов можно увидеть словно в
зеркале.

Характер консультативного контакта в самом процессе
консультирования зависит от теоретической ориентации
консультанта (George, Cristiani, 1990).

Таблица 3. Современные представления о консультативном контакте

НаправлениеКонсультативный контакт
Психоаналитическое направление Консультант сохраняет личную анонимность, чтобы
клиент мог свободно проецировать на него свои чувства.
Основное внимание уделяется уменьшению сопротивления,
возникающего при анализе реакций переноса клиента, и
установлению более рационального контроля. Консультант
интерпретирует поставляемый клиентом материал и
стремится научить клиента увязывать свое настоящее
поведение с событиями прошлого
Адлерианское направление Акцентируется разделение ответственности между
консультантом и клиентом, обоюдное доверие и уважение,
равноценность позиций, установление общих целей
консультирования
Терапия поведения Консультант является активной и директивной
стороной; он исполняет роль учителя, тренера, стремясь
научить клиента более эффективному поведению. Клиент
должен активно апробировать новые способы поведения.
Вместо личных отношений между консультантом и клиентом
устанавливаются рабочие отношения для выполнения
процедур обучения
Рационально-эмоциональная терапия (A. Ellis) Консультант выполняет роль учителя, а клиент —
ученика. Личным отношениям консультанта с клиентом не
придается значения. Клиент побуждается к пониманию
своих проблем и на основе этого понимания — к
изменению своего поведения, основываясь на
рациональных предпосылках
Ориентированная на клиента терапия (C. Rogers) Консультативный контакт составляет сущность
процесса консультирования. Особенно подчеркиваются
искренность, теплота, эмпатия, уважение, поддержка со
стороны консультанта и «передача» этих установок
клиентам. Усвоенные во время консультативного контакта
навыки клиент переносит на другие отношения
Экзистенциальная терапия Основная задача консультанта — вжиться в
экзистенцию клиента и завязать с ним аутентичную
связь. Контактируя с консультантом, клиент раскрывает
свою уникальность. Отношение между консультантом и
клиентом понимается как контакт «человек — человек»,
идентичный встрече двух равноценных людей «здесь и
теперь». Во время консультативного контакта меняется
как консультант, так и клиент

Как видно из табл. 3, с позиций различных теоретических
ориентаций контакт «консультант — клиент»:

  • или создает предпосылки для начала изменения (терапия поведения и рационально-эмоциональная
    терапия);
  • или самопроизвольно изменяет клиента (ориентированная на клиента терапия
    или экзистенциальная терапия);
  • или составляет содержание обсуждения и работы вообще (психодинамическое
    направление).

Таким образом, хотя представители, например, экзистенциально-гуманистического
и психодинамического направлений консультативный контакт в конкретной работе
используют по-разному, они едины во мнении о его важности в процессе консультирования
(Prochaska, 1979).

3. 2. ТЕРАПЕВТИЧЕСКИЙ КЛИМАТ. ФИЗИЧЕСКИЕ КОМПОНЕНТЫ ТЕРАПЕВТИЧЕСКОГО КЛИМАТА

Качество консультативного контакта зависит от двух
важных факторов: терапевтического климата, навыков
консультанта (вербальных и невербальных) в поддержании
общения.

Терапевтический климат в свою очередь включает
несколько эмоционально значимых компонентов. Из
физических составляющих упомянем оборудование места
консультирования, расположение консультанта и клиента в
пространстве (дистанция, манера сидеть и т.п.),
структурирование выделенного для консультирования
времени.

В этом разделе обсудим физические компоненты
терапевтического климата.

Обстановка консультирования

Во время психологического консультирования клиент с
меньшей настороженностью раскрывает и исследует свои
проблемы, если консультирование происходит в хорошо
оборудованном кабинете. Понятно, что не всегда возможно
обеспечить идеальные условия, однако к месту
консультирования предъявляются определенные требования.

Прежде всего консультирование должно происходить в
спокойной обстановке, в звуконепроницаемом кабинете. Мы
знаем, что сам процесс консультирования на первых порах
повышает тревожность, поэтому клиент должен быть
уверен, что его не услышат посторонние.

Кабинет должен быть не очень большим, окрашенным в
спокойные тона, уютно обставленным и не слишком
вычурным. Свет не должен падать на клиента. В кабинете
необходим стол, удобные стулья (три-четыре стула на
случай приема нескольких человек, например: родители
клиента, супружеская пара и т.п.).

Для проведения
занятий по релаксации желательно иметь кушетку. На
стенах можно повесить несколько картин, на полках
расположить книги, но интерьер не должен быть
перегружен, чтобы не отвлекать внимание клиента. На
рабочем месте не стоит держать слишком личные вещи
(например, семейные фотографии) или предметы,
отражающие убеждения консультанта (например, крест на
стене).

Каждый раз клиента следует принимать в одном и том же
кабинете. Это его меньше отвлекает, не занимает время
на освоение новой обстановки, кроме того, позволяет
чувствовать себя безопаснее.

Иногда между консультантом и клиентом имеется посредник
(например, регистратор), выполняющий вспомогательные
функции. Однако роль такого человека отнюдь не
второстепенна, он настраивает клиента на встречу с
консультантом. Поэтому ассистент должен уметь тепло и
дружески общаться, быть гостеприимным, но ни в коем
случае не подменять консультанта и не вмешиваться в
жизнь клиента. Он, как и консультант, обязан строго
соблюдать требования конфиденциальности.

Структурирование консультативного пространства

Клиент входит в комнату и попадает на «территорию
консультанта». Одним из главных аспектов взаимодействия
консультанта и клиента является то, что обозначают как
«структурирование пространства». Уже происходящее при
первой встрече оказывает влияние на психологическое
самочувствие клиента.

Встреча начинается со знакомства.
При этом следует придерживаться определенного этикета:
встать и встретить клиента на полпути, представиться,
попросить клиента назвать имя и фамилию, предложить ему
выбрать место и сесть, прежде чем расположиться самому.

Еще один вопрос, связанный со структурированием
консультативного пространства, — это расположение
консультанта и клиента. R. May (1968) употребляет
понятие «геометрия любви». Если консультант и клиент
сидят на противоположных сторонах стола, то между ними
сохраняется социальная дистанция, и атмосфера
консультирования будет скорее всего официальной.

Беспокойным клиентам подходит именно такая позиция —
стол служит барьером общению. Для консультирования,
наоборот, благоприятна позиция расположения
консультанта и клиента за столом на одной стороне. В
этих условиях консультанту доступна вся невербальная
информация, исходящая от клиента, кроме того, он может
менять (и позволяет менять клиенту) расстояние между
ними в зависимости от ситуации консультирования или при
изменении консультативного контакта.

Расположение друг
против друга позволяет в большей мере создавать
отношения сотрудничества. Дистанция между консультантом
и клиентом отражает известный в социальной психологии
феномен «личного пространства». Личное пространство
изменяется в зависимости от отношений участников
беседы, обсуждаемой темы, культурных различий.

Из-за
неправильно выбранной дистанции в консультировании
(например, несоразмерность социального или возрастного
аспекта личного пространства) некоторые темы вообще не
могут быть затронуты. С проблемой дистанции тесно
связан вопрос о терапевтическом смысле и возможности
физического прикосновения к клиенту.

Прикосновение
означает очень близкий, интимный контакт. Исследования
Holroyd и Brodsky (1977, цит. по: Corey, 1986)
показали, что около половины опрошенных психотерапевтов
полагают, что физический неэротический контакт
представляется ценным в процессе консультирования. Он
более всего уместен при:

  • консультировании социально и эмоционально незрелых клиентов;
  • консультировании людей, находящихся в кризисе после психической травмы,
    особенно связанной с утратой близких;
  • стремлении продемонстрировать эмоциональную поддержку.

Однако очень трудно установить границу, где физический
неэротический контакт приобретает характер
эротического. В любом случае прикосновение не должно
быть использовано как специфическая техника
консультирования при отсутствии искренних, истинных
чувств по отношению к клиенту.

Структурирование времени консультирования

Терапевтический климат предполагает и надлежащее
структурирование времени. Уже первая встреча с клиентом
должна продолжаться столько времени, сколько и все
последующие встречи. Иногда первая встреча затягивается
из-за необходимости ближе познакомиться с клиентом и
вселяет в него надежду на нереальную продолжительность
консультирования. Поэтому лучше не вызывать ложных
ожиданий.

Обычно консультативная беседа со взрослым человеком
длится от 50 минут до одного часа. Такая
продолжительность не случайна. Менее продолжительная
беседа заставляет нервничать и консультанта, и клиента,
создавая впечатление, что они не успеют достаточно
глубоко обсудить вопросы, возникшие во время встречи.

Более продолжительная беседа, хотя этого иногда желает
как клиент, так и консультант, слишком утомит обоих
участников консультирования. Психотерапия и
консультирование требуют концентрации внимания и
бдительности, а, как известно, концентрацию внимания
трудно сохранять более 45 — 50 минут.

Традиционные 50
минут, регламентирующие консультативную встречу,
позволяют продуктивно обсудить несколько вопросов, а
затем 10 минут уделить записи основных аспектов
прошедшей беседы или просто отдыху за чашечкой кофе.
Это также важно при приеме нескольких клиентов подряд.

Продолжительность беседы может изменяться в зависимости
от возраста клиента. George и Cristiani (1990)
указывают, что беседа с 5-7-летним ребенком не должна
длиться более 20 минут, с 8-12-летним — около 30 минут,
а с детьми старше 12 лет консультативная беседа может
продолжаться до 1 часа.

Продолжительность беседы консультант определяет в
начале встречи. Клиент должен знать, каким временем он
располагает для обсуждения наболевших проблем. Когда
консультант не устанавливает продолжительности беседы,
он заставляет клиента постоянно нервничать, что прием
может прекратиться в любой момент. Такое манипулятивное
поведение нежелательно. Пределы времени можно
устанавливать самыми разнообразными способами:

«В нашем распоряжении 50 минут, и я готов выслушать Вас«.

«Полагаю, что Вы могли бы начать с того, что ждете от консультирования.
У нас есть 50 минут времени
«.

«Как бы Вы хотели использовать сегодняшнее наше время? У нас есть 50
минут
«.

Консультативная встреча подходит к концу спустя почти
40 минут. Чтобы помочь клиенту лучше сориентироваться
во времени, мы должны ему напомнить, что время
заканчивается: «Сегодня у нас остается около 10 минут,
что бы Вы еще хотели обсудить за это время?»
Озабоченный клиент часто плохо ориентируется во
времени, поэтому такое напоминание может оказаться
важным.

В начале консультирования необходимо также определить
общую продолжительность консультирования. Конечно, в
самом начале трудно установить, сколько времени займет
решение тех или иных проблем. Поэтому можно заключить с
клиентом определенный контракт на 3-4 встречи, а затем
окончательно решить, является ли консультативный
контакт продуктивным и сколько времени может
продолжаться консультирование.

Про бизнес:  Комитет экономического развития и инвестиций

В начале консультирования следует определить и частоту
встреч. Обычно полагают, что для установления
продуктивного контакта достаточно одной — двух встреч в
неделю. Если встречаться реже, становится значительно
труднее ближе узнать клиента, вспомнить, что
происходило на прошлой встрече, а также сохранить
непрерывность процесса консультирования.

3. 3. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ КОМПОНЕНТЫ ТЕРАПЕВТИЧЕСКОГО
КЛИМАТА. СОЗДАНИЕ ОБОЮДНОГО ДОВЕРИЯ

Люди, ищущие помощи у консультанта или психотерапевта,
находятся в состоянии тревоги и страха. Вначале они не
знают, что ждать от консультирования и консультанта,
тем не менее приходят на консультацию со своими
проблемами и надеждой на понимание.

Если с самого
начала клиент отнесется к консультанту с доверием, то в
процессе консультирования он станет смелее делиться
своими чувствами, мыслями, страхами, которые не так
легко обсуждать с чужим человеком. Если клиент не
проникнется доверием, работа консультанта будет
неэффективна и бессмысленна.

Создавать обоюдное доверие — значит создавать
терапевтический климат, способствующий обсуждению
значимых проблем. Это — обязанность консультанта.
Успешность создания терапевтического климата
обусловлена личностными качествами консультанта и его
отношением к консультированию:

  • необходим искренний интерес к людям и подлинное желание помогать им. Важно
    любить не только человечество, но и отдельного человека. Нельзя забывать,
    что клиенты тонко чувствуют, интересуется ли консультант ими по существу
    или только как объектами исследования. Тревогу клиентов отражают цитаты
    из их признаний: «Он смотрел на меня, словно хотел решить, в тот ли ящичек
    вложил мою карточку, а не как на другое человеческое существо»; «Я внезапно
    услышал, как он говорил о случае, и с ужасом понял, что речь шла обо мне».
    Никто из нас не желает быть трактуемым как «случай», «участник поединка»
    или «исследуемый»;

  • во время консультирования все внимание следует уделять клиенту, нельзя
    заниматься посторонними делами (например: разговаривать по телефону, разрешать
    входить в кабинет коллегам и обсуждать с ними какие-то, пускай даже важные
    вопросы, витать в мыслях за стенами кабинета и т.п.);

  • надо предоставить клиенту максимальную возможность высказаться. Он приходит
    к консультанту не выслушивать поучения и мудрые советы, а рассказать о гнетущих
    и затруднительных аспектах своей жизни;

  • не следует проявлять излишнее любопытство. Консультант не должен походить
    на детектива. Важна лишь та информация о клиенте, которая необходима для
    понимания его проблем. Если консультант вынуждает клиента чрезмерно раскрываться,
    клиент после визита испытывает неудобство, переживает чувство вины и нередко
    прекращает консультирование;

  • необходимо соблюдать профессиональную тайну. Если консультант по каким-то
    причинам обязан делиться с другими сведениями о клиенте (например, при надзоре
    за консультированием), надо поставить его в известность;

  • следует помочь клиенту почувствовать себя непринужденно во время консультативных
    встреч. Для этого консультант должен проявлять дружелюбие, искренность,
    естественность, суметь войти в положение клиента;

  • к проблемам клиента необходимо относиться без осуждения. Консультант должен
    не оценивать, а слушать, слышать и понимать. Когда консультант искренне и
    естественно демонстрирует установку «принятия», клиент чувствует себя понятым
    и заслуживающим уважения.

Важность «принятия» для роста и изменения личности
клиента С. Rogers (1961) определил известной гипотезой
«если — то»:

«Если я искренне и тепло отношусь к человеку, стараюсь
найти к нему индивидуальный подход и оценить его
усилия, то он:

  • реализует те аспекты самобытности, которые прежде подавлял;
  • станет более интегрированным и способным жить полноценнее;
  • станет более похож на того, кем ему хочется быть;
  • станет более уверенным в себе и склонным к самоопределению;
  • станет более уникальной и самоактуализирующейся личностью;
  • лучше поймет других и станет терпимее, эффективнее будет сопротивляться
    жизненным невзгодам».

С. Rogers (1961) сформулировал также вопросы, которые
консультант обязан задать себе. Эти вопросы объясняют
условия возникновения взаимного доверия и одновременно
представляют критерий необходимой самоуверенности
консультанта:

  • Могу ли я быть таким, чтобы другие люди воспринимали меня как надежного
    человека?

  • Могу ли я отчетливо выражать свои мысли, чтобы в общении меня понимали
    недвусмысленно?

  • Могу ли я иметь в отношении другого человека установки, базирующиеся на
    теплоте, заботе, уважении, заинтересованности?

  • Могу ли я быть достаточно сильной личностью, чтобы отличаться от других?

  • Могу ли я чувствовать себя достаточно самоуверенным, чтобы позволить другому
    человеку быть иным, отличным от меня?

  • Могу ли я позволить себе полностью погрузиться в мир чувств и личностных
    смыслов другого человека и испытать сходные переживания?

  • Могу ли я принять другого человека таким, каков он есть? Удастся ли мне
    передать ему это?

  • Могу ли я быть достаточно чутким в отношениях с другими, чтобы мое поведение
    не было воспринято как угроза?

  • Могу ли я освободить другого человека от опасности внешних оценок?

  • Могу ли я принять другого человека как находящегося в процессе становления
    или буду стеснен его и своим опытом?

Для установления обоюдного доверия, как теперь
общепризнано, консультанту особенно необходимы
качества, впервые выделенные С. Rogers (1951):
искренность, способность к эмпатии и безусловное
уважение к людям.

Искренность консультативного контакта (конгруэнтность)

Искренность — один из важнейших элементов создания
терапевтического климата. Искренности нельзя научиться,
однако консультант должен уметь вести себя с клиентами
так, чтобы они восприняли вхождение в свой внутренний
мир как поддержку, а не как угрозу. По мнению С.

Rogers
(1957), конгруэнтность означает, что «в межличностных
отношениях консультант непринужденно и самобытно
выражает свои переживания… Конгруэнтность
представляет собой осознанную или неосознаваемую
противоположность демонстрации фасада… Известно, что
проявление самости не считается в психотерапии
идеальным стилем.

Итак, искренность консультанта — это его способность
оставаться самим собой и отсутствие потребности
демонстрировать профессиональный фасад. Искренний
консультант не прячется за маской и не старается
исполнить роль. Он естественен в контакте, потому что
чуток к своим реакциям и чувствам, добросовестен и
правдив в передаче их клиентам.

Искренность
предполагает соответствие высказываний чувствам и
невербальному поведению, спонтанность. Конгруэнтное
взаимодействие позволяет клиенту тоже не скрываться за
фасадом в общении с консультантом. Открытый своим
чувствам, мыслям, установкам и одновременно не
испытывающий тревоги консультант способствует
комфортному состоянию клиента.

Следует отметить, что изложенная точка зрения на
проявление искренности консультантом в ситуации
консультирования не единственная. Хотя никто не
утверждает, что консультант должен быть неискренен или
может обманывать клиента, однако насколько ему следует
делиться с клиентом собственными чувствами,
соображениями о консультировании — мнения не совпадают.

В общем консультанты аналитической ориентации
значительно меньше делятся с клиентами своими
чувствами, нежели это делают консультанты
экзистенциально-гуманистической ориентации. Тем не
менее все согласны, что откровенность консультанта в
отношениях с клиентом имеет предел — консультант не
обсуждает и не решает собственных проблем с клиентом.

Эмпатия в консультировании

Позитивное значение эмпатического понимания для
результатов консультирования лучше всего подтверждено
эмпирически. Этого значения не оспаривают представители
всех ориентаций.

Эмпатия является sine qua non (непременным условием)
консультирования и психотерапии. Она включает
идентификацию с другим лицом, при которой становится
возможным взаимопонимание разных людей. Это довольно
таинственный процесс. A. Adler (цит. по: May, 1967)
пишет:

«Эмпатия появляется, когда один человек разговаривает с
другим. Невозможно понять другого индивида, если не
идентифицировать себя с ним… Если мы пытаемся
обнаружить, откуда возникает способность действовать и
чувствовать наподобие другого человека, то открываем
существование врожденного социального чувства. Оно
носит космический характер и представляет собой
непременную характеристику бытия человека».

По мнению С. Jung (цит. по: May, 1967), здесь происходит процесс слияния,
в котором изменяются как консультант, так и клиент:

«Встреча двух личностей подобна соединению химических
субстанций; если возникает реакция, они обе изменяются.
Считается, что доктор оказывает влияние на пациента в
каждом случае эффективного лечения психики, но это
влияние возможно, если и на него влияет пациент».

Таким образом, проявление эмпатии в общении означает,
что консультант чутко и точно реагирует на переживания
клиента, словно это его собственные переживания.
Подразумевается способность «вжиться» в субъективный
мир клиента и понять смысл разных событий в этом мире.

Такое «вхождение» должно быть безоценочным, не
разделяющим содержание иного мира на правильную и
неправильную, хорошую и плохую части. Безоценочная
установка консультанта позволяет клиентам в большей
мере принимать себя. Когда консультант точно и
старательно идентифицирует разнообразные чувства —
злобу, страх, враждебность, тревогу, радость, — клиент
имеет возможность лучше услышать и понять себя.

Эмпатия также помогает консультанту разобраться в
причинах недостаточной откровенности клиента: о чем-то
клиент не говорит, поскольку этому препятствует
бессознательное сопротивление, что-то просто скрывает и
о чем-то не рассказывает из-за опасений не быть
услышанным (Сох, 1988).

Войдя в мир другого человека, консультанту важно
оставаться автономным от клиента, т.е. сохранить
самость. Здесь существует некоторая опасность, которую
выразил С. Rogers (1961):

«Если я действительно открыт тому, как понимает жизнь
другой человек, и принимаю его мир в свой, то рискую
начать смотреть на жизнь его глазами и вследствие
утраты самости сопротивляться изменению вместе с ним.
Другая крайность состоит в полном сохранении
собственного взгляда на мир, скрупулезном анализе и
излишней оценке, и тогда понимание другого человека
становится недоступно».

Поэтому сопереживание консультанта клиенту никогда не
должно быть тотальным, а только частичным и временным.

Эмпатия означает способность консультанта не только
сопереживать, но и понимать клиента. В этом смысле она
представляет собой аффективный и когнитивный навык —
аффективный, поскольку позволяет консультанту
идентифицировать чувства клиента, а когнитивный —
поскольку обязывает консультанта устанавливать события,
вызывающие соответствующие чувства (George, Cristiani,
1990).

Таков взгляд большинства представителей
психологического консультирования на эмпатию как на
многоступенчатый процесс. По мнению Gladstein (1983),
во-первых, эмпатическое познание осуществляется прежде
всего эмоционально, через сопереживание клиенту.

Сопереживание не бывает полным. Скорее это процесс, в
котором консультант частично испытывает чувства
клиента, одновременно сохраняя необходимую
отстраненность. Во-вторых, эмпатия является когнитивным
процессом, в котором консультант внимательно
анализирует то, с чем столкнулся в субъективном мире
клиента, и передает смысл содержания клиенту. В-
третьих, как отмечает С. Rogers (1975), важна передача
эмпатии клиенту.

Эмпатическое понимание можно показать клиенту самыми
разными способами — молчанием, отражением чувств,
удачной и своевременной интерпретацией, рассказывая
какую-нибудь историю, точной метафорой и т.п.

В последние годы (обзор Hackley (1978); цит. по: Gelso,
Fretz, 1992) наблюдается тенденция сводить субъективный
опыт эмпатии, который консультант может выражать
различными способами, к умелому общению. Делается
попытка сузить то, что Rogers понимал как «способ
существования», до навыка, поддающегося тренировке.

Эта
тенденция проявляется также в приравнивании эмпатии к
одной из техник психологического консультирования —
отражению чувств (консультант перефразирует и отражает
чувства клиента, чтобы помочь ему в их выражении). Хотя
отражение облегчает передачу эмпатического понимания,
но сложный и многоступенчатый процесс эмпатии отнюдь не
исчерпывается частной техникой.

Поскольку эмпатия не является простым навыком, неясным
остается вопрос обучения. Уникальная способность
консультанта к эмпатии состоит в своеобразном видении
клиента — умении вникнуть в его невербальное поведение
и чувства, сказанное об этих чувствах и на основании
интуиции понять, что клиент говорит откровенно и о чем
умалчивает и т.д.

Безусловное уважение клиента

Под понятием «безусловное уважение» имеется в виду
безусловное и безоценочное принятие клиента как
целостной личности. Последователи С. Rogers используют
еще термин «безусловное позитивное отношение», которое
отождествляется с эмоциональной теплотой и заботой —
сложнейшими и противоречивыми составляющими
терапевтического климата.

С. Rogers (1957) предлагает следующее определение:
«Безусловное позитивное отношение» — это терпимость ко
всем аспектам субъективного мира клиента, словно ты сам
являешься его частью. Позитивное отношение не выдвигает
никаких условий типа: «ты мне понравишься, если будешь
таким-то», исключается также установка на хорошие и
плохие качества.

Необходимо вобрать все социальные
чувства клиента: не только положительные — зрелые, но и
негативные — отталкивающие и пугающие, защитные и
ненормальные. Следует смириться с противоречивостью
клиента. В подобном отношении и проявляется забота о
клиенте, отказ от собственнических установок и попыток
удовлетворения запросов самого терапевта. О клиенте
нужно заботиться как о самостоятельной личности,
позволяя ему жить своей жизнью».

Позитивное отношение к клиентам связано с искренностью
консультанта в консультативном контакте. Только уважая
клиентов, можно быть с ними честным и вступать в
конфронтацию.

Carkhuff и Berenson (1977) отмечают, что позитивное
отношение к клиентам формируется на основании
самоуважения консультанта. Если психотерапевт не
дорожит своими чувствами и мыслями, пренебрегает своим
прошлым, ему трудно уважать мысли и чувства другого
человека.

Позитивное отношение очень важная составляющая процесса
консультирования. George, Cristiani (1990) подметили,
что курсанты во время обучения консультированию часто
удивляются, как может нравиться каждый человек,
обращающийся за помощью. Большинство специалистов
способны поддерживать позитивные отношения с самыми
разными людьми — консультативный контакт позволяет
«переступить» через преграды, которые обычно считаются
непреодолимыми.

Исследования показывают, что безусловное позитивное
отношение — это сложное явление; в нем можно выделить
несколько независимых факторов (Lietaer, 1984; Barret-
Lennard, 1986). Barret-Lennard (1986) указывает на два
существенных фактора: уровень отношения и безусловность
отношения.

Уровень отношения определяется как общая
выраженность эмоционального реагирования одного
человека на другого. Позитивное отношение включает
теплоту, симпатию, заботу, оценку клиента без
стремления контролировать и управлять. Если уровень
отношения связан с проявлением позитивных или
негативных чувств к клиенту, то безусловность отношения
подразумевает постоянство принятия клиента, т.е.
отношение без всяких «если».

Про бизнес:  Построение управленческого учета по центрам ответственности - Асаул А.Н. и др. Управление затратами в строительстве

Безусловное позитивное отношение представляется не
только сложным, но и довольно противоречивым феноменом.
С. Rogers считает позитивное отношение к клиенту одним
из трех условий успешной терапии, но он недостаточно
проанализировал само понятие и сопутствующие проблемы.

Ответ на такого рода критику может быть двояким. Во-
первых, еще Berenson и Carkhuff в 1967 г. подчеркивали,
что позитивное отношение — теоретическое понятие, и с
точки зрения повседневной практики правильнее говорить
о безусловном позитивном отношении во множестве
ситуаций консультирования.

Иногда отношение бывает
обусловленным. Во-вторых, основываясь на утверждении
Lietaer (1984), следует различать субъективный мир
клиента и его внешнее поведение. Безусловность
направлена на принятие чувств, фантазий, мыслей,
желаний клиента. Lietaer (1984) пишет:

«Клиент в общении со мной может быть свободен и
предаваться любым переживаниям; он должен чувствовать,
что я открыт его опыту и не склонен к осуждению».
Однако это не означает, согласно Lietaer, приемлемости
любого поведения. Как в терапевтических отношениях, так
и за их пределами возможна ситуация, когда консультант
не одобряет и отвергает поведение клиента. При этом
важно понять, что скрыто за поведением, которое не
одобряется.

3. 4. НАВЫКИ ПОДДЕРЖАНИЯ КОНСУЛЬТАТИВНОГО КОНТАКТА

Невербальное общение

В общении люди непрерывно передают информацию друг
другу не только посредством речи, но и выражением лица,
движениями тела, установлением дистанции и т.п. Таким
образом, при совместном пребывании мы никак не можем
избежать общения. Мы высказываем, как чувствуем себя,
что думаем, как хотели бы поступить, не произнося ни
слова.

Невербальное поведение человека очень
существенно в процессе общения. В консультировании мы
также посылаем клиентам невербальные сообщения и
«считываем» их невербальные реакции. Крайне важно,
чтобы консультант отмечал невербальные послания
клиентов, реагировал на них и одновременно осознавал
влияние своего невербального поведения на клиентов.

Gazda с соавт. (1984) распределил невербальные реакции
на четыре основные модальности. Такое структурирование
помогает лучшему осознанию невербального поведения и
наблюдению за ним.

  1. Невербальное поведение и структурирование времени.
    1. опознание — замедленное реагирование на сообщения партнера;
    2. приоритеты — относительное время обсуждения отдельных тем.
  1. Невербальное общение с использованием тела.
    1. контакт глаз — существенно, сколько времени и каким образом партнеры смотрят
      друг на друга в период беседы; контакт глаз в большой мере зависит от культурных
      факторов, например, в некоторых культурах контакта глаз избегают из уважения;
      особенно важен контакт глаз для регулирования консультативного взаимодействия;
      при оценке контакта глаз следует обращать внимание на:
      • рассматривание специфических объектов,
      • смотрение вниз,
      • рассматривание консультанта вызывающим пристальным взглядом,
      • «бегающий» с объекта на объект взгляд,
      • отвод глаз от консультанта, когда он посматривает на клиента,
      • закрытие глаз руками,
      • частоту задержки взгляда вблизи консультанта;
    2. глаза — «сверкание» и блеск глаз, слезы в глазах, «расширение глаз»,
      позиция бровей указывают на взволнованность клиента;
    3. кожа — имеет значение состояние кожных покровов: бледность, покраснение,
      «гусиная кожа»;
    4. поза — может служить показателем настороженности или физической усталости,
      свидетельствовать о самозащите (например, скрещенные руки или ноги);
    5. выражение лица — это, пожалуй, самый главный невербальный «ключ» консультирования;
      Knapp (1973) пишет: «У лица большой потенциал общения. Оно передает эмоциональное
      состояние; отражает межличностные установки; служит средством обратной связи
      для партнеров по общению и наряду с речью является главнейшим источником
      передачи информации». В интерпретации выражения лица играют роль: застывшее
      выражение, наморщенный лоб, насупленные брови, улыбка и смех (Ф. Достоевский
      говорил: «Характер человека значительно лучше можно узнать по его смеху,
      чем из скучного психологического исследования»); невротичному индивиду очень
      трудно смеяться — он может глумиться, быть ироничным или саркастичным, однако
      не способен искренне смеяться, у него грустное лицо; консультант должен
      уметь прочесть на лице клиента радость, боль и страх, а также как одни чувства
      маскируются другими;
    6. руки и жесты — движения рук и других частей тела часто носят символический
      характер, могут указывать на что-то неладное;
    7. манипулирование своим телом — проявляется в кусании ногтей, хрустении
      суставами, выдергивании волос;
    8. монотонное поведение нередко представляет собой признак нервозности —
      это притопывание ногами, постукивание пальцами, кручение предметов и игры
      с пуговицами;
    9. командные сигналы — держание пальца у губ (приглашение молчать), указывание
      пальцем, пожимание плечами, кивание головой, подмигивание;
    10. прикосновение — может представлять проявление дружеских чувств или сексуальности.

Говоря о невербальном общении с использованием тела, следует упомянуть
о выделенных Elman и Friesen (1969; цит. по Gelso, Fretz, 1992) четырех типах
движений тела:

  • символы, заменяющие слова, например, помахивание
    рукой, означающее прощание;
  • сопровождающие речь демонстрации, которыми делается
    попытка объяснить то, что говорится;
  • регуляторы, дополняющие поток вербального
    взаимодействия, например: изменение позы, кивание
    головой и т.п.;
  • адаптеры, т.е. движения тела, которые не имеют
    осознанной целесообразности, однако часто отражают
    мысли и чувства, например, покусывание губ и др.
  1. Невербальное общение посредством голоса:
    1. тон голоса — монотонный, бесчувственный, с измененной модуляцией, строгий,
      нежный, ласковый, уверенный, слабый, нерешительный, дрожащий, напряженный;
    2. темп речи — быстрый, умеренный, медленный;
    3. громкость голоса — сильная, умеренная, тихая;
    4. произношение — отчетливое, невнятное. Модальность голоса нередко выдает
      внутреннее отношение к высказыванию. Искренность проявляется в отчетливости
      голоса, смелость — в твердости голоса; неясная, слишком тихая речь часто
      означает нежелание общаться. По тону голоса можно определить и о чем идет
      речь, даже не понимая ее. Нервозность и эмоциональное замешательство лучше
      всего отражаются в голосе.
  1. Невербальное общение и структурирование окружения:
    1. дистанция — не всегда осознаваемое приближение к партнеру или стремление
      отдалиться от него — свидетельствует о выраженности желания углублять
      отношения;
    2. предметы обстановки и оборудование комнаты;
    3. одежда — едва ли «одежда делает человека», однако детали одежды
      правдиво расскажут многое об установках носящего ее человека, например,
      особенно большое внимание уделяют одежде, собираясь на консультативную
      встречу, беспокойные клиенты;
    4. позиция в пространстве — эта модальность рассмотрена при обсуждении
      терапевтического климата.

Факторы невербального общения в значительной степени
ответственны за эмоциональный настрой беседы. Когда
невербальные символы сопровождают наши вербальные
утверждения, они нередко модифицируют их смысл.
Например, предложение: «Прошу, заходите», — может иметь
разный смысл в зависимости от невербального поведения.

Если мы встречаем клиента, глядя на него, пожимаем руку
и произносим эти слова тепло и дружественно — смысл
приглашения один, но он совсем иной, когда мы смотрим
куда-то в сторону, не удостаивая клиента взглядом, и
произносим приглашение равнодушно или, еще хуже, с
ноткой раздражения или недовольства.

Разный смысл словам консультанта придают пара-речевые
элементы (тон голоса, интервалы между словами, акценты,
дикция, паузы, повторы, покашливание, различные «хм-м»,
«ага», «м-м-м», «ого-го» и т.п.).

Очень важно невербальное поведение клиента в ситуации
консультирования. Прежде всего оно дает консультанту
дополнительную информацию о мыслях и чувствах клиента.
Нередко словами говорится одно, а тон голоса, выражение
лица, поза тела раскрывают совсем другое содержание или
другой смысл сказанного.

Консультант должен обращать
внимание на несоответствие вербального и невербального
поведения клиентов и тем самым помогать им выразить
реальные, подлинные чувства. Ориентация консультанта в
невербальных реакциях увеличивает доверие клиентов.
Клиенты приписывают консультанту глубокую
наблюдательность или «шестое чувство» чаще всего в силу
его умения «читать» невербальное поведение.

На невербальное поведение следует смотреть как на
особый «ключ» к пониманию чувств и мотивов клиента.
Однако неприемлемы слишком прямолинейные интерпретации,
так как невербальные действия являются частью более
широкого контекста поведения, и этот контекст придает
им схожий или иной смысл.

Даже одинаковые невербальные
проявления могут означать разные вещи в зависимости от
контекста. Например, контакт глаз предполагает
дружественность, интимность, когда люди близки друг к
другу; однако долгий взгляд на собеседника
свидетельствует об агрессии, если отношения формальные.

Сходным образом прикосновение может означать как
заботу, так и стремление к интимности или
доминированию. Кроме того, в представлениях о
невербальном поведении существуют отчетливые
межкультурные различия, которые необходимо учитывать,
работая в мультикультурной среде.

Очень важно невербальное поведение самого консультанта,
так как он тоже выражает невысказанные чувства и мысли,
а это нередко понимает и клиент. Некоторые невербальные
реакции мы все воспринимаем одинаково, потому что они
приобрели характер социальной конвенции.

Поэтому
консультант должен контролировать свое невербальное
поведение, чтобы превратить его в инструмент
консультирования. Своим невербальным поведением
консультант также развивает консультативный контакт,
стремясь не якобы находиться с клиентом, но быть с ним
в действительности, быть физически.

В повседневной
жизни можно найти множество примеров мнимого пребывания
с другим человеком, что отражает распространенная
реплика: «Ты не слушаешь, что я говорю!» Egan (1986)
обозначил акронимом SOLER пять подлинных условий
физического пребывания вместе:

  1. Быть с клиентом с глазу на глаз (squarely). Физическая обстановка должна
    позволять консультанту и клиенту полностью видеть друг друга; она должна
    «говорить» клиенту: «Я доступен Вам; я сделал выбор быть с Вами».
  2. Быть в открытой позе (open posture). Скрещенные руки и ноги обычно интерпретируются
    как оборонительная, безучастная и отступательная поза. И наоборот, открытая
    поза означает, что консультант готов принять все, что раскроет клиент. Конечно,
    скрещенные руки консультанта не обязательно означают то, что он «вышел»
    из контакта. Здесь главное, чтобы консультант постоянно спрашивал себя:
    «Насколько моя поза отражает открытость и доступность клиенту?»
  3. Время от времени наклоняться (to lean) к клиенту. Когда консультант наклоняется
    в сторону клиента, он словно говорит: «Я с Вами, и мне интересно все, что
    Вы сейчас расскажете». Такой позой консультант выражает свою вовлеченность
    и участие в контакте. С другой стороны, не перестарайтесь, т.е. не приближайтесь
    к клиенту чрезмерно и слишком быстро, потому что это может возбудить тревогу,
    показаться требованием скорого и тесного контакта.
  4. Поддерживать контакт глаз (eye contact) с клиентом, чтобы подчеркнуть
    внимание и заинтересованность, но контакт не должен быть непрерывным. В
    таком случае он становится похожим на надоедливое «вытаращивание» глаз на
    клиента. С другой стороны, если взгляд консультанта слишком часто «блуждает»
    в пространстве, не останавливаясь на клиенте, то создается впечатление уклонения
    от контакта.
  5. Быть расслабленным (relaxed). Так как большинство клиентов волнуется в
    ситуации консультирования, важно, чтобы консультант не был напряжен и не увеличивал
    беспокойство клиента. Консультант должен естественно пользоваться своим телом
    (невербальное поведение), стараясь показать клиенту свою эмпатическую вовлеченность
    в консультативный контакт.

Вербальное общение

Несмотря на значение невербального общения в
консультировании, важнейшие события происходят на
вербальном уровне. Суть вербального поведения
консультанта составляют способы его реагирования в
период консультирования, которые могут быть определены
как основные техники. О них подробнее поговорим в
четвертом разделе.

Слушание клиента

Обычно беседа двух людей бывает похожа на вербальный
пинг-понг — собеседники говорят по очереди. Однако в
консультировании и психотерапии все происходит иначе,
особенно в начале беседы. Здесь вербальная активность
консультанта должна быть минимальной, чтобы клиент смог
сосредоточить внимание на раскрытии своих проблем и
трудностей.

Существуют два важных аспекта, связанных с этим
умением. Во-первых, каждый человек испытывает
потребность общаться с другим человеком по важным для
него делам. Во-вторых, наша склонность поддерживать
других или соглашаться с ними зависит от того,
насколько они выслушивают нас. Можно смело утверждать,
что качество отношений между людьми в немалой степени
зависит от умения выслушать и услышать.

Однако существуют некоторые обстоятельства, мешающие
внимательно выслушивать. Часто то, что говорит клиент,
не соответствует установке консультанта, и он слушает
невнимательно. Широко распространена манера, нередко и
в консультировании, когда мы не столько слушаем
собеседника, сколько реагируем на его сообщения, в
мыслях заранее сформулировав реплики, ответы, вопросы и
т.п.

Это только видимость слушания. Одним из
последствий социального обучения является избегание
излишней информации о другом человеке, что иногда
побуждает консультанта сопротивляться рассказу клиента
о глубоко личных делах, а результат такого
сопротивления — опять же невнимательное слушание.

Порой
рассказываемые клиентом события или затронутые темы
вызывают неприятные чувства: тревогу, напряжение.
Консультант, стремясь избежать неприятного состояния,
может не услышать в повествовании некоторые важные
подробности. Трудности выслушивания вызывают и клиенты,
которые непрестанно жалуются на свои проблемы, особенно
на соматические симптомы (например, психосоматические
пациенты).

Выслушивание прежде всего представляет собой обратную
связь с мыслями и чувствами клиента, побуждает клиента
далее говорить о своей жизни, о ее затруднениях и
проблемах. Если консультант внимателен, клиент, по
словам Сох (1988), «заменяет точку в конце предложения
запятой, и то, что казалось концом раскрытия,
становится прелюдией к более глубокому откровению».

В любом случае правильное выслушивание — это активный
процесс. Он, как говорит Bugental (1987), охватывает
«все виды ощущений плюс интуиция, отражение и эмпатия».
Имеется в виду огромное внимание к деталям, какими бы
незначительными они ни были. Слушателю необходимо
проявлять заинтересованность и понимание, однако не
мешать рассказчику оставаться в потоке переживаний;
консультант, слушающий клиента, должен быть раскрепощен
и наблюдателен, чтобы услышанные признания порождали
обильный ассоциативный поток.

Возникающие ассоциации
служат определенными «ключами» к пониманию проблем
клиента. Но не следует цепляться за них, поскольку
часть возникших ассоциаций и идей позднее не
подтверждается и отбрасывается. Не нужно делиться с
клиентом своими ассоциациями, потому что они могут быть
абсолютно ошибочными.

Ассоциации скорее — это
руководство к дальнейшему выслушиванию, задаванию
вопросов, поощрению клиента к «исследованию» новых
областей субъективного мира. Активное слушание такого
рода помогает увязывать отдельные фрагменты
повествования клиента, вследствие чего и реализуется
главная задача консультирования — понимание клиента.

Про бизнес:  Воспроизводство человеческого капитала и повышение его эффективности в российской экономике

William Osier (цит. по: Сох, 1988) любил говорить
студентам: «Выслушивайте пациента, он говорит вам
диагноз». Лучшего совета консультанту быть не может. О
главном терапевтическом смысле правильного выслушивания
и значении выслушивания для клиента красиво пишет С.
Rogers (1969):

«В жизни я много раз неожиданно сталкивался с
неразрешимыми проблемами, чувствовал себя идущим по
кругу, наконец, проникнутый неполноценностью и
безнадежностью, полагал, что нахожусь в психозе. В
такие моменты я думал, что был бы счастлив, если бы
удалось найти людей, которые выслушали бы меня и
проявили глубину понимания.

Чтобы они выслушивали без
оценок и осуждения, не ставя диагноз. Я смог убедиться,
что, если при психологическом дискомфорте кто-то
выслушивает подобным образом, не принимая на себя
ответственности и не стремясь сформировать отношение,
чувствуешь себя безумно хорошо.

Напряжение сразу
спадает. Ранее пугавшие виновность, безнадежность,
сумятица становятся приемлемой частью внутреннего мира.
Когда меня выслушивали и слышали, я по-новому
воспринимал свои переживания и мог продвигаться дальше.
Вызывает удивление, что чувства, которые казались
ужасными, становятся вполне терпимыми, когда кто-нибудь
выслушает, неразрешимые проблемы представляются
посильными. Я глубоко ценю чуткое, эмпатическое,
внимательное выслушивание».

3. 5. ПЕРЕНОС И КОНТРПЕРЕНОС В КОНСУЛЬТИРОВАНИИ
И ПСИХОТЕРАПИИ

В ситуации консультирования не может происходить
адекватное эмоциональное взаимодействие без принятия во
внимание переноса и контрпереноса. Как правило, они
сосуществуют, иногда их сравнивают с двумя сторонами
магнитофонной ленты. Имеется в виду перенос чувств,
влечений, установок из «там и тогда» в «здесь и теперь»
и наоборот.

Перенос

Открытие S. Freud «переноса» — одно из фундаментальных достижений психоанализа.
Это учение нередко определяют как систематический анализ переноса. Вначале Freud
считал перенос препятствием на пути развития психотерапии, однако в 1907 г.,
после первой встречи с С.

Возможность переноса в консультировании и психотерапии
в настоящее время в большей или меньшей мере признают
представители почти всех теоретических ориентаций.
Перенос является составной частью консультативного
(терапевтического) контакта. Данный психологический
феномен присутствует в любых межличностных отношениях,
однако в консультативном контакте он намного
интенсивнее вследствие природы самого контакта.

Возможны два основных определения переноса. Согласно
классическому психоаналитическому определению, перенос
— это оживление комплекса Эдипа в терапевтической
ситуации. Реакция на терапевта такова, словно он —
участник ранних эдиповых отношений клиента, т.е.
представляет собой отца или мать.

В эдиповом контексте
определение слишком ограничено; его трудно принять, не
придерживаясь психоаналитической ориентации. Считая
перенос универсальным феноменом консультативного
контакта, его можно определить как повторение в
отношениях с консультантом чувств и установок,
привычных в прошлом со значимыми людьми (прежде всего —
родителями). Creenson (1965; цит. по: Сох, 1988)
предлагает более обобщенное определение:

«Перенос — это неадекватное и персеверативное
переживание чувств, влечений, фантазий, установок и
задействование защитных механизмов, возникших в прошлом
в отношениях со значимыми людьми, при актуальном
межличностном взаимодействии. Подчеркнем, реакция
переноса представляет собой повторение прошлого и
неприемлема в настоящем».

В консультировании и психотерапии переносу свойственны
такие черты (Gelso, Fretz, 1992):

  1. Перенос всегда ошибочен в том смысле, что клиент представляет консультанта
    в ложном свете, т.е. приписывает ему черты, свойственные другим людям в
    других обстоятельствах и времени. Конечно, ошибочны не все представления
    клиента; консультанту важно отличать реалистичные реакции от реакций переноса.
  2. Перенос бывает положительным и отрицательным. Положительный перенос основывается
    на зависимости клиента от идеализированного образа отца, любящего и опекающего,
    вызывающего чувство защищенности и потребность в творческом самовыражении.
    Положительная установка клиента в отношении консультанта, возникшая в силу
    переноса, выражает отношения прошлого. Например, клиент, которому в детстве
    недоставало любви, склонен видеть в консультанте человека более сильного
    и любящего, чем тот есть на самом деле. Отрицательный перенос основывается
    на испытанных в детстве чувствах отвержения и враждебности. Если в консультировании
    эти установки не изменяются, терапия становится невозможной.
  3. Возникновению переноса содействуют нейтральность и неопределенность консультанта.

    Понятие «нейтральность» в психотерапии не имеет определения. Нейтральность
    не идентична равнодушию или дефициту заботливости. Имеется в виду, что консультант
    беспристрастен и не навязывает клиенту своих ценностей. Неопределенность
    означает сокрытие от клиента своих чувств, установок, событий жизни. Нейтральность
    и неопределенность консультанта создают специфическую атмосферу отношений,
    которая позволяет возникнуть и полностью проявиться переносу. Он проявляется
    и при отсутствии этих условий, однако они облегчают возникновение переноса
    и усиливают его.

  4. Перенос — бессознательный процесс.

    Хотя чувства клиента по отношению к консультанту могут быть и вполне сознательными,
    но сам факт, что они привнесены из других, более ранних отношений, не осознается.
    В консультировании психодинамической ориентации консультант побуждает клиента
    к осознанию такого переноса.

  5. Перенос чаще возникает в сферах, где имеются неразрешенные детские конфликты
    со значимыми личностями.

Люди склонны превратно воспринимать настоящее, когда
они увязли в эпизодах прошлого.

В психотерапии и консультировании ценность переноса
весьма велика. Он позволяет проникнуть в прошлое
клиента и увидеть, каким образом ранний опыт, связанный
со значимыми личностями (родители, близкие),
модифицирует реакции настоящего. Это очень важно в
случаях, когда расстройства поведения, личные проблемы
постоянно «подпитываются» коварными реакциями переноса.

Консультант, будучи объектом переноса, интерпретирует
проекции и предоставляет клиенту возможность взглянуть
на свое поведение в ракурсе причинности, чтобы
избавиться от травм и фантазий прошлого. Такая работа
придает консультированию характер «коррекции
эмоционального опыта».

Решение, стоит ли делать перенос объектом обсуждения,
равносильно выбору между операцией и консервативным
лечением. Первый вариант приводит к значимым внутренним
изменениям, а второй чаще сохраняет status quo.
Конечно, выбор всегда определяется конкретной
ситуацией. В некоторых случаях не рекомендуется слишком
углубляться в реакции переноса клиента и их
интерпретацию:

  • при искаженном восприятии реальности;
  • при нехватке времени для работы с переносом (кратковременное консультирование
    или психотерапия);
  • при отсутствии нормального рабочего альянса с клиентом;
  • когда клиент из-за ослабления механизмов психологической защиты не может
    быть толерантен к тревоге и фрустрации;
  • когда целью консультирования является не разрешение глубинных конфликтов,
    а, например, приспособление к текущим жизненным ситуациям.

Однако не следует забывать о проблемах, которые
возникают из-за непреодоленного переноса в случае
прекращения консультативного контакта, когда осталась
без обсуждения интенсивная любовь клиента к
идеализированному консультанту (положительный перенос)
или ненависть к нему (отрицательный перенос).

Трансформация переноса в процессе консультирования
похожа на эмоциональное развитие ребенка. Ребенок
постепенно переходит от мнения о родителях как
всемогущих и всезнающих к более реалистичному подходу,
оценивая их как относительно простых людей, но тем не
менее занимающих особое, важное положение в его
эмоциональном мире.

Подобным образом и клиент в ходе
консультирования начинает реалистичнее оценивать
консультанта; опыт контакта становится составной частью
психики самого клиента. Перенос в сущности создает
условия для интериоризации консультанта и способствует
формированию специфической, но надежной инстанции, в
которую можно обратиться при затруднениях в жизни.

Положительному переносу всегда присуща определенная,
чаще всего временная идеализация консультанта с
эротическим оттенком при условиях разнополости и
гетеросексуальности клиента. Эротическая установка в
отношении консультанта нередко выражается косвенно —
паузами молчания, жалобами, что нечего сказать и голова
совсем пустая; манипулятивными движениями, если
консультант не пришел или опаздывает, забыванием
уплатить за консультацию, интересом к личной жизни
консультанта; конкуренцией с другими клиентами из-за
консультанта; постоянным цитированием его высказываний
и т.п.

Подарки тоже служат формой выражения чувств к
консультанту. Дарение может означать многое и усложняет
консультирование: иногда это просто взятка, порой
демонстрация желания иметь с консультантом особые,
доверительные отношения, и благодаря выбору подарка
клиент хочет доказать знание вкуса и потребностей
консультанта.

При таких мотивах клиента консультант
должен отказаться от подарка, если не желает быть
втянутым в игры манипулятивного характера. Однако в
некоторых случаях подарки отражают искреннюю
благодарность, уважение к консультанту, и отказ от них
может оскорбить клиента.

Вообще в процессе
консультирования лучше избегать подарков и подождать
завершения терапии, тогда подарок становится поводом к
последнему обсуждению с клиентом достигнутых успехов и
соответствия (или несоответствия) подарка реальной цене
консультирования в экзистенциальном смысле.

Когда клиенты тем или иным способом выражают чувства,
консультант должен относиться к этому с пониманием. Они
проявляют подлинные чувства, хотя часто и
нереалистичные. Если консультант принимает чувства
клиента, даже не отвечая на них, и не позволяет клиенту
испытывать отверженность, консультирование становится
глубже и интенсивнее.

Контрперенос

Поскольку консультативный контакт подобен улице с
двусторонним движением, очевидно, что и консультант
привносит в отношения с клиентом свои жизненные
затруднения. Контрперенос столь же универсальное
явление в психологическом консультировании и
психотерапии, как и перенос.

Gelso и Fretz (1992) различают тотальное (слишком
широкое) и классическое определение контрпереноса.
Тотальное определение охватывает все эмоциональные
реакции консультанта на клиента. К контрпереносу тогда
относятся и совершенно естественные реакции
консультанта, не связанные с его внутренними
конфликтами.

Классическое определение характеризует
контрперенос как ответную реакцию на перенос клиента.
Промежуточное определение обрисовывает контрперенос как
проецирование консультантом своих проблем на
предоставленный клиентом материал, как связанный с
переносом, так и не связанный с ним.

Наиболее часто встречаются следующие причины
контрпереноса:

  1. Стремление консультанта понравиться клиентам, быть принятым ими и хорошо
    оцененным.

  2. Боязнь консультанта, что клиенты могут о нем плохо подумать, не прийти
    на встречу и т.п.

  3. Эротические и сексуальные чувства консультанта по отношению к клиентам,
    сексуальные фантазии, связанные с клиентами.

  4. Чрезмерная реакция на клиентов, провоцирующих у консультанта чувства,
    обусловленные его внутренними конфликтами.

  5. Стремление занимать пророческую позицию и давать клиентам навязчивые советы,
    как им следует жить.

Терапевтичен или антитерапевтичен контрперенос?
Помогает или мешает он консультированию? Хорош он или
плох сам по себе? Ответы на эти вопросы зависят от
того, проявляется ли контрперенос в форме внешнего
поведения или представляет собой только переживания
консультанта.

В первом случае имеются в виду действия
на основе внутренних конфликтов, и, конечно, такой
контрперенос необходимо обсудить с коллегой или в
специальных группах профессионалов, потому что
неконтролируемый и плохо осознаваемый контрперенос
препятствует объективности консультанта.

В качестве
внутренних переживаний контрперенос может оказаться
весьма ценным (Gelso, Fretz, 1992), поскольку помогает
консультанту лучше понять, какое влияние поведение
клиента оказывает на него и на других людей. В любом
случае влияние контрпереноса на ход консультирования
зависит от желания и готовности консультанта взглянуть
на истоки своих истинных чувств к клиентам.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Barret-Lennard G. Т. The Relationship Inventory
    now: issues and advances in theory, method and uses // In: L. Greenberg, W.
    Pinsoff (Eds.). The Psychotherapeutic Process. N. Y.: Guilford, 1986.
  2. Berenson В. G., Carkhuff R. R. (Eds.) Sources of
    Gain in Counseling and Psychotherapy. N. Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1987.
  3. Bugental J. F. T. The Art of Psychotherapist. N.
    Y.: Norton, 1987.
  4. Carkhuff R. R., Berenson B. G. Beyond Counseling
    and Therapy, 2nd Ed. N. Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1977.
  5. Corey G. Theory and Practice of Counseling and Psychotherapy,
    3rd Ed. Monterey, Calif.: Brooks/Cole, 1988.
  6. Сох M. Structuring the Therapeutic Process: Compromise
    with Chaos. London: Jessica Kingsley Publishers, 1988.
  7. Egan G. The Skilled Helper: A Model for Systematic
    Helping and Interpersonal Relating, 3rd Ed. Monterey, Calif.: Brooks/Cole,
    1986.
  8. Gazda G. M., Asbury F. R., Baker F. J., Childers W. C.,
    Walters R. P.
    Human Relations Development: A Manual for Educators. Boston:
    Allyn and Bacon, 1984.
  9. Gelso С. J., Carter J. A. The relationship in counseling
    and psychotherapy: components, consequences and theoretical antecedents //
    The Counseling Psychologist, 1985. Vol. 13. P. 155-243.
  10. Gelso С. J., Fretz . В. С. Counseling Psychology.
    N. Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1992.
  11. George R. L., Cristiani T. S. Counseling: Theory
    and Practice, 3rd Ed., Englewood Cliffs. N. J.: Prentice-Hall, 1990.
  12. Gladstein G. A. Understanding empathy: integrating
    counseling, developmental and social psychology perspectives // Journal of
    Counseling Psychology, 1983. Vol. 30. P. 467-482.
  13. Greenberg L., Pinsoff W. (Eds.). The Psychotherapeutic
    Process. N. Y.: Guilford, 1986.
  14. Kennedy E. On Becoming Counselor: A Basic Guide for
    Non-Professional Counselors. N. Y.: The Seabury Press, 1977.
  15. Knapp M. L. The field of nonverbal communication:
    an overview // In: C. Stewart, B. Kendall (Eds.) On Speech Communication:
    Anthology of Contemporary Writings and Messages. N. Y.: Holt, Rinehart and
    Winston, 1972.
  16. Levant R., Shlein J. (Eds.) Client-Centered Therapy
    and the Person-Centered Approach. N. Y.: Praeger, 1984.
  17. Lietaer G. Unconditional positive regard: a controversial
    basic attitude in client-centered therapy // In: R. Levant, J. Shlein (Eds.)
    Client-Centered Therapy and Person-Centered Approach. N. Y.: Praeger, 1984.
  18. May R. The Art of Counseling. N. Y.: Abingdon Press,
    1967.
  19. Prochaska J. O. Systems of Psychotherapy: A Transtheoretical
    Analysis // Homewood, Ill.: Dorsey Press, 1979.
  20. Rogers C. Client-Centered Therapy. Boston: Houghton
    Miffin, 1951.
  21. Rogers C. Empathy: an unappreciated way of being
    // The Counseling Psychologist. 1975. Vol. 5. P. 2-10.
  22. Rogers C. Freedom to Learn. Columbus, Ohio: Merrill,
    1969.
  23. Rogers C. On Becoming a Person. Boston: Houghton
    Miffin, 1961.
  24. Rogers C. The necessary and sufficient conditions
    of therapeutic personality change // Journal of Consultation Psychology, 1957.
    Vol. 21. P. 95-103.
  25. Stewart C., Kendall B. (Eds.). On Speech Communication:
    An Anthology of Contemporary Writings and Messages. N. Y.: Holt, Rinehart
    and Winston, 1972.

Оцените статью
Бизнес Болика
Добавить комментарий